Убить волка (СИ)

Евнух услышал затаенную жажду крови в словах императора. Он осторожно посмотрел на Ли Фэна и не решился раскрыть рот.
Холодный ветер обдул разгоряченное лицо Ли Фэна. Он прижал руку к груди и закашлялся. Евнух поспешил накинуть ему на плечи накидку на лисьем меху.
В семь лет наследный принц был довольно смышленым ребенком, но чересчур кротким и скромным. Маленький Ли Фэн тогда гораздо больше напоминал своего отца, чем того, кем стал сейчас. Каким было правление императора Юаньхэ?
Трудно было его забыть... Покойному императору Юаньхэ всегда казалось несправедливым, что во время своего правления он вынужден во всем полагаться на других людей, но не имеет права командовать армией. Наследник семьи Гу был ещё совсем ребенком, тем не менее, именно ему достался смертоносный Жетон Чёрного Тигра. Чуть что император Юаньхэ бежал к другим за советом, всегда пытался всех умаслить в результате чего вскормил кучу паразитов и едва не потерял все оставленные императором У-ди богатства.
Ли Фэну и десяти лет не хватило, чтобы разобраться с последствиями того, что натворил его отец.
В последние два года Ли Фэн все чаще чувствовал себя беспомощным. Ему не хотелось, чтобы его сына постигла та же участь.
Но кому он должен быть верить?
Четвёртому принцу Ли Миню?
Ли Миню, который хотел пойти по стопам Шан Яна, и пообещал, что никогда не женится, не заведёт детей и готов жизнь отдать ради родины. Какие красивые слова и как приятно их слышать. Когда смутьяны и предатели представали перед своим государем, даже если против них имелись неопровержимые доказательства, они продолжали горько рыдать и уверять его, что делали все это ради страны и народа. Поначалу Ли Фэна тронуло его признание и довольно долго он ему верил.
В данный момент Ли Фэн защищал Чан Гэна, потому что признавал необходимость реформ. Янь-ван оказался прав, утверждая, что самое главное в стране — это законы и система государственного управления. Что бы не задумал Янь-ван, его реформы помогали их натерпевшейся бед стране развиваться в правильном направлении. Ли Фэн рассчитывал, что руками Янь-вана полностью избавиться от проблем, оставленных прошлой династией. Он надеялся, что тогда его родного сына в будущем ждет мирное и счастливое правление.
Но все же он не мог позволить решительному и готовому на все ради достижения цели младшему брату получить влияние над своим слабохарактерным сыном. Наступит день, когда он пойдет по стопам покойного императора Юаньхэ и сначала избавится от Янь-вана, а потом — от Гу Юня.
— Нет, возвращайся во дворец. Назначь на завтра императорскую аудиенцию. Пусть утром наследный принц ко мне зайдет, — неожиданно распорядился Ли Фэн.
Евнух немного растерялся. Они ведь буквально только что обсуждали кормилицу Чжао, с чего вдруг император вспомнил о наследном принце?
— И кстати, — добавил Ли Фэн, — где последний доклад? Принеси мне его.
Доклад составил Сюй Лин. Хотя его идея образовательной реформы была сыровата, отчасти наивна, но это не имело значения, поскольку они могли направить проект в Военный совет, чтобы там все устроили и доработали. При дворе горячо обсуждали казни и обезглавливания, а также суровые наказания для тех, кто мошенничал с результатами императорского экзамена. Немногие ученые мужи могли не беспокоиться теперь о своем будущем.
Будь это в его власти, то Ли Фэн, как любой отец, предпочел бы, чтобы его маленький сын еще несколько лет беззаботно играл с кузнечиками из травы во дворце императорских жен. Но времена стояли неспокойные. Кто мог предугадать, что готовит день грядущий?
Следующим утром до столицы докатились вести о великой победе на передовой в Лянцзяне. Не успел никто отреагировать на эту новость, как Ли Фэн решил проявить твердость и на императорской аудиенции издал два новых указа.
Во-первых, он одобрил предложенную Военным советом "Новую политику Лунаня", по которому ассигнации Фэнхо отменили и заменили на металлические деньги.
