"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Что ж, делать нечего, Оседлав коней, мы покинули порт и направились в город.
Надо признать, Сан-Текилло произвел на меня двойственное впечатление. С одной стороны, он выгодно отличался от большинства европейских городов, в которых довелось мне побывать, более широкими улицами, чистыми стенами домов и патио, обилием зелени и каким-то общим умиротворенным солнечным настроением. Было в нем что-то от средиземноморских городов. С другой стороны, «самый большой город на побережье» был — по меркам Старого Света — совсем невелик и застроен по большей части одно- и двухэтажными домами. Самое высокое здание, колокольню при католической миссии, можно было свободно увидеть из любой точки Сан-Текилло. Туда мы и направились. Коллет вычитала в книгах о колонизации Нового Света, что католические миссии постоянно снаряжают проповедников, чтобы те несли свет Писания аборигенам. Это позволяло надеяться, что у миссионеров есть проводники, хорошо знающие эти места. Оставалось только как-то убедить святых отцов помочь нам добраться до Нехренаско-дель-Пупо.
Как вскоре выяснилось, это было совсем не просто.
— Дети мои, не скажу, что рад был бы вам помочь, дабы не осквернять уст своих ложью, но в любом случае это не в моих силах!
— Эй, святой отец! — Коллет уперла руки в бока и нахмурилась. — Я тебя правильно понял? Ты и не хотел бы нам помогать? В чем дело?
— Смирения тебе не хватает, сын мой, — сокрушенно покачал головой падре. Крючковатый нос и седые перышки волос вокруг тонзуры делали его похожим на старого, лысеющего попугая.— Я вовсе не имею ничего против вас. Наоборот, мое нежелание помогать вам продиктовано исключительно христианским милосердием!
— Что ты несешь, замухрышка? — Ступив на твердую землю, Николас быстро пришел в себя. Однако унизительное состояние, в котором он пребывал во время морского путешествия, не в лучшую сторону отразилось на его характере.— Христианское милосердие требует помогать страждущим, а не вешать им лапшу на уши!
— Вот и тебе, сын мой, не хватает смирения! — проскрипел священник. Он опасливо посмотрел на меня и втянул голову в плечи.— И даже котику вашему, по-моему, смирение несвойственно!
Лишившись во время урагана значительной части гардероба, я вынужден был отказаться и от камзола, который более не скрывал мою внешность, а лишь привлекал ко мне нежелательное внимание. Так что, покинув корабль, я дальше ехал свернувшись на тюках со снаряжением и изображая обычного кота. Но слова старикашки и сама его занудно-менторская речь меня так разозлили, что спина сама собой выгнулась, шерсть стала дыбом и выпущенные когти заскребли по дощатому полу. Учитывая мои размеры, неудивительно, что священник порядком перетрусил. Я посмотрел ему в глаза и плотоядно облизнулся.
— Успокойтесь, ради бога,— захныкал миссионер.— Я ничего обидного не имел в виду! Наоборот! Поймите же, эти проклятые джунгли слишком опасны! Мы уже давно перестали посылать своих миссионеров к местным племенам. Они все равно никогда не возвращались. И большинство из них даже не добралось до индейцев! Наступил на змею — мертвец, встретился с диким зверем — а здесь они на каждом шагу — мертвец, выпил воды из ручья — опять же мертвец. А тех, кто все же нашел какое-нибудь дикое племя и попытался его обратить в истинную веру, принимали в лучшем случае за безумцев. В худшем же — из-за белой кожи — за восставших из земли мертвецов. Со всеми вытекающими последствиями... Вот мы и перестали посылать людей на верную смерть.
— Проклятье,— проворчал я.— Но хоть подскажите где нам найти проводника.
В конце концов миссионера удалось вытащить из-под скамейки, но даже после обливания водой из фляжки он так и не пришел в себя.
— Конрад, он все время твердит только о каких-то демонах! — пожал плечами Андрэ.— Может, он воопче энтот... ну как их... Демонолог? Давай оставим его, от греха подальше! А то еще кровь начнет из нас пить!
Коллет тяжело вздохнула:
— Ваше величество, не говорите ерунду, это обычны провинциальный священник. И перестаньте уже хлестать беднягу по щекам — от этой процедуры в вашем исполнении он еще долго в себя не придет.
