"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Ты не отвлекайся! — одернула его королева.— Что дальше было?
«Жак» — одними губами произнесла Коллет. Я согласно кивнул — в личности вора-неудачника сомневаться не приходилось.
— А о чем я? Ах да! Я ему посочувствовал и рассказал о своей непростой судьбе. Мне ведь тоже тяжело пришлось! Вот со службы выгнали ни за что... Я всего лишь немного выпивал для согревания организма. Знаете, как зимой в ратуше холодно? Особенно в архиве! А главный архивариус деньги на уголь не дает — говорит, уголь дорожает из-за заговора каких-то «вольных угольщиков» и он так борется с этим заговором. Он у нас вообще слегка на заговорах помешан.
Тут у меня в мозгу что-то щелкнуло, и я спросил:
— Зачем Жаку были нужны документы на пришлых северян?
— Это не ему, это мэтру Моргану... Постойте, а вы откуда знаете?
— Служба такая, — отрезал я.— Значит, это ты для него документы пытался украсть?
— Что вы, господин... э... кот! да меня ж в ратушу с зимы не пускают. Даже на порог! Нет, меня господин Кошон выслушал и сказал, что наша встреча — большая удача. И что его хозяин обязательно захочет со мною поговорить. Ну а я же пьяный, мне море по колено. Пошел с ним.
— Куда? — профессионально уточнил Герхард, доставая блокнот.
— Да там же, рядом с кабаком, какой-то сарайчик был,.. Да вы не пишите, господин начальник, зря бумагу не переводите. Они в этом сарайчике не живут, просто в тот вечер у Жака и мэтра Моргана там встреча назначена была. А так они живут где-то в другом месте, но мне его не показывали — не доверили.
— Так что с документами?
— Ну я, конечно, хоть и пьяный был, увидев говорящую крысу, чуть не преставился. Наверное, только потому, что пьяный был, жив остался. А еще говорят — пьянство здоровье подрывает! Не, я ничего не скажу — может, и подрывает, но в тот вечер оно мне здоровье спасло! Вот... Мэтр Морган сказал, что я-то ему и нужен. И начал про архив выспрашивать — что в документы записывается, всех ли людей мы учитываем, особенно его интересовали приезжие, которые здесь жить остались. Где какие папки хранятся. Ну... я ему все подробно рассказал. А вы бы на моем месте как поступили?! — неожиданно перешел в атаку Зигфрид.— Я же думал, он дьявол! Жить-то хочется!
— Ладно, ладно, не блажи,— усмехнулся Герхард.— Вина твоя и впрямь невелика. Где и какие папки в ратуше хранятся — информация вовсе не секретная... Что еще ему от тебя было нужно?
— А? да вроде ничего...
— Зигфрид, не ври! Если ему от тебя больше ничего не нужно было, то о чем вы с ним говорили сегодня?
— Эх! Пропала моя голова! — вздохнул господин Штрипка.— Он предложил мне быть его помощником, У него, конечно, и так полно помощников — среди мышей и крыс. А вот среди людей только Жак. Но Кошон всего лишь вор, к тому же чужак. А я в этом городе вырос, когда-то уважаемым человеком был… да... Вот мне мэтр Морган и предложил собирать для него кое-какую информацию.
— Какую же?
— Ну он тогда в архиве побывал и что-то там нашел. И зачем-то хотел, чтобы я встретился и поговорил с несколькими людьми. Выспросил про их предков — они все вроде как из северных стран, то ли из Дании, то ли из Швеции... или Норвегии? В общем, потомки викингов. Не знаю, кого он искал, я с двоими успел встретиться и поговорить, судя по всему — не с теми, кто ему нужен. Вот сегодня я ему как раз докладывал о встрече, когда жену нелегкая принесла... А что теперь со мной будет?
— Ничего,— пожал плечами Герхард.— Обвинять тебя не в чем. Можешь пересидеть в камере, пока все не кончится. Ну а если передумал — можешь домой идти, никто силой держать не будет.
— Домой? — Зигфрид на минуту задумался, но потом все-таки покачал головой: — Страшновато, господин начальник. Вдруг этот колдун опять явится? Да и Генриетта, боюсь, еще не успокоилась. Вы бы ей подтвердили, что я трезвый был. Это ведь правда!
— Ладно, посмотрим.— Королева кивнула стражникам: — Отведите его в подземелье. Скажите господину Танатусу, что это особо важный свидетель, пусть хорошо позаботится о нем.
