Чужак из ниоткуда 2 (СИ)

— Прямого нет. Можешь доехать до Денвера и там пересесть.
— Годится. Когда до Денвера?
— В одиннадцать десять будет проходящий.
Я посмотрел на часы. Пять часов ещё ждать. Ладно, подождём.
— Дайте один билет.
— Тридцать два доллара.
— Я заплатил, получил и спрятал билет.
— Не опаздывай, — сказал негр. — Борзая ждать не будет. А следующий только утром.
— Спасибо, — сказал я и вышел на улицу.
Борзая? Ну да, Greyhound же — название знаменитой американской фирмы-перевозчика, попадались мне их автобусы на трассе. Серые, с изображением бегущей борзой собаки на морде.
Однако пять часов до автобуса. Надо как-то убить время. Справа, в глубине лужайки, уже вовсю сияли цирковые огни. Доносилась музыка. Я перехватил поудобнее сумку и пошёл на свет и звук.
Представление, как гласило объявление на кассе, начиналось через полтора часа. В ближайшей палатке я купил горячий хот-дог и отправился бродить по окрестностям. На обширной лужайке, помимо шатра, располагался целый городок с трейлерами, в которых, надо понимать, жили цирковые. Где-то слышался смех, работал телевизор, тренькало банджо, выводя незатейливую ритмичную мелодию. Окна трейлеров уже светились, хотя темнота пока не наступила, — солнце зависло над крышами домов на западной стороне, словно раздумывая опускаться дальше или ну его на фиг. Обычно так бывает на севере, а здесь, вроде бы юг… Наверное, всё дело в моём восприятии. Никакого орно, просто стою и впитываю все эти незнакомые звуки, запахи и виды в этой незнакомой стране. Хотя не такой уже и незнакомой.
С шумом отворилась дверь ближайшего трейлера и оттуда выскочил небритый молодой парень в ковбойской шляпе, джинсовом костюме и ковбойских же сапогах. На плече парня висела дорожная сумка, похожая на мою.
— Стой, Кевин! — донёсся до меня сиплый низкий голос. — Остановись, или, клянусь богом, ты пожалеешь!
— Пошёл ты на хрен, Мэт! — крикнул парень, обернувшись на дверь. — Я ухожу, и никто меня не остановит!
— Чёрт с тобой, сто пятьдесят в неделю! — на пороге появился грузный мужик лет пятидесяти в штанах на подтяжках поверх шерстяной серой рубашки с закатанными рукавами. В углу рта тлел окурок сигары.
— Ха-ха. Триста, и ни цента меньше.
— Даже я не зарабатываю столько!
— Это твои проблемы.
— Слушай, представление через час. Отработай номер и катись. Это будет честно.
— Честно? Кто тут говорит о честности? Мэт Раймонд — человек, который за лишний бакс удавится. Я не верю тебе, Мэт. Всё, ухожу, кончилось моё терпение. Делай, что хочешь!
Парень развернулся и решительно зашагал прочь от трейлера.
— Твою мать, — выругался мужик с сигарой и тут заметил меня. — Эй, а ты кто? Чего шастаешь, здесь нельзя находиться посторонним!
Я откусил от хот-дога, прожевал, проглотил.
— Разве эта ваша земля? — спросил. — Вы заплатили городу за аренду, только и всего. У нас свободная страна, хожу где хочу.
— Умный, да?
— Умный, — согласился я. — А ещё наблюдательный. Вижу, у вас проблема. Могу помочь.
Решение пришло секунду назад, когда я провожал Кевина глазами. Пристать к бродячему цирку! Отличный ход. Считай, растворился для агентов и полицейских. Немного грима и не слишком высокие требования… Как там Кевин говорил, Мэт Раймонд — человек, который за лишний бакс удавится. Вот на этом и сыграем.
— Ты? Помочь?
— Ага, — я поставил сумку в траву и без подготовки, не снимая куртки, сделал заднее сальто. — Оп-ля. Спорим, я сумею повторить всё, что делал этот ваш Кевин.
— Неплохо, — кивнул Мэт. — Но гимнастов у меня хватает. Кевин был стрелком. И хорошим стрелком, чёрт возьми! Хочешь сказать, что умеешь стрелять?
— В тридцати шагах промаха в карту не дам, — процитировал я Пушкина и братьев Стругацких. — Разумеется, из знакомых пистолетов.
— Врёшь.
— Во те крест, — я перекрестился. Слева направо, как принято у католиков.
— Ну, это, положим, не аргумент… Как звать?
— Том Смит.
— Ну да. Ты такой же Том Смит, как я Джонни Кэш [2].
— Так вам Джонни Кэш нужен или стрелок?
 
