"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Через полчаса носилки с раненым стояли на пустыре. Эд сидел на капоте джипа и вслушивался в доносящиеся издалека звуки. Роман расхаживал из стороны в сторону, зная, что он услышит звук летящего вертолета раньше других. Прилетевшие на вертолете заберут с собой раненого и, возможно, Эда. Значит, эти двое ускользнут от колдуна, и может быть навсегда. Он испытующе посмотрел на Эда. Его массивная фигура со стороны казалась гранитной глыбой. Можно было подумать, что Эд спит. Но Роман знал, что этот человек, так неожиданно пришедший им на помощь, по профессии – сторожевой пес, он караулит, навострив уши и заранее оскалив клыки, чтобы было удобнее хватать и рвать добычу. Разумеется, можно попытаться его обездвижить, но… Кто поручится, что прилетевший вертолет заберет вместо Эда Романа? Никто.
– Беловодье, – прошептал Роман вслух, и Эд тут же встрепенулся.
– Что вы сказали? – повернулся он к колдуну.
– Беловодье, – повторил Роман. – Ведь мы ждем вертолет оттуда?
– Кто вам сказал это? – Эд насупился, и Роман явственно ощутил его беспокойство.
– Алексей говорил, – соврал господин Вернон.
– Стен не мог ничего сказать, – отрезал Эд. – Ничего.
– Тогда вы. Или вы тоже не могли? Пусть так, пусть каждый из вас не мог сказать, но все равно я услышал.
Эд соскользнул с капота и подошел к Роману вплотную. Колдун схватил его за плечи. Даже сквозь кожу и меховую подбивку куртки он ощущал стальную упругость мускулов. Этот парень был тверд как скала. Но ведь вода камень точит. Роман улыбнулся.
– Ты знаешь, что я могу тебя убить, – прошептал он.
Он почувствовал, как напряглись мускулы Эда, ибо он пытался скинуть лежащие у него на плечах руки. Но несмотря не все усилия, Эд оставался абсолютно неподвижен.
– Шит… – только и пробормотал он.
– Неприятное ощущение, когда не можешь пошевелить ни рукой, ни ногой, – кивнул Роман. – Представь, оно мне знакомо.
Колдун, продолжая одной рукой придерживать Эда за локоть, второй расстегнул застежку кожаной куртки и отогнул ворот рубашки. На шее у здоровяка посверкивало в темноте серебряной нитью водное ожерелье. Эд скрипел зубами, пытаясь вырваться, но мускулы оставались недвижны.
– Да вы, ребята, как я посмотрю, все окольцованы. Гамаюн постарался на славу. А знаешь, чего я хочу? Всего лишь поглядеть на этого вашего Гамаюна. И перемолвиться с ним парой слов. Потому что я подозреваю, что мне есть, о чем с ним потолковать. Такое простенькое желание. По-моему, в нем нет ничего плохого, как ты считаешь, Эд?
Роман, наконец, разжал руки и отпрыгнул в сторону, чтобы Эд не сумел до него дотянуться с первого удара. Но тот и не собирался бить. Он мгновенно выхватил пистолет и направил ствол в грудь Роману.
– Кто тебя послал? Это Колодин?
– Глупый, я сам себя послал. Посмотри внимательно на меня, а вернее на мою шею. Неужели до сих пор не заметил точно такой же ошейник, как и у всех вас?
Эд медленно опустил пистолет.
– Я не знаю, кто ты и зачем живешь, – сказал он хмуро. – Но если ты сделаешь зло Стену или профессору, или кому-то из нас, я тебя убью.
– Вертолет! – Роман поднял палец. – Слышишь?
Эд напряг слух. Мгновение, и он тоже услышал стрекот металлической стрекозы.
Он включил фары на джипе и принялся ими сигналить. Вскоре вертолет завис у них над головами. Луч прожектора вырезал острыми ножницами на земле аккуратный кружок. Вертолет, покачиваясь, принялся садиться. Лопасти его еще вращались, а из кабины, пригибаясь, выскочили двое в светлых блестящих комбинезонах и, таща за собою складные носилки, устремились к стоящему на краю площадки джипу. Первой бежала женщина с длинными, развевающимися светлыми волосами.
Эд осветил ручным фонариком раненого, и женщина склонилась над носилками. С минуту она осматривала рану, ее руки порхали в пронзительном свете луча, как две запоздалые прилетевшие на огонь бабочки. Запоздалые… Это чувствовалось в каждом движении. Роман читал ее жесты, похожие на печальный вздох. Но она не знала, что ее поняли без слов, и потому, выпрямившись, сказала вслух:
– Ничего не выйдет, Эд. Он умирает.