Когда господина Штрипку увели, королева упала в кресло и устало вытянула ноги:
— Боги! Какое же у трона сиденье неудобное! Садитесь, друзья. Без посторонних глаз обойдемся минимумом этикета.
Коллет опустилась во второе кресло, Герхард устроился на краешке стола, а я свернулся на думке у ног Коллет. Анна обвела нас усталым взглядом и вздохнула:
— Ну начнем военный совет?
— Думаете, нас ждет новая война с Морганом? — недоверчиво спросил Ле Мортэ.— То, что рассказал этот Штрипка, мало похоже на подготовку к войне. Какие-то архивные документы, скандинавы...
— Он кого-то ищет,— согласилась Коллет.— Какого-то потомка викингов.
— Вот и я говорю: один человек — это не армия. Чем нам может угрожать один человек?
— Армия у него уже есть,— возразил я. — Знаете, куда исчезло зерно Захарии Штуца? Пошло на прокорм этой армии.
— Крысы? Но Захария понял бы, что зерно погрызли крысы!
— Если бы на складе остались их следы. Потому Морган приказал своим «солдатам» не грызть зерно на месте, а вынести наружу. И пустые мешки утащить и втоптать в грязь. Он не хочет привлекать внимание к себе... пока не будет готов.
— Готов к чему? — спросила королева.— Ты что-то знаешь, Конрад?
— Нет… Я виноват перед вами, ваше величество! От моего внимания как-то ускользнуло, что в последнее время мои агенты из крыс и мышей не приносят никакой информации. Я решил, что просто ничего интересного не происходит. А получается, им приказал молчать Морган!
— Ничего, Конрад, не расстраивайся. Никто не мог предположить, что он вернется.
— Не успокаивайте меня. Как раз это и следовало сразу предположить, — вздохнул я.— Ясно же, что такой человек, как Мордаун, не успокоится, пока не вернет все, что потерял.
— Если тебе нравится заниматься самобичеванием, ради бога, — махнула рукой Анна.— Считай, что я вынесла тебе строгий выговор и высекла плеткой. А теперь давайте думать, что нам делать с полученной информацией.
— По крайней мере одна хорошая новость есть,— усмехнулась Коллет.— Морган все еще в обличье крысы, а значит, не может колдовать.
— Вот что я думаю... — Я нервно прошелся перед камином.— Мы с Морганом в схожем положении. И, опираясь на свой опыт, я могу почти уверенно сказать — все, чего он сейчас хочет,— вернуть человеческую шкуру. Плевать ему сейчас на трон, войну и даже месть. Он готов отдать все, лишь бы снова стать человеком. Значит, таинственный северянин как-то может ему в этом помочь!
— А значит... — радостно воскликнула Коллет, догадавшись, к чему я веду.
— А значит, он может помочь и мне!
Запись в дневнике Конрада фон Котта
от 5 мая 16... г. от Р. Х.
Удивительно, как мелкое, в сущности, событие может изменить наше состояние! Не далее как этим утром я пребывал под гнетом безнадежности и тоски, но стоило на горизонте замаячить призрачной надежде — ивот меня уже переполняют энергия и жажда деятельности. Всего за один вечер я успел провести несколько важных встреч с моими лучшими агентами и разработать вполне приемлемый план операции.
Из кабинета Коллет я поднялся к себе на чердак и первым делом скинул сапоги и камзол. Все-таки человеческая одежда ужасно неудобная!
Новость о возвращении Моргана и его поисках меня изрядно вдохновила. Похоже, хитроумный маг все-таки нашел какой-то способ справиться с заклятием. Во всяком случае, он не теряет надежды, а значит, и мне ее рано терять. Правда, наши с Мордауном отношения как-то сразу трагически не сложились, так что рассчитывать, что он добровольно поделится своей находкой, не приходится. Нужно разработать план и как-то прижать хитреца, благо он теперь всего лишь говорящая крыса, а не могущественный маг.
Но прежде всего следует узнать, что он замыслил.
Королеве я сказал, что крысы и мыши перестали снабжать меня информацией. На самом деле это было не совсем так. Один агент продолжал-таки выполнять свою работу, хотя, как только что выяснилось, недобросовестно. Что ж, значит, пришло время провести с ним воспитательную работу. Тем более что близилось время, когда этот агент обычно заглядывал ко мне.