"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Места за моей спиной оставалось достаточно, иди — не хочу, можно не опасаться, что встану на кого-нибудь. Видеть, что же я извлекаю из Мако, мешали слезы, продолжавшие заливать мне глаза. Я часто моргала, пытаясь очистить взгляд, только это не помогало, пришлось отпустить одну руку и рукавом вытереть слезы, меня чуть не потащило обратно, но я вовремя ухватила снова двумя руками и поднажала, попятилась.
М-да, это надо видеть! Я вытаскивала здоровенного слона, нет не слона, а мастодонта, если судить по бивням. Еще полминуты, и жареный монстр мягко плюхнулся на гранитный пол пещеры.
Радостный вопль полутысячи глоток, огласивший пещеру, оглушил меня, придавил, расплющил, я и так чувствовала себя неважно, хреново мне было, а тут еще эти вопли и крики. С большим трудом устояла я на ногах. Посмотрела на руку, которую засовывала в Мако, и оторопела, она была красная, с зеркальным блеском, как кожа всех иклийцев, вот она какая была.
Прошло немного времени, и все вернулось на место, кожа медленно побелела, голова перестала кружиться, уши начали адекватно воспринимать шум, а глаза отличать краски друг от друга.
— Ну Джокер, — произнес Арс, обнимая меня за плечи, — жареного мамонта я от тебя никак не ожидал.
— Это не мамонт, это мастодонт, — поправила я мужа.
— А какая разница? Жареный слон он и есть жареный слон, шкуры-то у него нет.
Тихо подошел шаман.
— Вы преодолели главное препятствие, сударыня, — сказал он с чувством, — вы действительно та, кто спасет мой народ от полного вымирания.
— Спасет, спасет, — весело посмотрел на шамана Арс, — и не сомневайтесь, у моей жены дар спасать всех подряд, даже когда не хочет.
— Ага, — вставила я, — или уничтожать все подряд.
— Чего это ты так пессимистично? — поинтересовался Арс.
— Устала, хочу сесть и не шевелиться...
Ни слова более не говоря, Арс подхватил меня и отнес в сторонку, там усадил на гранитный «табурет» и спросил:
— Тут нормально? А то я у этого магического огня чувствую себя разбитым, и ты, наверное, не лучше...
— Да, Арс, спасибо.
— Я принесу поесть.
В ответ я только кивнула. Муж отправился за мясом, а я осталась сидеть, чувствуя себя полной развалиной.
Арс вернулся быстро, держа в руках приличные куски, в которые мы тут же вцепились зубами. Мастодонт таял на глазах, исчезал под ножами иклийцев, но его все равно всем хватило, даже осталось прилично. Кости бросали обратно в огонь, где они пропадали бесследно.
— Я тут поняла, — жуя восхитительное на вкус мясо, промямлила я, — почему иклийцы такие краснокожие.
— Поделись знанием, — попросил Арс.
— При рождении каждого младенца засовывают в Мако и держат там до полного покраснения.
— В волшебный огонь? — удивился он.
— Да, — произнес шаман, подтвердив мое предположение. Он незаметно подошел к нам сзади.
Одновременно повернувшись, мы посмотрели на старика, а он продолжал говорить:
— Всех, кто родится, маги окунают в огонь, давая новой жизни окрепнуть и стать сильной.
— Я что-то не вижу у вас детей и подростков, — Арс посмотрел на шамана, — вы их что, прячете?
— Нет, — старик грустно улыбнулся, — мы их не прячем, у нас невероятно давно не рождались дети, ни у кого...
— У вас нет детей? — изумилась я, мне стало их очень, очень жаль.
— Мы медленно вымираем... — Такая грусть звучала в голосе старого шамана, у меня аж сердце защемило, захотелось помочь этому народу, невзирая на последствия.
— Завтра я посмотрю, что можно сделать, — от всего сердца пообещала я.
— Спасибо! — Старик поклонился мне и отошел.
Арс жестом подозвал Легкую Руку.
— Иди к нам, посидим, поболтаем, — предложил он.
— Почему и не поговорить, — опускаясь на корточки перед нами, сказал Легкая Рука.
— С первой встречи меня не покидает чувство, — Арс старательно подбирал слова, чтобы правильно выразить свою мысль, — что мы родственники. Я смотрю на тебя, а вижу своего брата Рема. И никак не могу избавиться от этого наваждения.
