Убить волка (СИ)

Поначалу виновниками посчитали шайку пустынных разбойников. Но после того, как правитель Лоулани провел тщательное расследование, выяснилось, что на найденном на месте трагедии оружии был выгравирован символ дворцовой стражи королевства Цюцы. После чего он немедленно призвал эту страну к ответу. Но в Цюцы категорически отрицали свою причастность, утверждая, что Лоулань всегда больше поддерживала королевство Цемо, а к лоуланьским послам и вовсе отнеслись крайне неуважительно. Тогда Лоулань направила в Цюцы новую делегацию — своего наследного принца и три тысячи кавалеристов, чтобы добиться справедливости. Поначалу Цюцы отказывалась даже впускать их внутрь и вступать в переговоры. Пока внезапно ворота не распахнулись и их не встретили сотни «Пустынных Тигров».
«Пустынными Тиграми» называлась невероятно тяжелая военная техника, способная пересекать пустыню и потреблявшая огромное количество цзылюцзиня. Их рабочий механизм имел крайне сложное устройство.
Десять лет назад, подавляя восстание на Западе, Гу Юнь смог разгромить их. Тогда в сражении участвовали только три «Пустынных Тигра», но этого оказалось достаточно, чтобы едва не загнать в угол половину сил еще не успевшего набраться боевого опыта Черного Железного Лагеря. Насколько Гу Юню было известно, чтобы построить три таких машины, тогда всем западным странам пришлось объединить усилия.
Гу Юнь резко встал на ноги, сильно нахмурившись; его пальцы рассеянно перебирали деревянные четки в руках. Слишком уж этот конфликт напоминал ему восстание на Юго-Западе. Он понизил голос и уточнил:
— А это точно были настоящие «Пустынные Тигры», а не муляж?
Черный Орел тотчас ответил:
— Маршал, это точно были настоящие «Пустынные Тигры». Вскоре весь отряд лоуланьских всадников был полностью разгромлен. Принц едва не погиб на поле боя, солдаты рисковали своими жизнями, чтобы спасти его. В тот же день Лоулань обратилась в наш гарнизон за помощью. Но не успели мы сломать печать на послании, как из-за длинных языков иностранных солдат новости уже разнеслись по Шелковому пути, и всех обуял страх. Теперь другие западные страны, Тяньчжу и иностранцы собирают военные силы на своих постах. Командующий Северо-Запада мастер Мэн лично явился в гарнизон, чтобы приказать нам ждать указа «Цзигу Лин».
Гу Юнь ударил по столу:
— Что за вздор?!
Солдат подумал, что маршал говорит об указе «Цзигу Лин» и кивнул:
— Командир Черных Орлов тоже так считает. Черный Железный Лагерь не подчиняется указу «Цзигу Лин», но командующий Мэн заявил, что раз Аньдинхоу находится под домашним арестом и ему приказано поразмыслить над своим поведением, то нам следует ждать высочайшего императорского указа...
 Примечания: 
1. Cвежий ветер и светлая луна (обр. прекрасный вечер; красивый пейзаж; обстановка, располагающая к лирической беседе, к мечтательности и любви)
2. 心如死灰 - xīn rú sǐ huī - сердце (на душе) - словно потухший пепел; обр. охладеть, очерстветь
3. Маньский княжеский дом
4. 神龙见首不见尾 - shén lóng jiàn shǒu bù jiàn wěi - букв. видно то драконью голову, то хвост обр. вести подозрительный образ жизни, то проявить себя, то снова закрыться; что-то утаивать
5. 一个巴掌拍不响 - yīge bāzhang pāibuxiǎng - одной рукой в ладоши не хлопнешь, обр. для ссоры нужны двое, все ссоры и противоречия не могут исходить лишь от одной стороны; у обоих рыльца в пушку; один в поле не воин
6. 义子- yìzǐ - приёмный (названый) сын
7. 金枝玉叶 - jīnzhī yùyè - золотые ветви и яшмовые листья (обр. в знач.: члены императорской фамилии, люди аристократического происхождения)
8. 八风 - bāfēng -ветры с восьми направлений, ветры всех румбов; роза ветров
9. Отсылка к нежному телу женщины
10. 红袖 - hóngxiù - красные рукава (обр. в знач.: женщина, девушка, красавица)
11. 龟兹 - qiūcí - Куча, Цюцы (древнее королевство в Синьцзян-Уйгурском авт. р-не, КНР)
12. 且末 - qiěmò - г. и уезд Черчен (Qarqan; Синьцзян-Уйгурский авт. р-н, КНР)
  Глава 52 « Безграничный»  
____
 
 Гу Юнь пододвинул к себе половину недопитой бутылки вина, проверил температуру, а затем сделал глоток. «Мелкий паршивец, думал, я не найду на тебя управу?» 
