Все сказки старого Вильнюса. Это будет длинный день
– Вот именно. Религиозные люди так и поступают. Но куда деваться, к примеру, агностикам? Которые вовсе не уверены ни в существовании Бога, ни тем более в своей способности как-то с ним связаться. А благодарность, тем не менее, испытывают. Вот чтобы она не оставалась невысказанной, и существует этот почтовый ящик.
– Ничего себе. Неужели кому-то приходит в голову писать подобные письма?
– Честно говоря, почти никому. Кроме тех немногих, кто знает о существовании и предназначении черного почтового ящика на улице Скапо. Уверена, что он – далеко не единственный в мире, но где висят остальные, я, к сожалению, не знаю. Впрочем, нам-то с вами и одного достаточно.
Сказал:
– Даже если вы меня разыгрываете, все равно прекрасная идея. Непременно напишу такое письмо. Регулярно хочу сказать спасибо, причем именно за то, что проснулся живым. И вообще за жизнь, которая часто не устраивает меня в мелочах, но по большому счету очень хороша. По крайней мере, мне – впору, по росту и по плечу. Именно такая, как надо. Моя. Вот все это и напишу, добавив несколько сентиментальных подробностей. На худой конец, насмешу работников магазина игрушек. Тоже доброе дело.
– Доброе. Но почту из этого ящика они никогда не вынимают, честное слово. Хотя бы потому, что открыть его невозможно, разве только взломать. Можете внимательно его осмотреть и убедиться.
– Считается, будто все благодарственные письма попадают к адресату, – заметила женщина в льняном костюме. – Кем бы или чем бы этот адресат ни был. И даже если его нет вовсе, все равно – попадают. Каким-то неведомым образом. Все это слишком сложно для послеобеденной болтовни, однако считается, что на этой переписке счастливых людей с чем-то недоступным их воображению стоит мир. Как на китах и слонах. Поэтому лучше бы таких писем было побольше. На всякий случай. Чтобы мир стоял потверже.
Сказал:
– Можете на меня положиться, напишу.
– Вы напрасно закрываете блокнот, – улыбнулась женщина в белом. – Осталось еще много примет. Например, выходя через арку на улицу Пилес, обязательно следует обернуться. Если увидите, что за вами кто-нибудь идет или едет на велосипеде, знайте, что в этот день общение с людьми принесет радость и пользу. Дружеское или деловое – совершенно не важно.
– А если за вами следует голубь, ожидайте хорошего известия, – ухмыльнулся старик в ковбойской шляпе.
– Верно. А если кот, непременно купите себе мороженое. Или еще что-нибудь вкусное.
– А если позади никого нет?
– О! Это самое прекрасное. Тогда можете смело делать любые глупости, в этот день вам все сойдет с рук.
– То же самое, если к веткам дерева, что растет за синей стеной, привязаны разноцветные ленты, – добавила стриженая. – Правда, это случается нечасто.
– А если, выходя утром из дома, вы услышите птичий щебет, грядущий день сулит вам много хороших новостей. Если же птицы кричат вечером, это будут не просто новости, а чужие секреты, которые вам полезно узнать.
– А если напротив четвертого номера – это где двери с декоративным портиком и колоннами – припаркован желтый автомобиль, вас ожидает неожиданная прибыль. Но запомните, автомобиль любого другого цвета приметой не является. Даже не рассчитывайте!
– Если зимой встретите на улице Скапо девочку в красных сапожках, значит, уже к вечеру будет оттепель.
– А если летом увидите босую старуху, ждите дождя.
– Причем пустой таз у нее в руках сулит грозу. А пакет с продуктами – град.
– Мальчишка на самокате – к удачному приобретению. Причем чего угодно, от башмаков до недвижимости.
– А мужчина с удочкой означает, что вы можете смело затевать новое дело или переговоры, в исходе которых пока не уверены.
– А если мужчин с удочками двое, даже страшно подумать, чего вы сумеете добиться. Видимо, станете президентом.
– И если все-таки станете, имейте в виду: кошка в окне первого этажа седьмого дома означает, что в этот день вы сможете обмануть кого угодно.
– Но если из этого окна выглядывает собака, будьте предельно честны до завтрашнего утра. А еще лучше – до конца недели.
