Мера человек (СИ)

«А падший оказался хитёр. Это невообразимо мощное заклинание, ловушка на бога.»
Я усмехнулся, оглядывая горящий мир. Пылало всё: и земля, и небо. Кажется, даже на облаках стали проступать узоры пентаграммы.
«Он долго ждал, когда в его узоре окажется всё, что нужно. И частица Абсолюта, и Просветлённый… Откуда он только достал кровь Каэля, интересно?»
— Может, она была в замке? Ещё человеческая?
«Может, ты и прав, поднёбыш».
Я не оставлял попыток вернуться в тело, и напрягал незримые мышцы. Хотя вид руин, в которые превратился замок, не внушал надежды. Может ли тело человека, третьей меры, пережить такие разрушения?
Раскаты грома разносились над перевалом, и непонятно было, голоса это, или грохочущие молнии?
Где-то сверху, над облаками, полыхали вспышки…
«Ангелы Медоса пытаются пробиться на помощь своему божку», — нервно засмеялся Белиар, — «Но он обречён, магия Абсолюта не различает ни богов, ни нулей.»
— Надо что-то делать, демон, — в очередной раз уткнувшись в стену ветра, рявкнул я.
«Там такие силы столкнулись…»
— А рука? Рука на моём теле, ты чувствуешь её?
«Эээ. Нет… То есть, я и не пробовал.»
— Что ты нарисовал там, на алтаре?
«Тот же призыв, что и ты, когда привязывал мою душу.»
Демон что-то проворчал, я почуял, как мы с ним завибрировали.
— Ну же, что там происходит?
«А ты сам попробуй почувствовать своё тело, если умный такой!»
Появилось новое ощущение. Меня стало сносить не только ветром, но и тянуть вверх.
«Твою поднёбную душонку… держи её!»
— Кого?!
«Душонку! Ты опять умираешь, Марк!»
— Опять?!
* * *
Моё сознание снова плыло в неведомом пространстве. Едва очнувшись, я огляделся. Вокруг туман непонятного цвета, то ли серый, то ли розовый, и свет льётся будто со всех сторон, пытаясь пробиться сквозь марево.
Чистилище? Как же давно я тут не был. Вроде мне кто-то говорил, что чем больше моя душа привязывается к Инфериору, тем реже я буду сюда попадать.
А смотри-ка, опять попал.
— Белиар! — позвал я.
Тишина…
— Есть здесь кто?
«Сильная воля, ты был так близок.»
Всё моё существо всколыхнуло от пронизывающего голоса. Абсолют, это было бесспорно.
— Где Белиар?
Тишина.
— ГДЕ БЕЛИАР?! — я надрывал незримые связки.
«Это демон, сильная воля. Душа, сделавшая неправильный выбор, выбравшая лёгкую дорожку вместо тернистой тропки.»
— Мне всё равно, кто он. Я обещал ему.
«Сильная воля, твоё слово имеет силу.»
О чём это он? Я в который раз убедился, что у меня не клеились разговоры с такими существами, разум которых непостижим.
Хоть бы кто научил дипломатии с высшими силами.
— О чём ты? — только и спросил я.
«Ты не сказал: «Да»».
Я чуть не рассмеялся. То есть, всё то, чем я занимался до этого, не было частью сделки?
Я почувствовал дыхание. Оно заполняло всё вокруг, и вдруг принесло мне воспоминания. Только они уже были смешаны со знаниями, которые я получил здесь.
* * *
«Я сижу под мостом, под ночной трассой. Сверху гудят машины, отдают мне в затылок вибрацией, а в животе у меня пуля…
Позади незавершённая месть. Я почти достал его, этого ублюдка, который лишил меня всего.
Кротов… Таинственный министр, который взял меня на работу, даже не дождавшись, когда я окончу учебку телохранителей.
Ну да, у меня был опыт горячих точек, хорошие рекомендации. Но я отлично помню, что вокруг было гораздо больше настоящих профессионалов. Но молодая кровь разве может думать?
«Ноль процентов ипотека, молодой человек», — говорил холёный, довольно пожилой мужчина, делая акцент на слове «ноль».
В чёрных волосах почти проглядывала седина. Тогда мне казалось, что проницательные глаза видят во мне желание работать, сделать семью счастливее.
Эта работа сулила всё. Престиж, деньги, квартиру, и даже будущую учёбу моей дочери. Это отнимало много времени, но я понимал, что так нужно. Не каждый день получаешь шанс на безбедное будущее.
 