Легкая Рука молчал, он внимательно смотрел на Арса, и его глазах плясали отблески магического огня. А я сверяла их генетические коды и поражалась схожести. Этого быть не могло, потому что не могло быть, но я действительно смотрела на двух, ну пусть и не братьев, но близких родственников.
 
— У нас есть много легенд и преданий, — начал Легкая Рука, — в одной из них говорится, что много тысяч лет назад целый род перестал пользоваться нашей общей магией, причина пропала в прошлом, этого сейчас никто не знает. Но однажды весь род, он назывался Следопыты, покинул Дом, переселился на новую планету: Землю сорок четыре. Я не знаю, зачем они это сделали, но так было, зеленое солнце стало освещать им дальнейший путь. Стерлась память покорений, никто больше не знает туда дороги, потерянный род.
— Земля сорок четыре, — протянула я, уже соображая, что к чему, — все понятно, Арс, ты потомок этого рода Следопытов.
— В моем мире и впрямь светит зеленое солнце, да и клан мой называется Следопыты, но как-то с трудом верится, — покачал он головой, сомневаясь.
— Что-то я устала, — я решила прервать все расспросы, — поспать бы.
— У нас тут много пустующих мест, я провожу, — любезно предложил Легкая Рука.
— Веди. — Я поднялась на ноги, готовая спать на ходу, стоя, идя, на камнях и песке, где угодно, как угодно, в любом положении.
Он провел нас в отдаленную нишу, ничем не примечательную, маленькую и очень уютную, по-домашнему теплую. Я успела еще подумать, что день сегодня какой-то несуразный, и отрубилась, не закончив мысль. А вот сны мне приснились престранные...
17
Выскользнув из пещерки, тихо, чтобы не разбудить мужа, очень длинными прыжками побежала к костру, обычному такому костру, вокруг которого танцевали в какой-то бешеной пляске девушки. Вид у них был дикий: голые, все с хвостами, с кожей разного цвета, блестевшей в свете костра. Желтые, красные, зеленые, голубые, черные, белые тела извивались в полнейшем молчании под мигающими звездами. Нисколечко не удивившись, я присоединилась к этому хороводу. Костер ревел, разбрасывая искры, уносившиеся в ночную высь, дрова трещали — и все это складывалось в мелодию. У меня вдруг тоже вырос хвост, забавный такой, с пушистым помпончиком на конце, он жил своей жизнью, мне совершенно не подчиняясь.
Неожиданно девушки принялись прыгать прямо в огонь, когда дошла очередь до меня, я засомневалась — стоит ли? Но сзади подталкивали и наседали, чтобы я их не задерживала. И я сиганула...
Жар пламени охватил мое тело, кожа начала пениться и гореть, и я проснулась, обливаясь холодным потом...
Пот? Но драконы не потеют! Я провела лапами по чешуе, все было на месте. Повернула голову, насколько позволяло ограниченное пространство ниши, и увидела мужа. Рядом со мной мирно спал здоровенный дракон! И как он только тут поместился? Его красная крупная чешуя похожа на зеркала, в которых играли отблески волшебного пламени, проникающего через ничем не закрытое отверстие входа. Дракон мерно дышал, периодически выпуская клубы дыма из ноздрей.
Я тихонько выползла из ниши и остановилась в нерешительности, глядя на торчащий из входа драконий хвост. Пожав плечами, развернулась к Мако. Волшебный огонь неожиданно оказался прямо передо мной, хотя я и шагу ступить не успела. Магический свет манил и притягивал, я не могла удержаться и сунула морду прямо в пламя.
М-да, это я правильно поступила, это непременно надо видеть, непременно...
Молодой маг долго смотрел на них, они его не торопили, терпеливо стояли и ждали.
— Что же, садитесь, расскажу и вам все, — вздохнув, произнес Ан-ри-уан и пододвинулся, освобождая место под шезлонгом.
Девушка села рядом с ним, продолжая улыбаться, а Чур-хам-те остался стоять на солнцепеке, точнее на лунопеке. Детектив, чувствуя тепло, исходящее от ее тела, пьянящий, пряный запах волос, начал медленно рассказывать: как госпожа экс-президент позвонила ему и предложила работу, как он выслеживал, а потом попался этим двум инопланетникам, словно неопытный мальчишка, и что из этого вышло. Он говорил все, не скрывая, но в самом конце вдруг понял, что вновь совершенно не помнит, где они расстались, забыл напрочь. Ан-ри-уан в замешательстве прервал повествование и посмотрел в глаза девушке, ставшие удивительно теплыми и манящими.