Во-вторых, он одобрил предложение Сюй Лина и удовлетворил просьбу двух палат о реформе Училища княжеских сыновей [3]. Если возникнут трудности, то дорабатывать проект поручили Военному совету совместно с министерством церемоний, Академией сынов государства [4] и двумя палатами.
 
Кроме того, Ли Фэн вызвал во дворец Цзян Чуна и инженеров из института Линшу и строго отчитал их, потребовав ускорить расследование коррупции в девяти провинциях. Всех виновников, не взирая на их происхождение, следовало строго наказать. Император поручил институту Линшу придумать способ продлить железную дорогу от столицы до Цзяннани. Нельзя давать войскам Запада продыху и позволить победе пройти впустую. Следовало продолжать решительное наступление и добиться новых побед.
Перед окончанием аудиенции Ли Фэн сообщил, что принял решение — позволить одиннадцатилетнему наследному принцу принимать участие на утренних аудиенциях при дворе.
 Примечания: 
1. Цитата из Сунь-Цзы "Искусство войны". Полная фраза звучит так: "Если вы знаете своих врагов и себя, вы одержите победу во всех сражениях. Если вы на знаете своих врагов, но знаете себя, вы выиграете одно из каждых двух сражений и одно проиграете. Если вы не знаете ни своих врагов, ни себя, вы рискуете потерпеть поражение в каждом сражении"
2. В конце периода Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.) царства У и Юэ начали враждовать. Все началось с бегства из Чу влиятельного сановника У Чэня, женившегося на красотке из царства Чэнь. Со временем эти царства стали непримиримыми врагами, а их название стали использовать как метафору вражды между двумя государствами
3. Гоцзысюэ ("Училище княжеских сыновей"). В этом училище получали элитное классическое образование по мужской линии: сыновья и внуки чиновников 3—1 рангов, гогунов, правнуков лиц 2—1 рангов
4. Гоцзыцзянь («Академия сынов государства») — главное высшее учебное заведение императорского Китая в Пекине, где готовили людей для высших государственных постов. Основана в 1306 году.
 Глава 124 «Финал» (часть 1) 
____
 Неужели вы расслабились и забыли, что произошло двадцать лет назад? 
____
Все знали, что император Лунань амбициозен, но до сих пор ни разу во время утренней аудиенции он не вел себя столь решительно. Вдобавок никто не подозревал о грядущих реформах. Его решение удивило не только сторонников Фан Циня, но и чиновников из Военного совета.
Цзян Чун украдкой посмотрел на Янь-вана и подумал про себя: «Император с утра встал не с той ноги?»
Выражение лица Чан Гэна оставалось непроницаемым. Он взял слово и принялся восхищаться небывалой мудростью государя. Несмотря на то, что Чан Гэн преуспел в политике, чем-то он напоминал свою мать, богиню варваров. Даже когда он осыпал императора льстивыми речами, это звучало немного отрешённо, словно ему не было дела ни до льстецов, ни до клеветников. В то же время внешне принц Ли Минь чем-то походил на Ли Фэна и умело делал вид, что готов безоговорочно принять любое его решение.
В этот момент он изменился в лице.
В глубине души Ли Фэн прекрасно понимал, что Янь-ван воспользуется данной ему властью над гражданскими и военными чиновниками в своих целях, но это не имело значения. Сегодня он приблизил к себе Янь-вана, а завтра возвысит кого-нибудь другого.
Двумя последними своими указами Ли Фэн привлек всеобщее внимание к Военному совету. Ему стало любопытно, что знать, любившая потрясать своими Железными жалованными грамотами, сможет противопоставить Янь-вану, который всего один раз в жизни видел своего «отца-императора» и вел монашеский образ жизни.
Сегодня ночью никто в столице точно не сомкнет глаз.
Тем временем в Военном совете Цзян Чун шепотом спросил у Чан Гэна:
— Ваше Высочество, что нам теперь делать? Продолжать следовать первоначальному плану?
— Куй железо, пока горячо, — без колебаний ответил Чан Гэн.