«Мера у каждого своя», — говорил Кротов, — «Как ты себя покажешь, так тебя и отблагодарят».
Сейчас каждое брошенное министром слово было понятно…
«Очень трудно найти… по-настоящему ценных людей. Вокруг много пустышек, никчёмных нулей, но мне такие не нужны. Ты понимаешь, о чём я, Марк?»
Я кивал, думая, что понимаю, о чём он говорит. О мозгах, естественно, об ответственности, о выдержке. Всё это у меня было.
А потом он инсценировал свою смерть.
То, что меня подозревали в убийстве, было не самое страшное.
Теперь-то понятен смысл всего, что натворил Кротов. Резкое обнуление моих счетов, арест квартиры банком. И даже потеря всех рекомендаций, исчезновение данных о моей службе.
Частью обряда были убийство моих жены и дочери, причём все эти измазанные в крови стены.
Крайнее отчаяние, полное обнуление моей жизни. Для того, чтобы Кротов мог попасть в Нулевой мир.
Только ещё до того, как меня лишили семьи, мне удалось кое-что накопать. А потом случилась беда, и я не собирался отчаиваться, пока не отомщу.
Погони, стрельба, словленная пуля, и моя тихая смерть под мостом.
Я так и не достал его, зато теперь знал, что со мной пытались сделать.
Умереть спокойно, правда, мне не дали. Потому что голос Абсолюта я тоже хорошо помнил.»
* * *
Меня словно пронзило воспоминаниями, заставляя переживать каждый момент. Снова возвращая в тот омут боли, и распаляя жажду мести.
И желание вернуть близких…
«Ты действительно этого хочешь?»
Если б у меня были губы, я бы их поджал от досады. Ведь именно с этих слов началась тогда моя беседа с Абсолютом.
Я молчал, лихорадочно пытаясь переворошить в мыслях знания, которые сейчас мне мало чем помогут. Ох уж эти игры высших сил.
«Мне нужна твоя воля!»
С каждой секундой память опять подёргивалась дымкой, словно наползала пелена. У меня были родные, а их лица исчезают.
Теперь у меня в Инфериоре тоже полно близких, их жизнь тоже для меня очень ценная.
«Это и есть другой путь, о котором я говорил.»
— Не понимаю, что ты хотел мне показать, — наконец, сказал я, — Кротов в Нулевом мире?
«Да. Он завершил обряд.»
От Абсолюта прилетело видение. И я захохотал, жалея, что Белиар этого не видит. Мне было неприятно, что радуюсь чужим страданиям, но боль от утраты была свежей, и никакой жалости к Кротову я не испытывал.
Даже когда мне пришлось служить Серым Волкам, я не опустился до такого.
Грязный, в рваных обносках ноль, оттирает какой-то нужник. Зверь толкнул его, и тот упал, перепачкавшись… Покатилось ведро, разливая воду. Поднял взгляд, полный смирения, и, кое-как встав на коленки, стал дальше оттирать.
Тот холёный и дородный министр, которого я помню, и этот полудохлый оборванец мало чем были похожи. Лицо осунувшееся, кожа да кости, и даже взгляд поменялся.
Обрядовая чернь. Я мысленно произнёс эти слова с презрением, как когда-то Белиар.
Обломал Кротова Инфериор, кинув в тело нуля. Он хотел попасть в тот мир, в котором можно получить истинную силу. В Нулевой Мир, из которого вышли боги, и который никто не создавал.
Или создал тот, о ком никто и ничего не знает.
«Ты хочешь мести, сильная воля?» — голос оборвал мои размышления.
 
Я, отсмеявшись, сказал:
— Нет, конечно.
Пространство вокруг странным образом качнулось, Абсолют был явно обескуражен моим ответом.
О какой мести может идти речь, если сейчас жизнь этого министра — сплошной ад? Я приду, и закончу его мучения?