Мой район! (СИ)

— Но деньги-то он любит?
— А кто их не любит? — улыбнулся Михаил. — И что мне ему сказать?
— Эм-м, а можете устроить нам встречу? Я сам все ему и расскажу. Ну, само собой, не просто так, я компенсирую вам потраченное время.
Пару секунд он думал, затем кивнул.
— Да, Антон, быстро же ты повзрослел. Весь в отца. Ладно, вот тебе мой номер телефона, прозвони завтра часиков в семь.
— Договорились!
Затем он вернулся к своей работе, а я отправился немного побродить по городу. Сейчас ведь лето, а я школьник на каникулах. Чем еще заниматься?
Мне было интересно прошмыгнуться по магазинам, посмотреть и вспомнить, как жила страна в эти непростые лихие девяностые. Да, дефицит уже практически отступил, особенно в крупных городах.
В первом же магазине меня встретили набитые всякой-всячиной полки. Одних только шоколадок, конфет, чипсов и жвачек, вроде «Виспа», «Лэйз», да «Бумер», было относительно несколько видов.
Вообще, в самом начале экономического кризиса девяностых, в крупные города страны хлынуло много разнообразной мелочи из Европы, что при Союзе было под запретом и в обычных магазинах не продавалось. На меня снова накатило чувство ностальгии.
Вспомнил про вкусный фруктовый чай «Пиквик», который рекламировали в чайниках в виде ягод. Он бесследно пропал с полок магазинов и сколько я потом не пытался его найти, все безуспешно. Современный «Липтон» совсем не то.
Растворимое какао Кола-Као… А маргарин Rama? Вафли Кука-Рука, дешевые растворимые напитки Инвайт, Зуко и Юппи, у которых был просто жуткий вкус, но мы все равно тащились от них и пищали от восторга. Некоторые особо умные кулибины добавляли его в водку и получали ликер.
Блин, всего и не перечесть оказывается… По жвачкам, помню, были такие с непонятным названием, но фишкой в них была не сама жвачка, а наклейки с голыми бабами. Распространены они были широчайше и повсюду, особенно у мужиков на рабочих шкафчиках. А еще помню деревянную, крошащуюся жвачку «Бумер», которую цыгане где-то удачно переделывали с оригинала.
Стоит ли говорить, с каким восторгом я смотрел на давно пропавшие с полок товары? Небольшие ларьки, в которых и продавалась всякая всячина, вышли из моды в конце двухтысячных, а затем и полностью исчезли с улиц уже к началу две тысячи двадцатых.
Я бродил по центральным улицам города, восхищенно смотрел на людей, на моду. Слушал играющую музыку. Отчего-то вспомнились легендарные ментовские сериалы вроде «Улиц разбитых фонарей» и «Убойной силы». И не важно, что они были сняты чуть позже.
Случайным образом забрел на Сенной рынок — вот где можно было встретить все, что душе угодно. Всякий хлам лежал на прилавках и никто его не покупал, но люди все равно раскладывали свое добро. Это были и вещи, и обувь, и игрушки. Тут и там стояли уличные спекулянты с картонками на груди: «куплю ваучер», «куплю или обменяю золото» и тому подобное.
Справа была точка по реализации аудио кассет. Из потрепанной колонки Электроника «С-90» играла музыка, кажется, это была Depeche Mode:
 
 
Reach out, touch faith
 
Your own personal Jesus
 
Someone to hear your prayers
 
Someone cares
 
 
Вокруг штабелей с разноцветными кассетами вертелся деловой продавец, в такт качая головой. Выглядело смешно.
Я невольно обратил внимание, что еще нигде не было популярных уличных вагончиков с шаурмой и хотдогами. Последние в шутку называли холодной дохлой собакой, хотя ничего общего с собакой там нет и не было. Вместо них были хорошо распространены пирожковые и чебуречные.
Не было популярных в будущем мобильных кофеен, бургеров, кальянов. А вот мороженного и кваса — навалом. Вот только очередей туда не было в принципе. Люди экономили на всем, чем только можно.
Когда я набродился вдоволь и вышел на центральную аллею в поисках ближайшей остановки, меня неожиданно окликнули:
 
