"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
– Дно видишь? – спросил Роман.
– Смеешься? – отфыркиваясь, выдохнул Стен.
– А ты погляди.
Стен погрузил лицо в воду и раскрыл глаза. К своему удивлению, он различил на глубине серый песок, утопленную корягу, и какую-то затонувшую Бог весть когда железную лохань. Потом он увидел ребенка. Утонувший мальчик зацепился ножкой за какую-то проволоку на дне, и потому тело его не всплыло. Теперь же он лежал в воде, раскинув руки, и волосы его, влекомые водой, колыхались, как на ветру, и ручонки слабо шевелили пальчиками. Когда Стен проплывал над ним, мальчик повернул голову и помахал ему. Более всего его поразило, что тело утопленника совершенно не разложилось. Стен хотел поднять голову и вдохнуть воздуху, но не смог повернуть шею – лицо будто приросло к водной глади. Он сдерживал дыхание, сколько мог, а когда уже стало невмоготу, с шумом выдохнул из легких остатки воздуха и стал дышать водой, как когда-то в гостях у водяного. Мальчик уже давным-давно исчез из поля зрения Алексея, теперь внизу виднелись тела мужчин со связанными за спиной руками. Они лежали в одном исподнем, в рубахах с длинными рукавами и белых кальсонах, прижавшись друг к другу, десятки и десятки людей, будто легли спать на дне много-много лет назад, речная тина стала мягкими подушками под их головами, водоросли оплели тела. А они все спят и видят странные сны о своей несбывшейся жизни. Потом Стен увидел автобус и подивился, как такая махина могла очутиться здесь, на дне небольшой речки, и не торчать искореженными железным боком над поверхностью. Какой-то человек, видимо уже в воде, пытался выбраться через окно автобуса, да так и застрял, скрюченный, среди осколков стекла и обломков железа…
Стен очнулся уже на берегу. Роман сидел над ним и смотрел вдаль. Алексей закашлялся: носоглотку жгло, будто по ней прошлись наждаком.
– Как купание? – поинтересовался колдун.
– Кто они? – спросил Стеновский хрипло.
– Те, кого помнит река. На самом деле, там, на дне, никого из них нет. Но они были. Как в любом мире, остаются следы там, где мы и не подозреваем.
Стен охнул, потому что в этот миг перед ним возник человек с занесенным над головой клинком. Видение тут же растаяло, он даже не смог различить черты лица мечника. Но вот меч разглядел. Кривой китайский меч дао, в простеньких учебниках порой именуемый палашом.
– Нужен меч, – прошептал Стен.
– Меч? – и вдруг, наклонившись к самому уху Стена, шепнул: – Ты видел императора?
– Мне нужен китайский меч с прямым клинком. Меч цзянь, он мне больше по душе, чем дао, – уточнил Стен. – Будет поединок.
Роман дотронулся до ожерелья Стена и тут же отдернул руку.
– Ты видел будущее.
Колдун взял Алексея за руку и капнул на ладонь воды. Когда капля растеклась, он провел ногтем по ладони. Стен вздрогнул – ему показалось, что Роман режет кожу бритвой.
– Теперь я знаю, какой меч я должен сделать. – Колдун отпустил руку Алексея.
Внезапно Стен ощутил пронизывающий холод – действие заклятия, наложенного Романом, закончилось; тело принялась сотрясать крупная дрожь. Алексей стал поспешно одеваться, но никак не мог попасть сначала в штанины брюк, потом – в рукава рубашки и куртки. Будто кто-то заколдовал одежду. Впрочем, Стен догадывался – кто. Он сел на песок, накинул на плечи куртку и отвернулся. Стал ждать.
– Готово! – сказал наконец Роман.
Меч покоился невдалеке в углублении, его расширяющаяся к середине рукоять, с гардой в виде бабочки, была слегка присыпана влажным песком. Роман медленно водил по клинку пальцами, выписывая на нем невидимые знаки. Присмотревшись, Стен понял, что меч не стальной – сквозь прозрачный клинок можно было отчетливо разглядеть песчинки. Алексей хотел дотронуться до него, не веря своим глазам, но Роман резким движением отвел его руку и продолжал нашептывать заклинания. Потом наклонился и поцеловал троекратно лезвие. И лишь после этого извлек меч из песка.
– Он настоящий? – недоверчиво спросил Стен.
– Более чем, – Роман взмахнул клинком, и черные веточки кустов с шорохом посыпались на землю. – Теперь ты, – предложил он Алексею.
