"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Мумит не стал издеваться над диваном, а расположился прямо на полу, всем видом демонстрируя заинтересованность.
— Торвина заколдовала женщина с черными глазами и длинными волосами цвета воронова крыла. Одевается во все черное, без единого белого пятнышка. Красивая, необычная и страшная у нее красота. Высокая, примерно с Арса, и худая, словно жердь. — Я почти дословно передала описание колдуньи. — Встречалась такая особа?
— Конечно! — воскликнул тролль, ударяя кулаком об пол. — Этот нарисованный тобой кошмар заходил ко мне в кабак три или четыре раза, всю клиентуру перепугала. Было это в прошлом году. Значит, заколдовала меня она?
— Да. Можно уверенно заявить: твоя головная боль — ее подарок. Но тебе повезло, ты жив и в полном здравии, чего нельзя сказать о Торвине. Он стал орудием, начал покупать людей, орков, гномов, специально их увечил на заказ по очень сложной методике и отправлял на пиратские корабли. Гном полностью потерял рассудок, даже зверски искалечил и отдал своего старшего сына в рабство.
— Ну да!
— Да ну!
Мои слушатели всплеснули руками, на лицах удивление и возмущение.
— Пришлось убить и прекратить мучения гнома. Кажется, я этому рада.
— А я тут при чем? — спросил Мумит.
— Не знаю, — пожала я плечами. — Только ведьма сможет дать исчерпывающий ответ.
— Ладно. — Арс поднялся и с хрустом потянулся. — Уже светает, пойдем, Джо, ополоснемся, вода стынет.
Улыбнулась я ему самой наилучшей улыбкой, показав все тридцать два сверкающих алмазной эмалью зуба.
— Пойдем, милый, иначе будем присутствовать на собственной свадьбе грязными и уставшими. Что люди подумают?
19
Развлекались мы от всей души, на полную катушку, стремясь отогнать друг от друга тяжкие мысли. Но всему приходит конец, в нашем случае он появился в виде огромной головы хозяина, громыхнувшего грубоватым голосом:
— Молодые люди, хорошо, наверное, плескаться? Два с лишним часа в воде — и не надоело? Уже половина седьмого. Обо всем забыли? Живо готовиться на выход, время.
— Спасибо, Мумитище, за напоминание. Уже идем... — Я резко выбросила тело из ванны, дверь сразу захлопнулась.
Мы, как мумии завернувшись в простыни, пошли одеваться. Что там изготовил для нас искусник Фролка?
Развернули свертки и облачились в нарядные одежды. На Арсе темно-серый костюм сидел великолепно, подчеркивая' его силу и прямую осанку. На груди вышито серебряной нитью сердце, проткнутое стрелой, символично. Воротник куртки стойкой обхватывал крепкую шею. Высокие темно-коричневые сапоги до колен, короткий черный плащ. У меня появился естественный вопрос:
— Не жмет? Возникает ощущение, что тебя заковали в броню.
— Кажись, нет. — Он подвигал руками и удивленно произнес: — Совершенно не мешает, хоть сейчас на охоту отправляйся. Ты на себя посмотри, если все не сойдут с ума, то от зависти изведутся точно.
— Почему так?
— Посмотрись в зеркало, мне словами не выразить, и так уже слюни текут.
— Что-то я не вижу зеркала.
— Оно за шкафом.
Я взглянула на Арса с недоумением и решила поискать.
Обошла шкаф и действительно обнаружила зеркало, оно пряталось среди хлама. Придирчиво осмотрела отражение со всех сторон. Что-то в этом есть: четыре слоя тончайшего шелка, свисая до пола, не прикрывали ничего, с таким же успехом можно носить воздух. Вокруг бедер узкая полоска белой материи изображала юбку, вокруг груди еще более тонкий кусок ткани, на котором блестит серебряная награда — крест-нож. Невесомый плащ до пола. Туфельки на очень высоком каблуке заставляют выгибать спину, заодно увеличивая мой, не очень-то и высокий, рост, и ноги кажутся длиннее. Распущенные волосы, струясь по плащу, сверкали в неярком свете чердака.
— Неплохо, — отметила я вслух. — По мне, так эти полоски совсем ни к чему, лишние. А?
— Скажешь тоже! Пошли-ка отсюда, не ровен час, потеряю я голову.
— ?
Не ответив на невысказанный вопрос, он взял меня за руку и повлек вниз.
