Мера человек (СИ)

Яркий месяц освещал порушенное гнездо. Теперь я воочию видел и закованного Буру, сидящего на коленях, и королеву Лесных Духов перед ним.
Её разум так и стонал, посылая вокруг волны ужаса и отчаяния. Но рой был глух к приказам своей правительницы.
Отчаяние…
Рой затмевал небо, бесчисленные тени мелькали через серп луны. Они чуяли меня, и общее волнение передавалось всем. Даже гул изменился.
А может ли быть, что отчаяние королевы — это связь с Жёлтым приором?
— Я спасу твоё дитя-а-а-а! — крикнул я, стараясь, чтобы королева услышала.
Её разум слабо отозвался… Поздно, отчаяние захватило всё существо древнего насекомого.
«Марк!»
Рой ринулся в атаку. А я побежал…
Толчковая нога врубилась в камень, посылая моё тело вперёд. Кажется, сзади даже кусок скалы отвалился из-за образованной трещины.
Воздух сгустился от скорости. Подо мной мелькали ручьи и камни, и я слышал, как быстро работают мои ноги — будто винт мотора по воде бьёт.
Надо мной тёмное облако гудящих крыльев медленно, с тугой инерцией вытягивало ко мне мельтешащее щупальце. Шершни не сразу поняли, что цели уже давно нет на месте.
Через секунду я оказался возле Буру. Я затормозил, прочертив в камне глубокие борозды. Жук будто уже ждал, и его глаза были сфокусированы на том месте, где я возник.
— Ты… волчок, совсем большой… Что за адский перегар? — Буру потянул носом, — Словно демон за душой…
«Моё имя — Белиар!», — демон захохотал.
А рой уже сменил направление, и вся его ударная мощь неслась над землёй в нашу сторону. Прямо в спину Буру…
Я рванул верёвки, закусив губу от ледяных колючек. С треском путы разорвались, на глазах с лица пленённого исчезла гримаса боли, и Рогач весело ощерился:
— Ты испортил мой стишок… Демон… с мясом пирожок! — а потом просто упал лицом в воду и затих.
Я на миг замер, совершенно не понимая, что происходит. Эти двое слышат друг друга?
«Убью-у-у-у!» — Белиар зарычал, заметался в моей душе.
А потом время стало замедляться, и мой разум перешёл в ускоренный режим.
Сотни фасетчатых глаз блестят, приближаясь ко мне взволнованной массой. Будто несётся на меня бесформенный грузовик…
Перескакиваю через Буру, втягиваю силу Инфериора в ноги, в тело, в руки… и бью копьём по земле. Невероятно мощная «земная волна» уходит вперёд и грузовик словно в стену въехал. Сплющился, рассыпался десятками изуродованных тел. Крылья, лапы, брюшки…
Позади стонет королева, оплакивая своих сородичей.
Но это лишь малая часть роя. Сверху гудит, надрывается крылатая масса, и начинает снижаться. А на меня уже летят отдельные истребители, выставив жала.
Ухожу влево, вправо, и копьё поёт песню смерти. Летят в стороны разрезанные тела, вылетают из брюшек кишки, планируют оторванные крылья.
Королева стонет. Зовёт меня, пытаясь что-то подсказать.
Я чувствую, что Жёлтый приор здесь. Это его воля — вот в этих маленьких солдатах. Это не они, а он хочет напасть.
Если частица Абсолюта не достанется ему, значит, не достанется никому. И вместе с моей смертью отправится обратно, на мою родную Землю.
Его сила управлять такой массой внушает восхищение. А если я попробую?
«Нет, поднёбыш!»
Но я втыкаю копьё древком в землю, опускаюсь на колено, и другой рукой касаюсь виска.
Вы — мои!
Рой на миг замирает в замешательстве. Первобытный разум не понимает, что происходит. Вот некоторые кидаются на своих собратьев, но их быстро убивают.
И следом приходит удар… Прямо мне по мозгам.
«Я оттачивал этот дар тысячу лет. И ты, выскочка, надеялся одолеть меня?»
Я пытаюсь перехватить, отразить следующую атаку. Но противник силён, он знает какие-то приёмы… И обходит все мои блоки.
Новый удар. Ещё.
В глазах темнеет…
Королева стонет, и я понимаю, что именно через её разум приор меня достаёт. Связываясь с любым шершнем, я связан с их маткой.
«Дай сюда, поднёбыш!»
И мои ноги плещутся по воде, за мной поднимается вихрь из брызг. Не более секунды, и я пролетаю полсотни метров, перепрыгиваю Буру, и поднимаю копьё.
 