— Поздно,— констатировал Николас, деловито обследован миссионера.— Кости целы, но сотрясение мозга вы ему, ваше величество, обеспечили.
—А?
— М-да... затрудняюсь даже объяснить вам, что это такое. В общем, в ближайшее время он нам вряд ли что-нибудь сможет рассказать.
— Но я же хотел ему помочь!
— Обычно так и бывает,— мрачно подтвердил ярл.— Не сочтите меня бессердечным ублюдком, но, по-моему, нам лучше всего будет скрыться, пока нас не застукали прямо над бездыханным телом. Боюсь, вам, ваше величество, трудно будет убедить местную стражу в добрых намерениях, с которыми вы изувечил местного падре.
—А?
— Иезус Мария, потом! Все разговоры потом! Мотаем отсюда!
Поздно! На пороге миссии растерянно застыл молодой монах:
— Эй! Вы что делаете?! Отец Хулио, что с вами!
— Это не то, что вы подумали! — попыталась его успокоить Коллет, но монашек успокаиваться не пожелал и с воплями выскочил на улицу: — Черт!
К сожалению, миссия располагалась рядом с центральной площадью, так что когда мы выбежали из дверей, на крики монаха уже собралось немало народу. В том числе и отряд стражи.
— Вот они! Я зашел, а они!.. А он!.. А отец Хулио на полу! Убийцы!
— Не мельтеши,— строго оборвал монаха командир отряда и выжидающе уставился на нас.— Ну и кто вы такие?
— Простые странники,— поспешила ответить Коллет.— Мы зашли в церковь после долгого плаванья...
— А, так вы та самая компания колдунов и демонов, что разнесли «Санта Вазелин»? Слухио вас уже разошлись по городу.— Стражник направил мушкет, на Андрэ, видимо из-за размеров сочтя его наиболее опасным противником. Остальные солдаты последовали примеру командира. — Что вы сделали с отцом Хулио? Отвечайте!
— Да ничего мы с ним не делали! — с самой искренней миной на лице воскликнула Коллет.— Мы мирно разговаривали, а потом он вдруг потерял сознание. Мы тут совершенно ни при чем.
— Вы врете! — опять влез монах.— Когда я вошел, этот тощий хлыщ держал отца Хулио за шею!
— Я же говорил, ваше величество,— пожал плечами Николас, пряча руки под плащ.— Всегда так искренне хочешь помочь, но твои действия трактуют совершенно превратно...
— Николас, перестань,— уголком рта прошипел я.— И ты, Коллет, успокойся. Мы не можем воевать с целым городом...
— Это еще почему? — хмыкнула Коллет.
— Запросто,— поддержал ее Николас. Эти двое хорошо спелись!
— Потому что вокруг джунгли,— прошептал я, изо всех сил делая вид, что просто вылизываю лапу.— И нам нужно найти проводника, а не устраивать побоище.
— И что же, ты предлагаешь нам просто сдаться?
— Будем считать это военной хитростью. Посидите немного в здешней каталажке, а я займусь поисками проводника. Этой ночью обещаю вас освободить.
— Интересно — как?
— Андрэ может подтвердить — я его как-то вытащил даже из дворцовой тюрьмы. И Жак с Мордауном мне помогут.
—Жак?
— А вы и не заметили, что оба давно исчезли, причем с нашими лошадьми? Вот что значит воровская школа... В общем, действуйте как я сказал. Доверьтесь мне.
— Хорошо, мы сдаемся! — выкрикнула Коллет, демонстрируя открытые ладони.— Сдаемся и ждем от вас честного правосудия!
Николас последовал ее примеру. Глядя на них, Андрэ тоже выставил вперед свои «бревна», вызван в толпе восхищенные возгласы. Я же с самым независимым видом встал с земли и, отряхнувшись, потрусил в ближайший переулок. Как и ожидалось, на меня никто не обратил внимания,— видимо, слухи, дошедшие до стражников, были не слишком подробными.
Оставаясь незамеченным, я проследил, куда увели моих друзей, и вернулся к зданию церкви. Времени прошло немного, да и след восьми лошадей так просто не теряется. Следуя по нему, я вскоре вернулся назад, в порт, и остановился у небольшой портовой таверны. Заглянул на конюшню — убедился, что все наши лошади здесь. Значит, и Морган с Кошоном в таверне. Я подкрался к окну и заглянул внутрь.