На ощупь рукоять была холодная, точь-в-точь, будто из стали. Стен взял ее обратным хватом. Лезвие приникло к предплечью, а острие при этом коснулось мочки уха.
– С длиной ты угадал. Из чего он?
– Из воды, разумеется, – рассмеялся Роман.
– То есть изо льда. Но по весу не скажешь. Это противоречит всем законам.
– Почему? – пожал плечами колдун. – Заклинание тоже имеет вес. Просто его надо точно рассчитать.
– А меч не растает от огня?
– Уж если он в твоих руках, господин неверующий, не растопился, то никакой огонь ему не страшен. Три дня, правда, только. После этого действие заклятия кончится. Но я думаю, что трех дней нам хватит. Кстати, а почему меч китайский? Ты же занимался каратэ. Я думал, тебе больше подойдет катана.
– Речь идет не о моих увлечениях, – отрезал Стен.
Он завертел меч в воздухе, будто и не держал рукоять в ладонях, а играл с оружием, как с живым и смышленым существом. Клинок со свистом рассекал воздух. Внезапно Стен замер, выставив левую руку вперед и занеся меч над головой. Потом раскрутил меч так, что лезвие превратилось в сверкающий блик. После этого Алексей пошел вперед, нанося косые удары справа и слева. Тело его двигалось, совершая загадочный танец, а руки были абсолютно расслаблены. Казалось, меч летит сам по себе, независимо от воли человека.
– Здорово! – рассмеялся Роман. – Никогда бы не подумал, что ты так умеешь.
– «Ускоряя ветер, торопить месяц», – отвечал Стен.
– Что? А, понял. У тебя свои заклинания.
Стен спрятал клинок под мышку, потом сверкающее жало неожиданно вновь вылетело наружу, сделало молниеносный выпад, и тут же отпрянуло, описав перед лицом своего господина полный круг. Стен отклонился назад, и лезвие просвистело в сантиметре от его лица. Впечатление было такое, будто он сам себе собирался отрубить нос, а в последний момент передумал. Роман смотрел и не мог оторвать глаз. То, что делал Стен, напоминало танец, медленный и стремительный одновременно.
– Может, мне и для себя сделать меч, – проговорил в задумчивости Роман. – Я же не могу стрелять – ты знаешь. Так что меч не помешает. И потом, такой клинок может не только убивать… но и еще кое-что такое…
Он невольно содрогнулся при мысли о том, что способен сотворить с ним и с обитателями «Беловодья» только что созданный клинок.
Когда друзья (или враги?) вернулись с купанья, в мнимом Беловодье каждый был занят своим делом. Лена скучала, Меснер чистил «Беретту», Надя прогуливалась по берегу котлована.
– Эд, а тебе ожерелье не мешает стрелять? – спросил Роман.
Меснер убрал свою красотку с хромированным стволом в кобуру и недоуменно пожал плечами.
– Это смешно?
– Нет. Не смешно. Просто я не могу даже прикоснуться к пистолету. А ты преспокойно отправляешь людей на тот свет. Ожерелье тебе не мешает.
– Я использую ожерелье для одного дела, а пистолет – для другого.
Роман рассмеялся:
– Правильный подход. Утилитарный. Дед Севастьян всегда твердил мне: не смешивай стихии – огонь отдельно, вода отдельно. Жаль, я не научился подчинять огонь.
– Ты уверен, что мы не будем иметь проблем? – спросил Меснер.
– Проблемы мы как раз будем иметь. Но мы с ними справимся, – обнадежил колдун. – Я уверен.
– А я нет.
– Тебе положено сомневаться. Мне – нет.
ГЛАВА 2
Беловодье
Военный совет начался после полудня. К сожалению, в деле военном худо-бедно разбирался лишь один Меснер. Остальные были людьми сугубо цивильными, пусть каждый со своим даром. Допустим, Роман мог отправить человека на тот свет прикосновением, но вся закавыка была в том, что до человека надо было сначала дотянуться. Стеновский одним ударом если не убивал, то вырубал надолго. Но опять-таки надо было с нападавшим войти в контакт. Вряд ли господа нападавшие это допустят. Можно, конечно, для собственного успокоения предположить, что Колодину зачем-то понадобятся заложники, и он прикажет врагов хватать только живьем. Но Романа подозревал, что теперь, когда Колодин решил, что добрался до Беловодья, он не станет никого щадить.