"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
ГЛАВА 3
Они сидели на полу просторной деревянной избы. Или не избы? Сильно сквозило, а из угла доносилось весьма подозрительное попискивание. Варя вытянула шею на звук и успела увидеть скрывающийся в темной дыре омерзительный тоненький хвостик.
— Ну, знаешь ли, Гвидонов, это я тебя хочу спросить, куда ты меня завез!
— Я вез тебя к царице Лебеди, а куда уж ты по пути умудрилась свернуть, понятия не имею. Надо ж додуматься — дергать рычаг переключения в момент транспортировки!
— Так по-твоему, я же еще и виновата?
— Только свяжись с девчонкой…
— Вот и не связывался бы! Я тебя просила?
— Не просила — требовала! Ладно, Сыроежка, не паникуй, разберемся…
В комнате царил полумрак. Узкое окошко (слюдяное! — вспомнилось Варе из школьного курса истории) пропускало слишком мало света. Ребята с недоумением осматривали узкие длинные скамьи, деревянный стол, полки с непривычной на вид утварью, массивный сундук и икону, неодобрительно взирающую на них из дальнего угла. У окна стоял какой-то агрегат хозяйственного назначения.
— О, это же прялка! — обрадовалась Варя, опознав таинственное приспособление. — Точно такая же хранится у нас в мастерской, помнишь? Говорят, ребята с исторического факультета собирали ее сами, по чертежам, и даже сумели запустить.
Неожиданно скатерка завибрировала, снова раздался хлопок, и, больно заехав локтем Варе в ухо, между ребятами появилась… ее лучшая подруга Сонька! Но боже, в каком она была виде…. Длинная хламида — до самых пят — полностью скрывала стройную фигуру. Тряпица была обильно декорирована шелковой вышивкой, жемчугом и какими-то серебряными проволочками, прикрепленными к ткани нитками по весьма хитроумному рисунку. Книзу хламида изрядно расширялась за счет боковых клиньев, а из-под расшитого подола выглядывали мыски красных бархатных сапожек. Больше всего Варю поразили рукава — широкие, колоколообразные, срезанные углом и до того длинные, что Соньке приходилось держать руки согнутыми в локте, чтобы концы рукавов не волочились по полу. Пышная копна пепельных волос была спрятана под русым париком — прямой пробор и коса до пояса, а поверх парика красовался венец с длинными висюльками поверх ушей. Венец юная супермодель нацепила авангардно — набекрень. Привыкла искать оригинальные решения, вращаясь в мире высокой моды.
— Соня, это ты? — выдохнула обомлевшая Варя.
— Приветствую современничков в царстве славного Салтана! — бодро объявила Сонька, потряхивая бусами, щедро обвивающими ее шею.
— В царстве Салтана? — изумился Егор и сосредоточенно зашевелил губами, что-то подсчитывая.
— Как ты здесь оказалась? — продолжала спрашивать Варя. — И к чему весь этот маскарад? Парик, сарафан…
— Не сарафан, а летник. Парадная одежда уважающих себя девиц, темнотища! До чего дурацкий фасон… — Сонька попыталась подобрать в кулак волочащиеся рукава.
— А что у тебя с лицом?
— К твоему сведению, появляться в обществе без белил, румян и начерненных бровей просто неприлично. А твой загар здесь вообще смотрится самым натуральным плебсом.
— Но зачем тебе всё это понадобилось? — Сонька загадочно ухмыльнулась:
— Да так, пустяки. Хочу батюшке-царю богатыря быстренько родить. Ну-ка, Варька, подвинь попу со скатерки. Сейчас сюда пир на весь мир прибудет, а ты весь выход перегородила!
Варя поспешно взглянула вниз: скатерть снова начала вибрировать.
— Шевелитесь, каракатицы, салатики едут! — закричала Сонька, и ребята проворно раскатились в. разные стороны.
Из скатерки один за другим начали вываливаться плетеные короба с полным ассортиментом товаров Макдоналдса (различными модификациями гамбургеров и чизбургеров, с которых повел свое славное существование этот неистребимый монстр общепита), ведра попкорна и хрустящих чипсов, лотки шоколадных батончиков — прямых потомков «марсов» и «сникерсов», а также тяжелые деревянные кадки с салатом оливье, обильно сдобренным майонезом «Пикантный».