– А если там стоит клетка с хомяком, вам следует отложить все дела и заняться закупками продовольствия: вечером непременно нагрянут голодные гости. Даже если вы никого не звали.
– Причем это будут хорошие гости. Которых вы, можно сказать, ждали всю жизнь.
– Найти тетрадку с конспектами или хотя бы исписанный листок бумаги – к утрате ненужных иллюзий.
– Зато ручка, даже поломанная, или, скажем, карандаш сулит как минимум неделю вдохновенной работы. Только нужно обязательно унести находку с собой.
– А если из открытого окна доносится оперная ария, значит, в вас кто-то влюблен, ликуйте!
Они говорили, смеясь и перебивая друг друга, явно выдумывали на ходу. Ничего не имел против и все равно конспектировал для памяти: «босая старуха – дождь», «хомяк – вечеринка», «карандаш – вдохновение, подобрать», «открытые ворота – свидание», «плакаты на заколоченных окнах…», «значения рисунков на тротуаре…». Пусть будет.
Домой вернулся уже в сумерках, пьяный от солнца, смеха и усталости. Подумал: «Вещами займусь завтра». Рухнул на постель, некоторое время разбирал свои записки и сам не заметил, как уснул, даже не погасив поставленную в изголовье лампу. Во сне писал благодарственное письмо; как всякое уважающее себя сновидение, оно то и дело норовило ожить, рассыпаться на сотни овеществленных образов, которые тут же затевали веселую чехарду, подбивая своего создателя присоединиться.
Проснулся на рассвете; выключив наконец лампу, подремал еще. Наконец встал, сварил кофе, достал из рюкзака ноутбук и с головой нырнул в блокнот – разобрать вчерашние каракули, записать все подробно, пока оно еще свежо в памяти. Для себя, для друзей и чтобы смастерить красивую самодельную книжку с приметами в подарок седой женщине из кафе. Уж ее-то, в отличие от невыразимого владельца черного почтового ящика, можно поблагодарить лично.
Когда пришли Мартинас и Аста, как раз писал про хомяка. Удивительной магической силы зверь оказался: его, получается, даже видеть в окне не обязательно, достаточно упомянуть, и – бумц! – на тебя тут же валятся долгожданные гости. Правда, не голодные, а, напротив, с гостинцами – свежим домашним хлебом, ярко-зеленым базиликовым сыром и ветчиной. Кормить и спасать. Еще раз поругали, что не предупредил всех заранее. Передали: Айдас приедет сразу после работы, а Янка, возможно, уже через пару часов. Пообещали: к вечеру в этом бомбоубежище вполне можно будет жить.
Сказал, жадно кусая бутерброд:
– Это очень круто. А теперь идем пить кофе. Я бы сам сварил, мне не лень, но тут вчера обнаружилось лучшее в мире кафе. Прямо у меня под носом, чтобы далеко не бегать. Вы непременно должны там побывать.
Удивились: «Что за кафе? Где? Вот прямо на Скапо? Надо же. Сколько раз тут ходили, а кафе не видели».
Сказал:
– Я тоже не видел – до вчерашнего дня. Видимо, только что открылись, там даже вывески пока нет. Такие хорошие! Принесли кофе и вино бесплатно, в честь новоселья – видели, как мы вещи таскали… А как там готовят рыбу, знали бы вы. И ходят туда исключительно лучшие люди в мире. Я с ними практически до ночи вчера просидел.
Вышли во двор, свернули на улицу, огляделись. Десятый дом – вот он, наискосок. Но ни белых тентов, ни столов, ни стульев, ни даже аромата специй и трав. Белая дверь осталась на месте, но была заперта, на окнах жалюзи, такие пыльные, что ясно – их не поднимали как минимум с самой зимы.
– Ну и где? – хором спросили друзья.
Пробормотал:
– Может быть, я перепутал номер?
Но твердо знал, что ничего не перепутал. Бессмысленно искать кафе с белыми столами в другом доме. Потому что вчера оно было именно здесь, в десятом. А сегодня его нет. И то и другое – факты.
Однако улицу из конца в конец все-таки прошли. И снова вернулись к запертой белой двери.