Однажды орел…
— Танки! — закричал кто-то. — У них танки!..
Справа открыл огонь пулемет: пулеметчик в каске на затылке стрелял полулежа, с бедра. Потянувшиеся со всех направлений трассы впивались в танк и отскакивали в стороны, как искры при газовой сварке металла. Танк на мгновение остановился, развернулся и тронулся вперед. Брэнд оглянулся. Дэмон опять приник к радиопередатчику и, захлебываясь, кричал:
— «Кортик», я «Карабин»! «Кортик», я «Карабин»!.. Дьюк? Это Сэм. Послушайте, я нахожусь у «Арбалета», у нас здесь неприятность… Что? Соедините меня с Пулином. Кто со мной говорит?… Он что?… Что он, вы говорите? — Лицо Дэмона напряглось от усилий, которые он прилагал, чтобы расслышать. — Сошел на берег?… Но какой в этом смысл? Ради бога, как я могу связаться с ним?… Ладно, ладно. Послушайте, Дик, нас атакуют танки. Пять или шесть, может больше, я еще не знаю. Как насчет танковой роты Бейли: она уже доставлена на берег?… Что?! Их отозвали?… Тогда куда же, черт возьми, они делись… просто болтаются где-нибудь?! Ладно, неважно. Как насчет артиллерии?… Нет, не корабельной: танки уже входят в наши боевые порядки. Свяжитесь с Харкави и прикажите ему перенацелить все наличные танковые подразделения на участок «Ред-два»… Да, «Ред-два». Когда Пулин свяжется с вами, передайте ему, что у нас здесь создалось серьезное положение. Что надо прислать сюда Бейли, и по возможности быстрее. И скажите ему: «Арбалет» будет держаться. Конец передачи. — Дэмон передал наушники и микрофон де Луке и позвал: — Хэнк, Джо!
Брэнд подполз к нему по дну окопа.
Пригнувшись к лицу помощника командира дивизии, полковник Крайслер внимательно посмотрел на него:
— Что, нам нужно удержаться здесь?
— Похоже, что нужно.
Тапки приближались. Их было четыре, насколько мог различить Брэнд. Они, как жуки, ползли сквозь густую высокую траву, то задирая лобовую часть вверх, то опуская ее вниз, преодолевая груды камней, небольшие пригорки и густой подлесок; их пушки раскачивались из стороны в сторону, как штыревые антенны.
— …Нам будет очень туго! — кричал Крайслер. — Все, что у меня имеется, это ружейные гранаты, Сэм. Тридцатками этих ублюдков не остановить…
Дэмон схватил его за руку и сказал:
— Держись здесь, Бенджи, во что бы то ни стало. Отступать некуда…
— Да, я понимаю, Сэм…
— Я добуду какие-нибудь средства. Обязательно! — Генерал махнул Брэнду и Чейзу, и они, выбравшись из окопа, побежали от воронки к воронке, сквозь густые кусты, через открытые пространства. Над их головами сплелись трассы пулеметного огня; затем они перебежали на обратный скат высоты; джунгли по мере приближения к заливу становились менее густыми. На мелководье, отделенное от моря рифом, падали снаряды. Брэнд, бежавший следом за генералом, испытал огромное облегчение, когда оказался вне видимости танков.
На берегу царило смятение: повсюду виднелись катера, валялось снаряжение, солдаты сновали во всех направлениях, создавая невероятную суматоху. Танков на берегу не было; Брэнд, по крайней мере, не увидел ни одного. Между бетонными надолбами торчали две наполовину погруженные в воду и перевернутые вверх дном машины-амфибии; далеко от берега раскачивались на волнах или лениво дрейфовали по течению десантные катера; солдаты в безумной спешке передавали по цепи ящики с боеприпасами и коробки с расфасованным на суточные пайки продовольствием. Справа, в стороне от горного хребта, держа винтовки над головой, на берег продолжали высаживаться солдаты. В воде почти по пояс они казались неподвижными, попавшими в западню в маслянистой жидкости; затем они как-то неожиданно достигали мелкого места, переходили на робкий, нервозный бег, стремясь побыстрее пересечь пляж и укрыться от снарядов, вздымавших ввысь белые гейзеры воды или темные — почвы.
