Обещание (ЛП)

— На тридцать больше? — медленно повторила я за ней этим утром, когда мы встретились на регистрации в аварийной службе. Я должна была знать. Ты не регистрируешься в аварийной службе, а разрабатываешь в ней новые планы. — На тридцать гостей больше?
Миссис Сендлер-Росс махом распахнула застеклённые створчатые двери.
— Да, ровно на тридцать! — живо ответила она. Жаркий, влажный воздух ударил мне в лицо.
Я последовала за ней на каменное крыльцо, а затем на широкую лужайку. Наши каблуки проваливались в мягкую зелёную траву, как ножи в пасхальных цыплят. Трава безжалостно цеплялась к каблукам. Я не большой фанат травы.
— Миссис Сэндлер-Росс. — Сказала я, покачиваясь на лужайке позади её. — На тридцать человек больше — это очень много людей. На это потребуются некие — целая куча — изменения. Церемония через две недели, вы помните?
— Я помню, — она улыбнулась мне через плечо. — Теперь ты видишь, почему я хотела, чтобы ты пришла пораньше? И называй меня Лави, дорогая.
Мне встречалось много имён. Ни одно из них не напоминало Лави.
У миссис Питер Джей был боевой, ничто-не-сможет-остановить-меня-даже-лужайка, дух одной из тех богачей, которые обанкротились во время последнего биржевого обвала. На всех биржевых рынках. Только они не обанкротились. А процветали, становились сильней, более мощными, и, по иронии судьбы, рушили мои идеальные планы.
Мне придётся позвонить своей подруге Саванне и сказать ей, что работа в Тахо будет более проблематичной, чем мы предполагали. А она меня уже предупреждала, что это станет огромной проблемой.
— А здесь мы построили павильон для размещения гостей. — Объявила она, повернув за угол и махнув на огромную лужайку и на строение с открытой стеной. — Всё сделано на заказ, конечно.
— Оно краси... — подождите. — Что? Размещение гостей?
Она посмотрела на меня.
— Чтобы поселить их где-то.
— Поселить их где-то? — сказала я низким подозрительным тоном. Меня что, снимали? — У нас уже есть «где-то». Огромная стеклянная оранжерея вашего соседа. Та, что с внутренним двориком и с профессиональными печами. И кондиционером.
Я выбросила руку, как будто кинула кости на игральный стол, яростно указав в сторону солнечного зелёного холма.
— Вон там.
Миссис Питер Джей заслонила глаза от палящего солнца.
— Да, таков был план, но наш сосед объявил о банкротстве и довольно неожиданно переехал на юг. В Белиз, по-моему. Вернуть его нам не удастся. — Улыбнулась она. — Так что придётся обойтись этим.
— Добавив еще тридцать гостей?
— Постройка павильона. — Указала она снова. — С балками из красного дерева.
— Красное дерево. — Повторила я слабо, дотронувшись до тёмного дерева.
— Прочное и великолепное.
— Миссис Сэндлер, Лави. Дополнительные тридцать людей и новое место — это весьма огромные изменения в последний момент. — Сказала я, улыбнувшись её же дерзкой улыбкой. Только у меня были ещё приподняты брови, что выглядело словно мы соревновались, кто кого.
Она подняла свои в ответ, затем положила руку на моё предплечье.
— Я знаю, Джейн. Ты права. У нас проблемы. Ты должна спасти нас.
Я не могла сопротивляться. Она победила. Я вздохнула и повернулась павильону.
Вообще-то всё могло получиться, если забыть о дополнительных тридцати телах. Открытое помещение с высоко посаженной крышей, прохладное, под тенью, с огромными опорными столбами, что открывали вид на огромные зелёные лужайки и два каменных фонтана на востоке. Крутой скос в овраг на западной стороне предоставит великолепный вид на закат.
Я начала мысленно измерять, сколько мне могло потребоваться материала для декораций, и размышляла над тем, достаточно ли прочны потолочные балки, чтобы удержать танцоров с шарфами. Я уже перешла в режим решения катастрофы, что означало: просто видеть потенциал во всём.
Это будет религиозным откровением, если всё сделать правильно.
Или нет.
Я развернулась.
— Миссис Сэндлер-Росс. Этот павильон, конечно, прекрасен, но в нём ни за что не поместится сто десять человек.