У королевы много глаз, и в каждом страдание… Это конец всему, Ваше Величество.
Моё копьё пронзает хитиновый панцирь, входит прямо между глаз, и я непроизвольно добавляю «каменное жало». А Белиар посылает непонятную мне силу через руку, и нестерпимый жар проносится по венам…
Кажется, в глазах насекомого полыхает огонь. Через миг в задней части её черепа что-то трескается, и оттуда действительно вырывается пламя с какими-то клочьями.
Мы с демоном просто выбили ей мозги…
— А помягче нельзя было? — спросил я, с сожалением глядя на остекленевшие глаза насекомого.
«Ну, это нормально, а? Кто-то мучил её несколько дней, а исчадие зла — демон, которые прекратил эти муки, убив мгновенно», — Белиар прорычал что-то ещё, на своём, демоническом языке.
— Ладно, всё, успокойся, — прошептал я, вытаскивая оружие.
Смерть королевы резко оборвала связь, и теперь рой бесцельно висел в воздухе. Я чуял их куцый разум — примитивные существа боялись и просто не знали, что теперь делать.
Я осторожно коснулся их мыслей.
«Поднёбыш, ты бессмертный, что ли?»
Скривившись, я всё же отдал команду рою. Не всем, но другим передадут свои же.
Позаботиться о теле королевы, и ждать возвращения принцессы.
Насекомые как-то встрепенулись, словно мелькнула искорка жизни, и стали собираться сверху, кружить над телом королевы.
Я поспешил к Буру, но внезапно мне в спину ударило что-то. Будто влетело… Светляк о королевы!
«О, да. Сила!»
Демон внутри чуть ли не кукарачу пел, а я, опустившись на колени, страдал от жара, несущегося по венам. Трансформации как таковой не было, но что-то внутри говорило — ты стал сильнее.
Интересно, дала ли хоть что-нибудь королева?
«Ты ступень поднял с неё одной. Тебе мало, что ли?»
Я встал, чувствуя, как кружится голова.
— Не понимаю, о чём ты…
«Её духа не хватило бы, чтоб поднять ступень. Это — её дар.»
Я обернулся, но королеву уже не видел. Спасибо. Больше мне нечего было сказать.
Рогач так и лежал лицом в ручье. На миг я даже заволновался, поэтому быстро подскочил, поднял его…
«Захлебнулся, надеюсь?»
Нет, Рогач просто дрых. Его храп ударил мне в уши похлеще осиного гудения.
Я, закинул его на плечо, потащился к краю плато, но сразу замер. Там теперь стояли десятки силуэтов.
Нас ждали.
А в центре знакомая фигура, скрытая под изящным платьем-мантией. Голубые глаза, золотистые волосы. Как же она похожа на Зигфрида…
Особенно сейчас, в свете луны, я будто смотрел на чуть уменьшенную копию Синего приора. Нет, она была очень женственной, я бы даже сказал, притягивала взгляд.
«Уж говори, как есть. Она и сама тебя вон как хочет».
Я усмехнулся.
— Впечатляет, — сказала Геллия.
Я с улыбкой посмотрел на неё и аккуратно спустил Буру с плеча, уложив за валун. Чтоб шальной стрелой не задело.
Вокруг воздушницы стояли около тридцати зверей, матёрые воины в жёлтых доспехах. Половина из них были с клинками и копьями, другая половина стояла позади с луками наготове.
— Второй перст, — Геллия чуть прикусила губу, — Действительно, сильная воля. Жёлтый приор что-то знает о тебе?
Я молча вышел напротив неё и встал, отведя копьё в сторону.
Геллию это не впечатлило.
— Он сказал, ждать здесь, чтобы забрать твою голову, — она чуть пристальней прищурилась, — У тебя тоже есть секрет?
Я кивнул.
«Поднёбыш, я не понимаю. Не вижу твоих мыслей.»
Лёгкая усмешка коснулась моих губ.
Внучка Вотана была красива и женственна. А великий Зигфрид, её дядя, в свою очередь, был мужественным, и при первом взгляде на светловолосого приора думаешь, как бы не сказать чего лишнего. Ещё голову снесёт.
 
Но в то же время… как похожи.