"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Какой ужас! Неужели я вас задел?
— Нет, что вы, всё в порядке, — поспешил заверить его Птенчиков, поднимаясь на ноги… и вскрикнул от резкой боли в лодыжке.
— О, вы подвернули ногу, — констатировал незнакомец. — Садитесь в машину, подвезу. Заодно подскажете, как выбраться из этого парка; видимо, автомобиль здесь не совсем уместен.
— А… кхм, — закашлялся Птенчиков, едва не спросив: «А во что может превратиться ваш автомобиль еще через пять минут?»
— Олег, — протянул руку для знакомства таинственный возница.
— Иван, — ответил рукопожатием Птенчиков.
Он доковылял до машины и с опаской водрузился на мягком сиденье, гадая, не превратится ли оно, к примеру, в волчий капкан. Повезло: не превратилось. Автомобиль выглядел стареньким, но ухоженным. «Жигули» как «жигули». Шестая модель. Птенчиков, стесняясь открыто крутить головой по сторонам, искоса разглядывал приборы на панельной доске.
Стоп. Вот оно! Азарт соприкосновения с тайной мурашками пробежал между лопаток. Рядом со спидометром красовались две необычные клавиши. На одной красными буквами было выведено «SOS», на другой «2-я панель». Что бы это значило? Может, как раз на второй панели и расположены приборы, превращающие машину в воздушный шар? Или… в летающую тарелку?
Птенчиков вытер вспотевшие ладони о штаны.
Олег невозмутимо катил по узкой аллее.
«Интересно, а сам Олег всегда ли пребывает в человеческом облике?» — пришла в голову неожиданная мысль. Птенчиков представил, как с его симпатичного соседа начинает оползать кожа, стекаясь к ботинкам, и на его месте материализуется ухмыляющееся мохнатое чудовище о десяти щупальцах…
Олег пересек глубокую лужу, обдав грязными брызгами «прибрежные» кусты.
— «Унылая пора! » — продекламировал он с затаенным восторгом.
— «Очей очарованье», — машинально продолжил Птенчиков.
— О, вы тоже знаете Пушкина! — обрадовался Олег. «Кто ж не знает Пушкина?» — хотел ответить Иван, но поперхнулся: с воротника новенькой курточки его собеседника свешивалась бирка ценника.
— Да, да, Пушкин, великий русский поэт, — пробормотал Птенчиков, отворачиваясь к окну. «Мохнатое чудовище», не замечая его смятения, принялось увлеченно рассуждать о литературе.
«Инопланетянин. Как пить дать — инопланетянин! — думал Птенчиков. — Сейчас он выдвинет свою „вторую панель“, и унесусь я знакомиться с внеземными цивилизациями!» Ему вдруг стало весело. Иван представил, как позавидовали бы ему ученики. «А вам еще рановато, уважаемые! — мысленно поддразнил их Птенчиков. — Все ли из вас, к примеру, знают, кто таков Владимир Дубровский?»
— Куда теперь? — прервало его мысли «чудовище».
Птенчиков осмотрелся. Они стояли у дальнего выхода из парка. «А куда бы вы предпочли? — хотелось спросить осмелевшему учителю. — Может, показать вам Кремль? Третьяковскую галерею? Большой театр?»
— Направо, — вздохнул он. — Я бежал дворами, но на машине придется объехать по проспекту. Ничего, в нашу сторону в этот час должно быть свободно, пробка обычно стоит по направлению к области.
— Пробка… — задумчиво повторил Олег. Интересно, как инопланетянин представляет себе автомобильную пробку?
Птенчиков снова скользнул взглядом по ценнику.
— Что-то не так? — встрепенулся заметивший его взгляд инопланетянин.
— Так, так! Всё изумительно! — заверил его Птенчиков, ругая себя последними словами. Ну как это чудовище, испугавшись, что его разоблачили, нажмет кнопочку «SOS», и на несчастную Землю обрушится боевая эскадра пришельцев!
Они свернули на проспект. Исходящая выхлопными газами встречная пробка тянулась через мост, теряясь за поворотом.
— Да, не повезло направляющимся в область, — вздохнул Олег, прибавляя скорость. Потом пощупал свисающий ценник. — Признайтесь, Иван, вы ведь смотрели на эту бирку?
— Ну… да, — не стал отпираться Птенчиков. — Лучше было бы ее оторвать.