____
У Гу Юня сжалось сердце: события развивались гораздо стремительнее, чем он ожидал. Он не мог представить себе, что беспорядок может достичь такого масштаба.
Западные земли [1] напоминали мелкий колодец, кишащий лягушками. Небольшие королевства были точно гора козьего помета: одна часть смотрела на запад, другая — на восток, и все они бесконечно враждовали между собой в борьбе за власть. Однако, поскольку в последние годы Черный Железный Лагерь приглядывал за Шелковым путем, никто не решался учинять там беспорядки.
Королевство Цюцы было размером с комариный глаз. Даже если разбить котел и продать обломки металла [2], этого не хватит, чтобы выстроить сотню Пустынных Тигров. Ясно как день, что за этим необычным поступком скрываются хищники покрупнее.
Вот только пока оставалось неясным, какие цели преследуют те, кто стоит за спиной королевства Цюцы.
Гу Юнь не верил, что подобный гамбит провернул тот самый человек, сидевший на троне Великой Лян. Ведь Ли Фэн привык все тщательно контролировать, поэтому не любил идти на риск и предпочитал вести дела определенным образом. Действовать сгоряча и спонтанно в обстоятельствах, которые невозможно четко спланировать, было совершенно не в его стиле.
Гу Юнь опасался, что Ли Фэна эта ситуация застигла врасплох, как и его самого. С одной стороны, точная информация о том, как обстоят дела на северо-западе, пока была маршалу неизвестна. С другой стороны, существовал риск, что Черный Железный Лагерь самовольно вмешается в конфликт, нарушив договоренности со двором. «Маршальская печать сейчас конфискована, поэтому указ "Цзигу Лин" нельзя привести в силу» — он мог использовать это как оправдание, чтобы придержать армию.
Гу Юнь спросил:
— Сколько примерно солдат насчитывает каждый гарнизон других стран?
Черный Орел ответил:
— Гарнизоны Запада насчитывают всего около трех тысяч солдат. Тяньчжу расположена дальше, поэтому у них примерно тысяча человек, остальные — из западных стран.
— Быть того не может, — Гу Юнь прикусил кончик языка и не произнес рвавшийся наружу приказ: «Тогда еще раз это проверьте», потому что вспомнил, что сейчас не руководит армией...
... а заперт в городе размером с колодец и не в состоянии ничего предпринять.
— Появление сотен Песчаных Тигров говорит о том, что враги рассчитывают на полномасштабное сражение. Если за техникой не стоит армия из нескольких десятков тысяч тренированных солдат, то весь их цзылюцзинь будет потрачен впустую. Пусть силы их выглядят незначительными, но враг может скрывать большее войско, — Гу Юнь прищурился, легонько постукивая пальцами по столу: — Для того, чтобы расправиться с никчемной лоуланьской кавалерией, более чем достаточно нескольких солдат в тяжелой броне и пары Пустынных Тигров. Однако они привели к нашим границам сотни Пустынных Тигров и десятки тысяч солдат, это говорит о том, что перед нами не обычный конфликт между западными странами.
Солдата его слова озадачили:
— Тогда... вашему подчиненному следует немедленно возвращаться на фронт...
Гу Юнь перебил его:
— Нет смысла. Уже слишком поздно.
Черный Орел спешил сюда из пограничного пункта на Шелковом пути, дорога заняла у него два дня, что уже считалось невероятной скоростью. Поскольку воздушное пространство над столицей было закрыто, приземлиться он мог только в Северном гарнизоне. Даже если гонец за ночь добрался до столицы и сразу предстал перед Гу Юнем, третий день был на исходе. Если отправить его с ответным донесением, то, даже если он измотает себя до смерти, считая время, затраченное на дорогу туда и обратно, выходит пять или шесть дней.
Ситуация на поле боя меняется молниеносно, пяти или шести дней может быть достаточно, чтобы погубить страну...