В двух шагах от дома (СИ)

Чудовище, которое атаковало мага, отступило, не ожидая внезапного нападения с фланга, и оставило в покое свою жертву. Теперь Кассия могла хорошо рассмотреть монстра. Существо напоминало огромный, постоянно меняющий форму кусок мягкой глины высотой футов десять, и все было усеяно… Девушка похолодела: чудовище было покрыто человеческими ртами. Точнее, эти рты были не совсем человеческими. Таких длинных и острых зубов Кассия не видела даже у эн-калехийских гладиаторов, которые, как известно, специально затачивают себе зубы, чтобы иметь дополнительное преимущество в бою. Все эти рты непрерывно что-то бормотали. Разобрать слова было невозможно, и от этого становилось еще страшнее.
Но пугаться было некогда. Охотница рванула беглеца за шиворот и подняла на ноги:
— К дому, скорее!
Девушка побежала, таща за собой мага. Тот еле успевал. «Все еще хромает,» — отметила Кассия. Монстр забеспокоился и забормотал оживленнее и громче, теперь в его голосах слышались нотки обиды и возмущения. С неожиданной сноровкой существо поползло вслед за убегающими. Кассия и Андри подбежали к дому. Охотница втолкнула беглеца внутрь, запрыгнула сама и задвинула засов.
Вскоре снаружи послышалось жалобное неразборчивое бормотание. Чудовище поскреблось в дверь, потом покачало ее, но та не поддалась. Тяжело вздыхая, кряхтя и жалуясь, существо отправилось в обход хижины, изредка гулко стуча в стены. Несмотря на то, что дом был крепким, сила ударов существа была такой, что сотрясала его от крыши до фундамента. Было ясно, что если монстр не уйдет, долго их укрытие не продержится.
Кассия была в бешенстве.
— И куда это ты собрался глубокой ночью? — зло спросила она беглеца.
Тот развел руками:
— Вариант «по нужде» не пройдет, так ведь?
— Отправился справлять нужду через всю деревню к дому старосты, забрав половину припасов?
Андри пожал плечами:
— Могла бы сразу просто сказать, что не пройдет.
Даже в такой ситуации маг продолжал отпускать свои шуточки! Девушка подскочила к чародею и приставила к его горлу кинжал.
— Хватит язвить! Отвечай на вопросы! Куда ты направлялся? Где мое оружие? И что это за дрянь сейчас разрушает наше единственное убежище?
Андри примирительно поднял руки:
— Ну хорошо, хорошо. Только убери лезвие от моего горла!
Кассия одарила Андри испепеляющим взглядом, но оружие опустила. Маг продолжил:
— Меч твой я выбросил еще там, на тропе. Подумал, что без своей этой железки, которая проникает через любую магическую защиту, ты будешь для меня безопаснее. Цепи эти, которые вы тащили с собой, кстати, выбросил тоже. Чтоб ты знала, они доставляют магам невыносимые мучения. Но послушай, я даже подумать не мог, что…
— Перестраховался, значит? — Кассии очень хотелось залепить пощечину по этой самодовольной роже, но она сдержалась: без латной перчатки на руке удар был бы неэффективным. — Дальше.
— Я искал так называемую червоточину Мар-Ильтума, — обреченно пояснил Андри. — Если совсем просто, в определенную погоду, чаще всего в ясную ночь полнолуния, маг по нескольким характерным признакам может отыскать древний тайный проход, который выведет его из одной точки в другую. Я нашел место, тут, в Инверрэри, где он расположен.
— Все-таки решил меня здесь бросить? — прошипела Кассия. — Вот так, одну? И тебе наплевать, что в этом страшном месте, кроме нас, есть кто-то еще? А сколько до этого высоких слов наговорил… и всем им грош цена!
— Послушай, я тебя вылечил, — вздохнул маг. — Еду мы нашли, ее достаточно. Этот странный третий, вроде бы, не враждебен. Гонец из Амерлиса не нашел тебя в Кови и наверняка поставил в известность приорат. Я готов поклясться, что, узнав, куда именно ты отправилась, они уже послали кого-то на поиски. Ты ничем не рисковала, ну, почти. Клянусь, как только я добрался бы до первого же поселения, я сразу сообщил бы о том, что ты не можешь выбраться из Инверрэри из-за лавины, и за тобой немедленно отправили бы помощь.