— Что ж…
Олег покопался под воротником. Ценник держался крепко. Пришелец совсем по-земному ругнулся и стал расстегивать молнию.
Из-за поворота вывернул джип и покатил в обход пробки по встречной полосе.
— Уступай дорогу! — пихнул Олега Птенчиков.
— Что? — удивленно обернулся инопланетянин.
— Сворачивай, идиот! — рявкнул Иван. Олег увидел огни идущего в лоб автомобиля, заорал — и свернул. Да как свернул! Снеся по пути ограду моста, «шестерка» ухнула в воду.
Птенчиков ощутил недоумение и досаду. Не умеешь ездить — не садись за руль! Потом он подумал, что пришельцы, вероятно, не нарушают правил дорожного движения и не разъезжают по встречным полосам. Меж тем машина погружалась, и ледяная вода начала стремительно проникать в салон. «Включай герметичность, олух!» — хотел крикнуть Птенчиков, но тут обнаружил, что пришелец лежит, обняв руль, а глаза его закатились — он был в глубоком обмороке.
Вот так номер! Это что же, мы так и утонем в летающей тарелке, не сумев вовремя превратить ее в батискаф?
В свете габаритных огней мелькнул хвост любопытной рыбешки. Машина накренилась, задрав багажник, и прибывающая вода уже закрыла приборную панель, грозя вот-вот достать до подбородка, а потом…
Волосы Птенчикова встали дыбом. Была не была: если после сигнала SOS эскадра пришельцев ринется-таки на Землю, можно будет объяснить, что пытался спасти их же разведчика. Но если тот погибнет, звездных войн землянам не миновать!
Начиная захлебываться, Птенчиков изо всех сил надавил аварийную клавишу.
Раздалось легкое жужжание. Потом в голове образовалась приятная пустота, и Птенчиков почувствовал, что куда-то уносится. Или возносится?..
ГЛАВА 1
Ивану снилось, что он плавает в кефире. Весь такой белый и насквозь диетический. Только ужасно чесалась левая рука. Он потянулся, чтобы избавиться от досадного неудобства, но чей-то звенящий голос рассудительно произнес:
— Больной, не стоит пугать капельницу, она снабжает ваш организм жизненно важными витаминами.
Иван в изумлении распахнул глаза. И увидел черное око, уставившееся на него с потолка. Оно парило на манер воздушного шарика, ничуть не смущаясь отсутствием прочих частей тела.
— Мать честная, я же попал к инопланетянам! — вспомнил Птенчиков и от волнения всё-таки почесался.
— Больной, не обижайте капельницу! — повторил знакомый голос.
Вздрогнув, Иван посмотрел на свою руку. В том месте, где на уроках ОБЖ школьников учат щупать пульс, к его телу прильнула радужная пластинка. Она переливалась на свету и укоризненно шевелила тонкими усиками.
Иван сдавленно булькнул и подскочил на постели. Постель подскочила следом, моментально приняв очертания находящегося в ней тела.
— Больной, вам вредно волноваться! — сокрушенно вздохнул неведомый голос, парящее под потолком око приблизилось к кровати и коснулось пушистыми ресницами лба Птенчикова.
— Ну вот, давление поднялось на шестнадцать единиц.
Птенчиков потерял сознание. Когда он очнулся, в палате снова звучали голоса. Мужские. Два.
— Что за безответственность! — выговаривал густой бас — Как ты мог привезти с собой пассажира?
— Если помнишь, это он меня привез. И спас при этом от гибели, — возразил другой голос, смутно знакомый.
— Ты вообще не имел права подпускать кого-либо к машине!
— Но у него заболела нога. По моей, можно сказать, вине. Я был обязан помочь человеку!
«Оп-ля, у меня ведь и правда болела нога!» — вспомнил Птенчиков и аккуратно шевельнул конечностями под одеялом. Боли не было, но нога, которую он умудрился подвернуть в парке, почему-то была в носке. Птенчиков слегка высунул ее из-под одеяла и скосил глаза. Плотный белый носок был расчерчен забавными рыжими полосками. Когда-то его мама рисовала подобным образом йодовую сеточку. Правда, не на одежде… Иван тяжело вздохнул. Прошло уже больше года, как мамы не стало. С тех пор он жил совсем один, не отваживаясь привести в дом новую хозяйку.