Она рассмеялась.
 
— Конечно, нет. У меня есть идея.
Я успокоилась.
— Идея?
— Идёмте за мной.
Она вышла из дома.
— Я покажу вам. Думаю, вы будете в восторге.
Я развернулась на каблуках, оставив глубокую выбоину на лужайке, и последовала за ней назад к дому, где, по-видимому, нас ждала её идея.
Я собиралась пройти сквозь французские двери в прохладное помещение, когда мистер Сэндлер-Росс оказался в дверном проёме.
Он был высоким и симпатичным, и знал об этом, с вежливой улыбкой и местами поседевшими волосами. Он подпёр рукой дверной косяк и озарил меня улыбкой в тысячу ватт.
— Джейн, верно?
От него пахло морепродуктами и джином.
Я выдавила натянутую улыбку.
— Я — Сэндлер-Росс, — снова идиотская ухмылка. Его рука скользнула выше, — но вы можете называть меня Питером.
— А вы может звать меня мисс МакИнни. — Сказала я, отступив назад и врезавшись в шпалер с розами. Тонкие шипы роз укололи меня. Поэтому появилось мимолетное желание выдернуть шпалер из земли и треснуть его по голове, но я не испортила дизайн сада. Улыбайся и завоёвывай — вот мой метод.
— Итак, как сыграли Нэшионалс? — схитрила я. — Они вчера выиграли, да? Это четыре прямых.
Он вышел из двери.
— Ты говоришь с фанатом Янкиз.
Догадалась.
— О.
Он загнал меня дальше, наступая как полузащитник.
— Моя жена очень довольна тобой, Джейн.
Я вжалась в шпалер.
— Кстати, о вашей жене.
Он сделал ещё один шаг вперёд с этой широкой ужасной улыбкой.
Миссис Лави поспешила обратно к жаркому дворику и спасла меня, безучастно поцеловав мужа в щёку и прижав брошюру к моей груди.
— Палатки. — Сказала она с тревожной напряжённостью. — Как вы на это смотрите? Мы можем разметить больше людей при помощи палаток, правильно?
Что это за спасение такое?
— Мы можем поставить палатки. — Ответила я осторожно. — Просто они... с подвохом. — «Ублюдки. Палатки-ублюдки с подвохом, как и мистер Питер Джей.» — Но если вы хотите больше людей...
Миссис Лави улыбнулась.
— Я хочу больше людей.
Я улыбнулась в ответ.
— Палатки подходят.
Итак, задержанная обсуждениями по существу (несколькими) и ловушками (многими) в виде палаток, я сидела, дрейфуя в пробке по системным объездным путям, которые вели, очевидно, в никуда, в облаке строительной пыли, что прилипала к поту на моей шее и руках.
Кроме того, крючок на ремешке моего бюстгальтера готов был сорваться.
Капелька пота скатилась по моему виску.
Я наклонилась вперёд и сузила глаза сама себе в зеркале заднего вида. Если кто-то не проследил, куда расклеил все эти чёртовы объездные указатели, то он очень, очень пожалеет.
А ещё мой лоб блестел как стекло.
Я потянулась к портфелям и сумкам, брошенным на пассажирском сидении рядом со мной, и достала платок, который везде носила с собой. Никогда не знаешь, когда клиент разразится слезами.
Вместо этого я нащупала рукой записку, полученную прошлым вечером от другой клиентки, миссис Ричард П. Басс III, подруги, которую направила ко мне миссис Лави. Письмо было написано на кремовом листке, и от него веяло слабым ароматом духов и плохими новостями.
По непонятным причинам это напомнило мне, что тогда, как органические фрикадельки под соусом из бурбона будут божественными, а гребешки, обёрнутые в бекон, — вдохновляющими, то небольшая помеха в виде палаток будет неуместна (будь проклят Анжело и его аренда палаток на все случаи жизни, подумала я не в последний раз) рядом с почётным гостем и её высоко уложенной прической. А ещё там будут все эти дополнительные гости, что почти создаст впечатление, что я перезагружена, но миссис Басс III никогда не пришло бы в голову передать это Томпсонам, если они попросят порекомендовать им организатора мероприятий для свадьбы их дочери.
Ещё, вполне возможно, мою оплату задержат. Снова.