Какое-то время Мэт задумчиво разглядывал меня, перебрасывая из одного угла рта в другой и обратно потухший окурок сигары.
— Кольт в руках держал?
— Нет. Но если дадите, попробую. Я хорошо стреляю из винтовки, с одной руки, не целясь. Послушайте, Мэт, испытайте меня. Прямо сейчас. Сколько до начала представления, говорите, час? Этого времени хватит. Что вы теряете? В худшем случае я просто уйду. А в лучшем — останусь.
— Хм, — Мэт перекатил в другой угол рта погасший окурок сигары. — Ладно, пошли. Покажешь, на что способен.
[1] В реальности Circus Smirkus был основан только в 1987-м году.
[2] Известный американский кантри-певец.
  
Глава тринадцатая
 
Как стрелять из револьвера. Мое сценическое имя. Сто двадцать долларов. Мама Рэйчел. Представление
 
По дороге Мэт зашёл в другой трейлер, попросил меня обождать, и вскоре вышел, держа в руках пояс-патронташ с двумя кобурами на нём, из которых выглядывали рукояти револьверов.
Мы вошли в шатёр через задний служебный вход и оказались за кулисами. Здесь вовсю шла подготовка к вечернему представлению. Стучали молотки. Суетились рабочие. Пахло свежеструганным деревом, человеческим потом, табачным дымом и почему-то женскими духами. Мимо нас танцующей походкой пробежала девушка с волнующими формами, прикрытая в самых интересных местах двумя полосками искрящейся ткани.
— Привет, Мэт!
— Привет, Венди. Готова?
— Луше всех. Что это за сладенький птенчик с тобой?
— Обломайся. Он несовершеннолетний.
— Если попал в наш курятник, автоматом становишься совершеннолетним, — сказала Венди и жарко мне подмигнула. — Пока, сладкий, надеюсь, ещё увидимся.
— Пока, — сказал я.
Мы вышли на сцену, залитую ярким электрическим светом.
— Видишь щит? — кивнул Мэт.
У левой кулисы располагался, сбитый из толстых досок, щит высотой около трёх с половиной метров.
— Стрелять будешь с другого края сцены, — сказал он. — С бедра. Здесь расстояние сорок футов.
Чуть больше двенадцати метров, перевёл я про себя. Ерунда.
— Иди сюда, я покажу.
Мы отошли к противоположному краю сцены.
— Надевай, — он протянул мне пояс-патронташ.
Я взял, осмотрел. Жёлтые блестящие патроны держались сзади — каждый в своём гнезде. Две кобуры с револьверами по бокам. Килограмма два с лишним всё вместе.
Надел пояс на бёдра — так, как видел в кино про индейцев и ковбоев с Гойко Митичем в главной роли, застегнул на предпоследнюю дырку.
— Так?
Мэт осмотрел меня, подёргал за пояс.
— Вроде нормально. Теперь смотри, — он вытащил из кобуры револьвер. — Это современная реплика знаменитого «Peacemaker» образца тысяча восемьсот семьдесят третьего года. Кавалерийский вариант с длиной ствола семь с половиной дюймов. Сорок четвёртый калибр. Вес — два с лишним фунта. На, подержи.
Я взял. Оружие легло в руку, как там родилось. Отличная эргономика, даже не ожидал.
— Какие два основных правила обращения с оружием?
Я вспомнил науку отца и сказал:
— Первое: всегда помнить, что раз в год стреляет даже незаряженное ружьё. Второе: никогда не направлять оружие на человека. Даже незаряженное. Исключение — враг. Есть ещё третье — всегда чистить оружие сразу после стрельбы.
— Всё верно, — кивнул Мэт. — Кроме второго. Оно для военных людей, а мы цирковые. Но об этом позже. Слушай внимательно. У этого револьвера нет предохранителя. Говорят, когда-то, чтобы избежать случайного выстрела, заряжали пять патронов вместо шести, чтобы одна камора напротив ствола оставалась пустой. Но мы так не делаем, у нас шоу. Поэтому заряжаешь все шесть. Взводи курок до щелчка.
Я взвёл.
— Покрути барабан.
Я покрутил. Барабан свободно вращался, издавая лёгкий треск.
— Достань шесть патронов и положи в карман.