— Нам нужен Макрей, — сказал Дэмон спокойным тоном. — Не прозевайте его. Глядите в оба…
— Есть, генерал, — отозвался лейтенант Чейз, а Брэнд молча кивнул головой, продолжая пробираться между множеством воронок от снарядов, припавших к земле или неистово работающих солдат, сломанных упаковочных клетей, искореженных листов гофрированной жести, бревен, раздавленных канистр для воды, брошенных вещевых мешков и винтовок и обугленных древесных пней. Как же они найдут кого-нибудь в этой мешанине, не говоря уже о коменданте высадки? В направлении сильно укрепленного японцами крутого обрыва с воем промчались два самолета; следы их ракет, похожие на окутанные клубящимся дымом стрелы, воткнулись в стену обрыва и извергли из нее фонтаны дыма и пламени. Вот рядом друг с другом лежат трое раненых, один из них закрыл глаза рукой. Около него воткнутая в песок винтовка, а к прикладу подвешена бутылка с кровяной плазмой. Неожиданно совсем рядом раздался пронзительный скрежет, и Брэнд бросился в воронку; по его телу сильно ударила взрывная волна. Его голову, глаза и губы пронзила внезапная резкая боль. Поблизости с грохотом разорвался еще один снаряд, и осколки градом посыпались вокруг. Этому ужасу не видно конца… И все этот проклятый обрыв!..
Подняв голову, Брэнд увидел, что Дэмон быстро шагает вдоль уреза воды, а Чейз едва поспевает за ним. Разозлившись на себя, совершенно разбитый, Брэнд с трудом поднялся на ноги и побежал за ними по песчаному берегу. Генерал разговаривал с молодым веснушчатым лейтенантом, выглядевшим вконец расстроеннным; они стояли у джипа, доверху нагруженного скатками постельных принадлежностей и коробками с продовольственными пайками.
— …По приказанию начальника штаба, — докладывал лейтенант. — Полковника Боусма. Он приказал мне…
— Я возьму джип, — твердо заявил Дэмон. — Немедленно.
— Нет… вы не можете… — испуганно возразил лейтенант.
— О, еще как могу! Так или иначе, вы попали не на тот участок высадки. Вы должны быть на участке «Грин-один». — Генерал махнул Брэнду и Чейзу. — Садитесь, ребята.
— Да, но я не имею права отдать эту машину кому бы то ни было…
— Я дам вам расписку, — ответил ему Дэмон, стараясь перекричать шум работающего двигателя. — Обратитесь ко мне завтра…
Лавируя между воронок и обломков, они с трудом продвигались к обрыву, с которого, несмотря на удары по нему самолетов, продолжали сыпаться снаряды. Молодой лейтенант что-то прокричал им вслед. Оглянувшись, Брэнд заметил показавшуюся ему знакомой фигуру и похлопал Дэмона по плечу:
— Вон он! Макрей…
Генерал резко затормозил и соскочил с джипа. Комендант высадки майор Макрей сидел, прислонившись спиной к бачку с пресной водой. Он был обнажен до пояса, весь мокрый от струившегося по телу пота; Брэнд заметил на груди у него две пропитанные кровью повязки и еще одну на предплечье. На голове торчала ярко-синяя бейсбольная шапочка; его крупное, квадратное лицо было пунцово-красным и злым.
— Мак! — окликнул его Дэмон. — Вы видели Пулина?
— Нет. А разве он на берегу? Я думал, что он…
— Как насчет танков?
— Еще не прибыли, генерал.
— А как насчет артиллерии?
— Еще нет, по крайней мере, не поступила до того, как меня ранило… Хотя нет, кажется, здесь есть несколько тридцатисемимиллиметровых. По-моему, перед налетом «зеро» я видел пару пушек около пирса. Этот налет все здесь перепутал…
— Хорошо.
Рывками, с фыркающим двигателем, они поехали дальше: то по воде, то прячась за деревьями, мимо расположившегося в развороченном снарядами доте перевязочного пункта, мимо санитаров, торопливо шагавших со своей ношей к автомобилям-амфибиям на берегу, Дэмон круто повернул руль, и джип, объехав разбитую японскую десантную баржу, ввалился в какую-то яму, затем, опасно накренившись, выбрался из нее. Позади них раздались резкие ожесточенные удары, будто кто-то выбивал дробь молотком, сила их нарастала с неимоверной быстротой; повернувшись на заднем сиденье, Брэнд увидел на высоте не более пятидесяти футов самолет, осыпавший градом пуль след их машины на песке. Находившийся у среза воды солдат вскинул автомат и застрочил по самолету; стреляные гильзы, кувыркаясь, пролетали мимо его каски, как небольшие ярко-желтые игрушки. Только когда самолет пронесся над ними и, сверкнув оранжево-красными кругами на серовато-коричневых крыльях, скрылся из виду за вершиной горы, у Брэнда заколотилось от испуга сердце.