Эд оглянулся на стоящих невдалеке Лену и Романа, и понизил голос.
– Я знаю… но наша больница… – все же расслышала Лена.
– Ее закрыли, а с Базом я не смогла связаться. Оставила ему сообщение.
– А Иван Кириллович? Он бы мог… – Надя отрицательно покачала головой. – Получается, Стена некуда везти?
Лицо Алексея застыло белой маской, казалось, происходящее вокруг его не касалось уже. Неожиданно он открыл глаза и посмотрел на стоящую возле носилок женщину.
– Надя, – прошептал он.
– Все хорошо, – она склонилась над умирающим. – Ты меня даже узнал. Ну что, вечный отступник, видишь, мы не бросили тебя на произвол судьбы. – Надя говорила со Стеном, как с провинившимся ребенком, сожалея, но не упрекая.
У нее был крупный, красиво очерченный рот и когда она говорила, хотелось смотреть на ее губы, не отрываясь. Роман сделал над собой усилие и отвел взгляд.
– Я устал, – сказал Стен едва слышно, – как я устал. – И снова закрыл глаза.
– Сколько ему осталось? – неожиданно спросил Роман.
– Не знаю. Вообще удивительно, что он еще живет. Но, возможно, полчаса он протянет.
– Полчаса. За это время мы на вертолете можем долететь до Пустосвятово. И даже гораздо быстрее. Я покажу место, где сесть.
– Пустосвятово? Там что, шикарная клиника? – недоверчиво спросила Надя, повернувшись к Роману. – Сомневаюсь, что хоть в одной больнице ему смогут помочь.
У нее были дерзкие желтые глаза львицы.
«Если она и может страдать, то только из-за уязвленного самолюбия», – подумал он.
– Там моя река. Я отмою его раны.
– Что? – не поняла Надя.
– Он – колдун. Может все! – Неожиданно выскочил из-под локтя Романа Юл. – Находит пропавших, исцеляет раны.
Удивительно, но она сразу поверила в возможность исцеления.
– Тогда в вертолет, скорее. – Надя уже наклонилась, чтобы переложить с помощью Эда раненого на складные носилки, но Роман остановил ее.
– Я ничего не делаю бесплатно, – предупредил колдун.
– Сколько ты хочешь? Тысячу баксов? Две? Три? Мы заплатим, – в ее голосе послышалось презрение, и он понял, что ему нравится ее дразнить.
– Мне не нужна зелень, – отозвался Роман насмешливо. – Мне нужен Гамаюнов. Я хочу с ним встретиться.
Надя распрямилась.
– Что?
– Встретиться с Гамаюновым. Вы должны дать мне слово. Вот моя плата.
– Нет, это невозможно! – Надя повернулась к Эду, кажется, она готова была отказать.
Тот пожал плечами.
– Он мне уже говорил об этом. Он одержим этой идеей.
– А если мы откажемся? – повернулась Надя к Роману.
– Ваш друг умрет.
– Разве он и не твой друг?
– Может быть. Но я должен увидеть Гамаюнова. Это для меня важнее всего.
– И ты будешь спокойно смотреть, как Стен умирает?
Роман пожал плечами. Он не осмелился сказать «да». Голос мог его выдать. Разумеется, он блефовал. Но это был единственный шанс добраться до Гамаюнова. Надя стиснула зубы, ей очень шел гнев. Как и всякому хищному зверю.
– Хорошо, – неожиданно сказала она. – Ты встретишься с Гамаюновым. Но после этого ты будешь проклинать себя всю жизнь. Тебе ясно?
– Вы даете слово?
– Попробуй поверить. Грузите носилки в вертолет.
– Еще одна просьба! – остановил ее Роман.
– Ну что еще я должна пообещать? – она раздраженно передернула плечами.
– Вот ключи от моей машины. Перегоните ее в Пустосвятово. Конечно, для вас, мадам, это старая колымага. Но мне не хочется бросать ее здесь.
Они улетели – Роман и Стен. Лена прислушивалась к стрекоту вертолета, пока он не стих где-то в черной яме по прозвищу «ночь». Она чувствовала себя такой несчастной. Мысленно она уже в сотый раз повинилась перед Алексеем. Теперь ей казалось нелепым, что она обратила внимание на Романа. Разве кто-нибудь мог заменить Лешку? Просто нашло на нее умопомрачение, и ничего хорошего из этого не выйдет, только одна беда. Она чувствовала на губах ее горький вкус, когда Роман целовал ее. Но что она могла поделать? Ничего – глупая муха, попавшая в сети колдуна.