"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Отряд развернул коней и атаковал стрелков. Перезарядить арбалеты они уже не успели: пехота из рыцарских оруженосцев спешила на помощь, да еще из ворот крепости выступил отряд под предводительством Торпа. Окружение с трех сторон – бежать некуда.
Брат рассердился не на шутку, из-за опущенного забрала сверкали молнии, – так яростно блестели его глаза. Пришлось слегка вмешаться, поумерить гнев Клима, пока горе-арбалетчиков не затоптали. Рыцари остановились.
– Бросайте оружие, – приказал Клим, грозно сверля глазами арбалетчиков.
– Вылазь по одному, – махнул латной перчаткой Арс, – вязать будем, а там посмотрим, что с вами делать.
Солдаты нехотя свалили в кучу оружие – арбалеты и короткие мечи – и выстроились перед победителями.
– Хороши, – произнес Клим. – Марш к замку. Вы же именно туда сап копали? Теперь это не нужно, через ворота войдете.
Пленники медленно поплелись к воротам…
Тут я отрываюсь от созерцания победы брата и спешу к Селене, но Страшилки, то есть ее мыслей, нигде нет. Что случилось? Я в растерянности, она же шла по дороге, еще утром радовалась жизни и одиночеству! А сейчас исчезла, без предупреждения. Отсюда вывод – со Страшилкой беда. Надо срочно ее найти.
Мысленно облетаю местность, где последний раз видел сестру, на четвертом круге обнаруживаю ее лошадь. Какие-то бандитские рожи ведут несчастное животное, но Страшилки нигде не видно, надо искать дальше. На всякий случай запоминаю параметры разбойников, пригодится. Я ищу, ищу и не нахожу, паника тихо вкрадывается в мою душу. Ведь убили, сволочи, как пить дать убили! Хоть бы тело найти.
Только к ночи я натыкаюсь на кучу валежника, где лежит заваленная ветками Селена. Проверяю – мертвая, но это ничего не значит, надо подождать. Рядом копошится росомаха, только близко к куче не подходит, принюхивается.
«Что ищем? Или так просто бродим? – спрашиваю я зверька и предупреждаю: – Ты не шали тут, это моя сестра, лапы поотрываю».
«Сам дурак», – огрызается росомаха, по мыслям – самочка.
«Не груби». – Я мысленно грожу ей пальцем.
«Ой, напугал», – скалит она зубы.
Мы мирно беседуем, хороший зверь, умный, не по человеческим меркам конечно, но очень сообразительный.
Росомаху встревожил волчий вой.
«Ты боишься волков?» – спрашиваю я.
«Они убили мою мать», – отвечает росомаха и беззвучно рычит, отбежав от кучи, где лежит оживающая Селена, взбирается на дерево.
Я подливаю сил сестре, как раз вовремя, чтобы она смогла защититься. Волки напали. Росомаха бросилась с дерева на волчицу, клубок серой и бурой масти покатился по земле, шерсть полетела клочьями. Заскулил волк, я наподдал ему мысленно, и он рванул прочь. Волчица бросилась за ним. Росомаха отплюнула клок шерсти, фыркнула и принюхалась.
«Спасибо», – говорю я росомахе.
«Не для тебя старалась», – ворчит она.
«А для кого?»
«Для нее».
«Но почему?»
«Ее отец мой брат».
«Не понял. Как это?»
«Какой глупый», – ухмыляется росомаха прямо как человек, только мысленно, у животных мимика не развита.
«Ну и глупый, – соглашаюсь я, не спорить же, – так и вразумила бы».
«Он – Росомаха, мой младший брат по крови, мы ждали его прихода, – отвечает зверь, – а теперь помолчи, не мешай мне. Лучше сестре помоги скорее ожить».
Замечание разумное. Действительно, чего это я набросился с расспросами на росомаху, будто зверей никогда не встречал? У меня сестра родная при смерти, чуть богу душу не отдала, а я тут разговоры развожу!
Перетекаю к Селене. Скверно она выглядит, все силы, даже те крохи, что я подкинул, истратила на волчару.
«В чем же я ошиблась?» – думает она.
«Сейчас разберемся, покажи, что произошло», – прошу я.
«Смотри». – Сестра мысленно пожимает плечами и отключается.
Сон – хорошо, даже отлично! Ничто не лечит лучше сна, пусть отдыхает. Я осторожно, чтобы не потревожить Страшилку, лезу в ее память.