— Эй, парень!
Резко обернувшись, я сначала не понял, кому это я понадобился.
Но уже через пару секунд увидел стоящую у дороги серую «девятку». Окна водителя и пассажира были открыты, внутри я разглядел крупного мужика в милицейской форме и погонах майора. Рядом с ним сидела молодая девчонка, которую я сразу узнал. Это ее Комар и его дружки, пытались затолкать в машину, а я отстоял. Сейчас она выглядела куда лучше, улыбалась. Что-то говорила майору, кивала головой, поглядывая в мою сторону.
Я неторопливо подошел.
— Запрыгивай, поговорить нужно! — майор дернул за ручку и задняя дверь приоткрылась. Сказал голосом, который не терпел возражений, но угрозы я там не услышал.
Сам не знаю, но решение пришло само собой, и я согласился. Когда забрался внутрь салона, он повернулся ко мне, смерил проницательным взглядом, затем протянул руку.
— Сергей! — он протянул мне широкую ладонь. — Ты не пугайся, что я так решительно с тобой.
— Папа добрый, — добавила девушка.
— Ну, не такой уж и добрый, — ухмыльнулся тот. — Просто поблагодарить хотел, что ты мою дочку от гопников спас. Правда, когда Катя мне про тебя рассказала, я думал, что ты будешь немного крупнее. Как зовут?
— Антон! — я ответил на рукопожатие, про себя отметив, что рука у него сильная.
— Спасибо тебе, Антон. Если бы ты тогда не подоспел, черт его знает, чем бы все это закончилось. Ты, кстати, в каком районе живешь?
— На Юбилейном.
— Ясно, мы как раз в ту сторону. Подкинуть тебя? — спросил Сергей.
— Честно говоря, не откажусь.
Не спорю, меня смущала его милицейская форма — как я и говорил, у меня с людьми из этой конторы, вечно случались какие-то казусы. Впрочем, может это самое невезение осталось в прошлой жизни и теперь будет все по-другому?
— Ну, расскажи, Антон, как тебе хватило смелости выйти сразу против троих? — майор тронулся и свернул на улицу Коммунаров.
— Даже не знаю. Просто знал, что справлюсь и все.
— Молодец, уважаю за решительность!
— А вы в каком отделе милиции работаете? — поинтересовался я, мельком взглянув на погоны. — Случайно не в уголовном розыске?
— Нет, не угадал, — отозвался майор. — Я заместитель начальника экспертно-криминалистического отдела.
— Ого! Слышал я про криминалистику и читал немного. Наверное, куча работы?
— Есть такое дело, но вдаваться в подробности не буду. Это скучно.
— Папе гордость не позволяет сказать, что он собирается на пенсию! Но на работу продолжает ездить по привычке! — девушка повернулась ко мне. — Кстати, я Катя. А то мы в прошлый раз не успели познакомиться.
— Приятно познакомиться.
— Ну, я хоть еще и не на пенсии, но помогаю как консультант, — поправил дочь Сергей, затем обернулся ко мне. — А у тебя родители кто?
Ответил я не сразу, все-таки ситуация в семье у меня была сложной. Не буду же я говорить, что у меня отец в тюрьме, потому что его подставили и наказали из-за несовершенства системы в правоохранительных органах⁈
— Вы знаете, это не самая приятная тема… — уклончиво ответил я. — Может, позже расскажу.
— Понял тебя! — тот мельком взглянул на меня через зеркало заднего вида и тактично сменил тему. — Так, где ты говоришь, живешь?
Мы как раз подъезжали к моему двору — проспект Чекистов был еще небольшим — большая часть современного Юбилейного только строилась.
— Вон те девятиэтажные дома, справа. С синим фасадом.
— О! Так это что получается, в твоем дворе пару дней назад девушку убили?
— Ну да.
— Может быть, видел что-нибудь или слышал? — у майора тут же включилось профессиональное чутье. — Или может, посторонние люди во дворе были?
На мгновение я почувствовал себя словно на допросе.
— Да нет, ничего такого не припомню. Я вообще о случившемся узнал прямо на месте, когда во двор спустился.
— Ну, ясно. Давай мы тебя возле того магазина высадим?