Кассия ничего не ответила. Скрестив руки на груди, девушка с нескрываемым презрением смотрела на чародея.
 
— Хорошо, хорошо, я согласен, что поступил малодушно! — воскликнул беглец. — Но я уже четырнадцать лет не видел своих родных! Я не знаю, как теперь выглядит моя мать. Моя младшая сестра выросла без меня. Тебе с этим проще — я знаю, что раз в год Орден дает рыцарям увольнительные, чтобы они могли навестить свои семьи. У тебя есть возможность хотя бы раз в год видеть тех, кто тебе дорог, и проводить с ними хоть немного времени! А я все эти годы пытался убедить себя в том, что моя семья умерла для меня, а я для них. Но тут у меня появился шанс. Скажи, на моем месте ты не воспользовалась бы им, леди Кассия?!
— Вообще-то, я ищу опасного преступника и теоретически ты мой пленник. Значение имеет только это! — взвилась охотница. — И все, что ты сделал, может служить лишь смягчающими твою вину обстоятельствами, не более!
Целитель устало прикрыл глаза ладонью.
— И в чем, по-твоему, мои преступления? В том, что я имел несчастье родиться магом? Или в том, что твои собратья по Ордену не смогли меня разыскать и задушить до шестнадцати лет? Или в том, что я хочу спокойной жизни, как любой нормальный человек?
До десяти лет я жил, как обычный ребенок. У меня были мать, отец и сестренка. Я их любил, они любили меня. У меня друзья были. А потом вдруг проявились эти мои способности. Заметь, я их не просил. Их, знаешь ли, никто не просит. Родители не захотели отдавать меня Ордену на казнь. Отец, рискуя жизнью, разыскал для меня бродячего магистра. Только он меня мог как следует обучить и постоянно прятать. Мне было десять лет, я тогда многого не понимал. Мне до сих пор стыдно за то, что тогда я винил во всех бедах магистра Руфуса. Он спасал меня, а я думал, что он насильно увел меня из родного дома. Руфус Веллий уже тогда был стариком, а теперь он в ваших застенках. И издевательства над своим учителем я Ордену никогда не прощу. Наверное, в этом мое преступление?
Мой наставник очень заботился о тех, кто попадал к нему в обучение. Поэтому он нашел мне, как он считал, отличное место — я стал медиком при дворе Его светлости герцога Арлонского. Слугой, хоть и более высокого ранга, чем остальные. Ты знаешь, кого в Трезеньеле лицемерно называют слугами? Конечно, знаешь. Так вот: я бежал оттуда. Бежал четыре раза. Я мечтал и до сих пор мечтаю осесть где-нибудь, завести семью и лечить людей. Я преступник, потому что хотел сам распоряжаться своей жизнью?
В первый раз я пробыл на свободе целых полгода. Потом меня поймали. Затем опять побег, и еще раз, и снова. Пока граф просто не сдал меня Ордену, чтобы меня заперли в тюрьме Калагурриса пожизненно. И знаешь, что я скажу? — Андри горько рассмеялся. — Орден в попытках удержать меня гораздо более изобретателен. Особенно хороши ваши тюрьмы со свинцовыми крышами, где от испарений свинца узники медленно сходят с ума. Так что я тоже смог отточить свое мастерство. Иначе Орден бы не стал привлекать тебя.
Знаешь, мне почти приятно видеть твое лицо. Потому что получается, что ты единственная, с кем мне можно часто видеться. Раньше я легко заводил друзей. А теперь каждый раз, убегая, я вижу все новые и новые лица, и боюсь привязаться к кому-то. Либо они пострадают из-за меня, либо мне придется опять скрываться, и я их больше никогда не увижу.
Да, со мной пытались связаться те, кто желает, чтобы весь ваш Орден перестал существовать. Вы их называете Секретным Ковеном магов. Они считают, что уничтожение Ордена решит все проблемы. Меня склоняли к тому, чтобы я помог расправляться с рыцарями. Но я целитель, я не могу и не хочу убивать. Убивать — значит действовать теми же методами, что и вы. Ничего хорошего из этого не выйдет. Возможно, мне стоило все же прирезать кого-то из твоих товарищей, чтобы ты не обвиняла меня напрасно? — Андри с горечью махнул рукой.
— Ты ничтожество, Андри Мак Глейс. Когда тебя будут вешать, я займу место в первом ряду! — Кассия дернула плечом.