Хмурое утро. Селена разгребла ветки и осторожно выглянула. Сумрак, до рассвета еще часа два. Росомаха спрыгнула с дерева и, как домашняя кошка, подбежала к девушке, подставила мордочку для ласки, только что не мурлыкала. Селена задумчиво почесала у зверя за круглым ухом.
Девушка выбралась из кучи валежника, размяла затекшие руки и ноги, по телу пронесся град иголок. Густая драконья кровь потекла, оживляя онемевшие члены. От стрелы не осталось и следа, кровь растворила все, на спине и на груди остались шрамы, как от ожогов, одежда в этих местах зияла дырами. Девушка пошевелила пальцами ног, посмотрела с удивлением – сапог не было.
– Дин, – произнесла она в пустое пространство, – проявись как-нибудь, мне неприятно разговаривать мысленно.
Она грузно опустилась на серую в сумеречном свете траву и прислонилась спиной к ольхе. Росомаха тут же взгромоздила ей на колени все свои двадцать килограммов. Метровое бурое тело со светлыми полосками на боку свернулось калачиком, прикрыв черный нос пушистым хвостом. Мех росомахи по-летнему редкий, там, где волчица поработала зубами и когтями, виднелись царапины, неглубокие, неопасные, уже затянувшиеся. Селена гладила росомаху и смотрела перед собой.
Напротив девушки сплетался фантом, он все четче прорисовывался в неверном свете утра, пока не принял облик ее брата.
– Ну, как тебе мой первый бой? – спросила Селена у фантома.
– Столько ошибок, – серо, без эмоций, произнес фантом. – Почему ты сразу их не убила?
– Мама же не убивала разбойников, когда на них с папой нападали!
– Сравнила. Они контролировали…
– Ничего они не контролировали, – перебила Селена, – брось чепуху молоть. Я хотела по-людски с ними обойтись, а они… – Девушка в сердцах махнула рукой.
Росомаха тихо заворчала.
– Что, ты тоже не одобряешь? – обратилась Селена к зверю.
В ответ росомаха отвернула морду и уткнула ее в передние лапы.
– Зверь прав, – произнес фантом, – тебе надо было сразу их убить. Если б эти разбойники догадались отрубить тебе голову или проткнуть сердце, что тогда тебя спасло бы?
– Ничего. Это был бы конец, – признала Селена.
– Вот что, Страшилка, в следующий раз, когда тебя нашпигуют стрелами, не вздумай умирать, пока всех врагов не порубишь и не спрячешься где-нибудь в укромном углу. Там сколько хочешь лечись и восстанавливайся. А еще лучше, режь бандюг до того.
– Наверное, ты прав, – прошептала девушка.
– Без «наверное».
– Я думала, они люди.
– Они наемники! Ты что, сразу не поняла?
– Поняла.
– Тогда я не понял.
– Чего?
– Как можно оставлять в живых это отродье? Сколько невинных душ ты могла спасти!
– Я и сейчас могу, – пробормотала Селена, – далеко они не ушли, догоню.
– Хочешь вернуть свои вещи?
– Да.
– Я скинул тебе в память их координаты – найдешь быстро.
– За это спасибо.
– Не за что.
– Как там Клим?
– Нормально, воюет.
– Тебе лучше не смотреть, что здесь произойдет.
– Ты так думаешь? А вдруг моя помощь потребуется?
– Брось, дракону помощники не нужны.
– Хорошо, я не стану смотреть.
Фантом медленно растаял, словно и не было его никогда. Селена почувствовала, как брат отдаляется от нее.
– Ну а ты со мной? – спросила девушка росомаху.
И сразу уловила мысль зверя: «Куда я денусь, королева».
– Хорошо, вдвоем веселее. Только не пугайся.
«Я не из пугливых», – проворчала росомаха и спрыгнула с колен девушки.
А когда она развернулась, уже не стало человека, перед росомахой возвышался изумрудный дракон с черной полосой через все тело.
– Ну как? – прошипела Селена.
«Впечатляет», – поежилась росомаха.
– Тогда за мной и не отставай.
Зеленая молния мелькала среди деревьев, росомаха еле поспевала. Через десять минут бега дракон сбавил скорость и побрел крадучись, в обход лагеря врагов. Впереди мерцал отсвет костра: наемники готовили завтрак.