 
Посетителей не было, слишком рано. Мы устроились у стойки бара, Морк материализовался невесть откуда и с очаровательной улыбкой темного эльфа поинтересовался:
— Чего с утра налить?
— Пива, — Арс вопросительно посмотрел на меня, естественно, я согласилась.
Бармен налил нам в большие кружки и пододвинул тарелку соленых сухариков. Потягивая густой напиток, мы болтали с эльфом до прибытия коляски, украшенной пестрыми лентами колокольчиками. Арс положил на стойку серебряную монетку, чем сильно удивил Морка. Бармен пытался что-то сказать, но мы быстро вышли из заведения и укатили.
— Знаешь ювелирную лавку Сенка, полугнома? — перекрывая шум звенящих колокольчиков и стук колес, крикнул Арс вознице.
— Кто ее в Эоле не знает, — отозвался тот, не поворачивая головы.
— Притормози там, — попросил мой подопечный.
В ответ извозчик закивал головой и хлыстом подогнал лошадь.
— Зачем тебе ювелир? — спросила я.
— Подожди минутку и все увидишь, — таинственным голосом сказал мой жених, заинтриговав меня еще больше.
Коляска остановилась у входа в лавку, Арс выпрыгнул и скрылся за дверью. Ждать пришлось гораздо больше одной минуты, раз этак в десять. Наконец он вышел, забрался в коляску и крикнул кучеру:
— Поехали!
Коляска тут же затарахтела колесами по мостовой, и зазвенели колокольчики-бубенчики. Усмехнувшись чему-то, Арс протянул мне маленькую коробочку, умещающуюся на ладони.
— Открой, — попросил он.
Я откинула крышку. Внутри лежали два обручальных кольца. Сплетенные из тонких проволочек, как косички, — два прутика были белые, один золотой. На мой вопросительный взгляд Арс ответил, смеясь:
— Сенк жутко ругался, никак не мог из твоей чешуйки отковать прутик. Без золота, говорит, не получалось.
— Ну да! — Я в полной мере понимала проблемы, возникшие у Сенка. — Это же мифарг, не серебро, он крепче стали.
— Что за мифарг такой?
— Другое название: истинное серебро. Вернее, это серебро и есть, только в ином, аморфном состоянии, без кристаллической решетки. Большее число нейтронов и...
— Чего ругаешься не по-нашему? — Арс остановил мои объяснения.
— О! — Я осознала свою ошибку, тут ведь никто не знает о разных видах одних и тех же материалов. — Извини.
— Ничего, прощаю, — усмехнулся он.
— Значит, это из моей чешуи?
— Конечно. И пришлось ювелиру заплатить втройне. — Арс сиял от удовольствия. — Всю ночь бедный трудился.
Странное дело, но на душе у меня стало светло и радостно. Поэтому, когда подъезжали к главному храму Единой церкви, я улыбалась. По словам Арса, мои глаза сверкали, «как изумруды на солнце»!
Коляска остановилась у широкой гранитной лестницы, ведущей через лес мраморных колонн, опоясывающих тремя рядами куполообразное здание. Нас уже ждали. Друзья и храмовые служащие стояли на площадке перед лестницей.
Арс вышел первый. Я и сообразить ничего не успела, как он подхватил меня на руки и, ступая мягкими, кошачьими шагами, понес. И не запыхался даже, опустил меня только перед входом, а прошел двести пятьдесят ступенек, я их сосчитала чисто автоматически, не задумываясь зачем. Появился церковный служитель в желтых одеждах и, окинув нас равнодушным взглядом серых глаз, вяло спросил:
— Кто будет поручителем?
— Фиофа? — спросил Арс маленькую девушку.
В ответ она радостно заулыбалась и подошла.
Мне, кажется, говорили, что поручителей должно быть двое и обязательно разного пола. Значит, нужен еще один, и я посмотрела на Эрика. Он не отказал, встал рядом со мной.
— Вот сейчас полный порядок, — громко произнес служитель и, повернувшись, бросил нам через плечо: — Прошу следовать за мной.
За служителем через так называемую дверь — проем шесть на шесть метров — мы вступили под высокий купол храма.
Как из-под земли высыпала целая стая детишек: мальчиков в голубых костюмчиках и девочек в коротеньких розовых платьицах. Они стали бросать перед нами и на нас горсти лепестков, зачерпывая маленькие розовые клочки цветков полными горстями из широких лотков. Искусственный дождь не прекращался.