— Чтоб благородным боярам было куда падать мордой, когда они всласть напируются. Древняя традиция, — пояснила Сонька, довольно потирая руки. — А что это вы стоите? Принимайте провизию, пока она товарный вид не потеряла!
Варя с Егором кинулись растаскивать продукты по углам. Пожалуй, таких запасов хватило бы небольшому городку переждать недельную осаду! Когда они запихивали под стол гигантский кремовый торт, скатерть последний раз содрогнулась, и из нее вывалилась… еще одна Сонька!
— Фу, наконец-то, — выдохнула она, одергивая подол сарафана. Как у ее предшественницы, он доходил почти до пола, но был гораздо уже, имел широкие плечики и небольшие вырезы на груди и спине, откуда виднелась красная шелковая рубаха. Сзади к сарафану зачем-то крепились еще одни рукава — фальшивые, руки в них продеть было бы невозможно даже при большом желании. Голову вновь прибывшей украшала идущая поверх парика вышитая повязка, а ноги были обуты в самые настоящие лапти. — Заковали в какой-то чехол для танка и думают, что в нем можно шевелиться! — проворчала Сонька, в изнеможении опускаясь на ближайший бочонок с оливье.
— Сонечка! — Варя беспомощно переводила взгляд с одной подруги на другую. — Да как же это может быть?
— Потом объясню. Полундра! — вскричала Сонька, соскакивая на деревянный пол. Скатерть снова пришла в движение, и из нее полезли толстые рулоны какой-то пестрой ткани. — Хватит таращиться, беритесь за дело!
Варя с Егором дружно ухватились за рулон.
— Штабелями укладывайте, штабелями, — пыхтела Сонька, тщетно отмахиваясь от падающих вперед рукавов. — Кто-нибудь, подвяжите мне это безобразие!
Варя тут же откликнулась на призыв и связала фальшивые рукава бантиком за спиной подруги.
— Странный какой-то у тебя летник, — пропыхтела она, хватаясь за очередной рулон.
— Это не летник, это шушун! — прохрипела Сонька, берясь с другого конца. Егор сражался с рулонами в одиночку.
— А ты чего расселась? — рявкнула Сонька в шушуне на Соньку в летнике. — Совсем обнаглела?
— Не забывайся, милушка, я сюда пожаловала в качестве царевой невесты. Богатырей нарожаю, а тяжести таскать — не моя забота! — Она выпростала из широких рукавов белы рученьки и залюбовалась унизывающими их перстнями.
— Во, стерва, — прошипела Сонька в шушуне.
— Полюбуйся на себя со стороны, дорогуша, — парировала ее «близняшка».
— Ничего не понимаю, — жалобно шепнула Варя Егору. — Что здесь происходит?
— Сейчас разберемся, — мрачно пообещал Гвидонов, пытаясь подровнять опасно кренящиеся «штабеля».
Наконец поток рулонов иссяк. Ребята недоверчиво уставились на скатерку. Так и есть, через мгновение она снова задрожала!
На этот раз Сонька вылезала не спеша, ухмыляясь и потирая руки:
— Привет трудящимся! Животики не надорвали?
— Соня, что ты задумала? — мрачно поинтересовался Егор.
— Да вот, полотнишка наткала. На весь крещеный мир. — Она подмигнула ребятам и довольно загоготала. Эта Сонька тоже была обута в лапти, но поверх сарафана (или как уж он там называется? ) у нее была нацеплена короткая безрукавка на бретельках, сильно расширяющаяся сзади за счет крупных трубчатых складок.
— Что-то ты в этот раз на рукавах сэкономила, — не удержалась Варя.
— Вот бестолковая, это же душегрея! — оскорбилась Сонька. — Парадная, между прочим, одежка для скромной Ткачихи.
— А почему… — начала было Варя, но Сонька-первая ее решительно оборвала:
— Хватит рассусоливать, живо дуйте в чулан! Сейчас царь-батюшка свататься подгребет, а вы тут глазами хлопаете!
— Что за ерунда! — возмутилась Варя, но все три «сестрицы» дружным фронтом двинулись на ребят. Егор потянул Варю за руку.
— Подожди спорить, давай посмотрим, что дальше будет. Ты книжку глотала?
— Какую книжку?
— В чулане объясню.
Ребята скрылись в темной каморке, составив компанию встрепанной метле и паре сломанных прялок. На полу громоздились тюки с запахом овечьей шерсти, в углу примостился очередной сундук. Варя осторожно приподняла крышку: