Пепельные объятия (СИ)
Блин, точно. Я на нервах стрелял именно в маску, представив её как мишень, попал в глаз. А ведь поначалу хотел в лоб. Из своей Сайги я стреляю очень метко. За годы охоты выработал сноровку. Сколько патронов тогда истратил, не счесть. Сейчас это уже несколько раз спасло наши жизни. Но стрелять в людей, хладнокровно думая о сохранности средств защиты, это перебор.
– Вот собрал тебе с них, перебери, может, что и пригодится.
Друг поставил чёрный пластиковый пакет почти полный разных патронов. Всё то, что он нашёл у бандитов.
Чего там только не было! Даже пачка для моей Сайги. Но в основном, самые дешёвые патроны двенадцатого калибра с дробью пятеркой. Игорь сказал, что ещё и модными защитными костюмами обзавелись.
Когда есть общая цель и адекватные целеустремленные люди, работа спорится очень быстро. На следующий день мы закончили основную уборку, успев сделать это до обеда. Отгородились от внешней среды полиэтиленовой плёнкой, которая, кстати, закончилась. К обеду, с трудом волоча ноги, притопал Владимир со своим баулом вещей. Он самостоятельно похоронил брата и теперь едва ходил, махая длинным фильтром противогаза.
Пока мы работали, Игорь пустил его в убежище, заставил отмыться и повёл в нарушении своих же правил обедать на кухню. А у меня была маленькая радость. Мой пятизарядный браунинг вернулся домой. Первым делом я его почистил и смазал. Надо будет научить Володю по-человечески обращаться с подобным оружием. Кстати, а почему он в убежище? Ведь Игорь категорически это не приветствует. Я конечно терпел всё, но вопрос о нарушении установленных законов, я задал другу прямо в лоб. Может в результате мы с семьёй вообще станем тут лишними.
– Нет Сергий. Я не собираюсь брать его в убежище. Он знает, тут места уже нет. Сейчас омылся, покушает, Дарья его осмотрит и Вовка поднимется в комнату. Мы в доме готовим лечебницу. Он будет там жить и охранять. А сейчас я хочу измерить его уровень дозы, стоит ли нам вообще помогать подобным выживальщикам. Да и опыт нужен, сравнить, что набрал он, с нашим уровнем.
И опять, друг макнул меня в грязь лицом. Опять он думал лишь о нас. Стало стыдно за свои неловкие мысли. Лучше бы я промолчал, как обычно. Буду стараться.
Во время обеда угрюмый, с осунувшимся лицом Вова рассказал о своих злоключениях. Это был не очень интересный рассказ.
С того момента, как мы расстались, первые сутки они просто лежали в своём убежище без сил. Потом Николай стал поскуливать. Правое плечо сильно раздуло. Вова, как умел, приложил дощечки и обмотал бинтом сломанную плечевую кость. Чтобы хоть как-то прийти в себя, съели несколько таблеток антибиотика и обезбола. Владимир с трудом разжёг примус. Не жалея заварки, сварил чифира. Братья выпили. Чуть полегчало. Кушать пришлось только вяленую рыбу. Больше продуктов в их схроне не осталось. Пить хотелось сильно, но воды было мало. На следующий день Николаю сильно поплохело. Вова сообщил об этом Игорю. Ну а дальше мы уже всё знаем сами.
– Вова, скажу тебе сразу, грязи набрал ты не мало, но не смертельно. Таких стерильных условий как тут в убежище, в доме мы тебе создать не сможем, по крайней мере, пока. И ты понимаешь это. Но гостевую тебе отмыли так, что там сейчас в десятки раз чище, чем в вашем схроне. Постепенно очистим и дальше. Буду искать методы. Если хочешь, оставайся. Даша тебя потихоньку починит. Если нет, тогда бери еду, оружие, отдай рацию и уходи.
– Это вы правильно. Это вы мудро сделали. Тот, горелый указатель для нелюдей. Хорошо лежат, понятно. А идти мне некуда, друг. Самое родное, что было у меня, отняли. Остался только ты. С радостью приму твоё предложение. Спасибо тебе, что отомстил за брата моего. Никогда не забуду этого. Зубами за тебя, Игорь, грызть их буду.
Друзья обнялись. А что, в принципе, обустроился Вова неплохо. Мы все поделились от души. Ему выделили постельное, устроили весь быт на первом этаже. По крайней мере, он один из всех нас спал теперь в гостевой спальне на раскошной кровати.
Вечером этого дня было полчаса «Мастерства», мы заканчивали делать боевые рогатки. Мощная, алюминиевая рукоять пистолетного типа, расходилась на стальную рогатую конструкцию, с растягивающими дополнительные рычаги пружинами. К ушкам в рычагах крепились эластичные резиновые трубки. Они заканчивались кожетками, вырезанными из хорошей кожи. Туда закладывался снаряд. Предварительно, все нужные элементы Игорь день за днём нарезал на фрезерном ЧПУ станке в мастерской. Скидывал со смарта файл, а утром забирал готовые заготовки. Нам оставалось только всё подогнать, собрать, а сегодня лишь выгнуть из стального прутка локтевые упоры. Расчеты Игоря показывали, что такая рогатка свалит любую собаку. А человека может запросто оглушить или даже убить.
В качестве снарядов, использовались шарики от подшипников. Друг расколол несколько штук и раздал всем. В рукояти рогатки была ниша, куда и закладывались эти шарики для хранения. Дальше нам осталось только приловчиться быстро стрелять из них.
Наступило «Свободное время».
Мы разговорились с Игорем о произошедшем в мире.
Я хотел услышать его точку зрения. И, как всегда, обалдел от его версии.
– Игорь, как ты думаешь, что произошло? Почему в Америке всё начало взрываться?
– Я знал, что ты тоже будешь искать ответы на эти вопросы. Когда нет достоверного источника информации, не стоит домысливать или гадать, но можно проанализировать ситуацию и включить критическое мышление.
На мониторах было чисто. Пару раз протопали лошади, запряжённые в самопальные телеги. Старики перевозили свой скарб. Одиночные люди периодически пересекали перекрёсток, останавливались, смотрели на наш суровый знак и шли дальше. Больше ничего особого не наблюдалось, можно поговорить. Из выдвижной полочки Игорь достал цветную карту американского побережья.
–Я составил очередность катастроф, случившихся с авианосцами и атомными станциями на побережье северной Америки, и провел линию. Смотри, сначала взорвался флагман «Доррис Миллер», он находился в северной части Атлантического океана.
Я смотрел и понимал, Боже, как все становится просто и понятно, когда кто-то умный раскладывает информацию по полочкам. Возникло ещё сто пятьсот вопросов, но я подавил в себе желание мешать увлеченному человеку, раскручивать клубок событий.
–Точных координат у меня, конечно, нет, допустим это было тут, где крест. Потом пошли инциденты на станциях недалеко от Бостона, Вашингтона, Норфолка. Потом, смотри, Луизиана. А вот в Хьюстоне атомный реактор работники успели заглушить. Спецы, видимо, тоже просекли эту взаимосвязь, когда уже загадили самый населенный регион Америки. Практически всё побережье. Заметь, с реакторами в стороне, например, на границе с Канадой никаких происшествий не было. Смотри дальше. Если продолжить линию, мы упираемся куда?
– В Багамские острова!
– Точно! Именно там, где встал колом авианосец Энтерпрайз.
– Далее, не хочу глубоко погружать тебя в физику, обрисую вкратце. Ещё в молодости я слышал про разработку советским ученым ускорителя на обратной волне. Сверхкомпактный мощнейший ускоритель, не требующий охлаждения, выдающий огромную мощность и узкий пучок протонов. Бомбардируя ими мишень, можно было получить нейтронный поток чудовищной мощности. Тема была невероятно перспективная, но почему никто не занимался развитием этого проекта, я не знал. Так всё и стухло. Видимо, технически реализовать это было не просто. Или специально закрыли все работы над этим проектом. А может даже сделали и засекретили.
–Ускорители, это же огромные подземные кольца? Там, где производят эксперименты?
–Ты прав, ученые строят сейчас для этого гигантские коллайдеры, требующие криоохлаждения, потребляющие неимоверное количество энергии, инертных газов и человеческого обслуживания. А вот ускоритель на обратной волне вполне мог поместиться в автобус.
Я не мог уловить мысли и спросил:
– А при чем тут ускорители?