"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Лунатик. Хожу по ночам… Луноход. Не может быть такого. Если бы я ходил по ночам, мне бы давно об этом сказали. Меня бы лечили…
А может, я раньше луноходил? В той жизни, из которой ничего не помню? Только вот… Только вот при чем здесь плащ с капюшоном? У меня никакого капюшона с плащом нет, я вообще не терплю всякие капюшоны, когда что-нибудь на глаза налезает – просто вешаюсь. Тогда получается что? Что не луноход я вовсе, а шизик. Что где-то храню я этот черный плащ…
Со стороны атриума послышался приглушенный сабвуферный хлопок.
Птуккк.
Дрюпин ойкнул.
Что ж, этого и следовало ожидать. Сначала являюсь я-призрак-в-капюшоне, а затем вот такие хлопки раздаются.
Птуккк.
– Это что? – Дрюпин подвинулся к стене.
Я заметил, многие ищут в стенах поддержку, что ли, какую. Будто стены могут спасти.
– Что это? – спросил Дрюпин уже наоборот.
– Дробовик, – ответил я. – Кто-то пальнул из дробовика.
– Это неспроста, – забеспокоился Дрюп. – Сначала ты ко мне заглянул…
– Я к тебе не заходил, – перебил я, только Дрюпин не услышал.
– Потом ты второй раз ко мне зашел. А теперь стреляют…
– Тут всегда стреляют.
– Сегодня они не запускали ничего… – Дрюпин приложил ухо к стене. – Они ее не запускали. Почему тогда стреляют…
Со стороны атриума простучала очередь. Длинная. Ни разу не прервалась. Штурмовая винтовка. Чк-чк-чк.
Дрюпин от стены оторвался, огляделся полуубито.
– Оружие есть? – спросил я.
Дрюпин оружия никогда у себя не хранил. Во всяком случае, приличного. Разной хитроумной дряни у него было всегда куча. Трассеры, фризеры, о них уже говорил, а еще самосвязыватели, поскальзыватели, зуболом. Зуболом мне особенно нравился. С виду обычный, правда, чуть меньший в размерах мегафон, а наведешь его на цель, нажмешь на кнопочку – и у этой самой цели начинают жутко болеть зубы. Так что ничего, кроме зубной боли, не остается. Только работал вот он ненадежно, был еще не отлажен, и иногда зубы начинали болеть у самого стрелка. Выявить какой-то закономерности не удавалось, и зуболом находился в стадии вечной разработки уже больше года.
Странно даже, с чего это вдруг Дрюпин решил треснуть меня табуреткой? Мог бы сразу чем-нибудь мощным, запасы-то есть… Растерялся с испуга.
– Оружие нормальное есть? – снова спросил я.
– Шокер…
Я поднял с пола шокер. Семь зарядов осталось.
Еще очередь.
– Что это?! Что происходит?
– Кто-то стреляет, говорю же. Надо пойти…
– Ты думаешь, нападение? На базу кто-то напал?
Дрюпин зачем-то обернулся одеялом.
– Вполне может быть… – сказал я. – Тут полно всего. Оружие, взрывчатка. Не удивлюсь, если пара боеголовок даже припасена…
– Здесь нет боеголовок. Я пять раз все проверял. У нас здесь нет источника радиации…
Взрыв. Со стола посыпались гайки. Глухой такой взрыв, на пластик похоже.
– Это внизу, – сказал Дрюпин. – Что ты думаешь делать?
– Надо посмотреть.
– Может, не надо?
Еще взрыв. Уже граната. Лампа под потолком погасла, по углам загорелся тусклый красный цвет.
– Что это?
– Аварийное освещение, – пояснил Дрюпин. – Генераторы отключились. Везде темно теперь… Полчаса темноты.
– Включить можешь?
Дрюпин вытащил из шкафа ящик с небольшим лаптопом.
– Здесь я терминал собрал… – сказал он. – Так, неофициально… Попробую запустить пораньше…
– Попробуй. Слушай, Дрюмп, ты знаешь какое-нибудь имя на букву «я»?
– Ярыло, – сказал Дрюпин. – Тебе очень пойдет.
Я шагнул к двери.
– Ты что, действительно пойдешь? – спросил Дрюпин.
– Пойду. Погляжу одной рукой. Тебе кого-нибудь убить?
– Угу. Себя убей. А у Сирени как, дверь тоже открыта?
Я не ответил, открыл дверь, шагнул на галерею.
Снизу полыхнуло. Зеленым. В красном свете бластерный разряд казался зеленым, свирепый получался эффект…
Стоп! А кто, собственно, стреляет?
Бластерами десантникам нельзя пользоваться, даже в экстренном случае, за этим строго следят. Кто стреляет?
Снова автоматная стрельба. Потом крик. Кого-то прибили, однако…
Вжжих! Разряд в потолок, попал прямо в лампу, стекло взорвалось и посыпалось вниз золотым конфетти. Красиво. Что-то в последнее время слишком много разной стрельбы…
 
Я не удержался, выглянул за бортик вниз.
В атриуме разворачивалось сражение. Если сказать вернее, избиение. Избивали десантников.
Их было довольно много, десантников. Я быстро посчитал. Тринадцать штук.
Четверо шевелились на полу в неудобных позах.
Остальные нападали на человека, стоявшего в центре дворика. Человек был невысок, и на нем и в самом деле был плащ с капюшоном. Только в красном свете аварийных ламп он не казался черным, скорее, бордовым. Десантники нападали без оружия, винтовки беспорядочно валялись на полу вперемешку с другим оружием, я разглядел три бластера и переносной зенитно-ракетный комплекс.
Десантники нападали, человек отбивался.
Стреляли лишь двое. Да и то невпопад как-то, скорее даже не для поражения цели, а для отвлечения. Трассирующие пули пролетали над головой человека в плаще, но он не очень их пугался.
Один десантник сидел спиной к железобетонному кубу. С бластером в одной руке, с каской в другой. Палил он. Иногда. Большую часть времени пребывал в отрубе, пробуждаясь иногда и стреляя куда бог пошлет. Потом снова отрубался.
Сверху продолжал сыпаться мерцающий золотом порошок. Золотой снег. Странный Новый год. Все странно.
Сначала я не понял – к чему вся эта нелепая стрельба не по мишени. Затем дошло. Они даже резиновыми пулями в него не стреляли! Чем-то этот тип им был весьма и весьма дорог. Что ж, тем лучше. Шокер у меня наготове. Вырублю этого гада энергетическими соплями. Отличусь героически и узнаю, что за привидение такое…
Такая борзота – в одиночку на целую базу!
Сражение продолжалось. Счет в пользу оборонявшегося – нападать-то десантники нападали, только толку было мало.
Удивительное все-таки у него было искусство! Не видел такого. Ни в кино, ни вообще. Похоже на какой-то бредовый танец. Пляска Смерти, расхлябанный веселый макабр, что-то такое истеричное и сверхэффективное.
И оружие тоже. Вроде короткой алебарды с торчащим вверх шипом. Алебардо-чекан.
Движение, блеск и свист – десантник падает с подрезанными коленными сухожилиями.
Движение – клинок входит в плечо, оружие на пол, еще один, валяется, орет.
Красиво, можно смотреть долго, любоваться даже.
А где же, кстати, подмога? Так он всех их перекалечит. Не, я давно знал, что десантники наши в бою не очень велики, но чтоб так… Не справиться с каким-то недомерком – на голову ниже самого низкого…
Я вдруг понял.
Он совсем не недомерок. Он тоже. Тоже мальчишка.
Коллега?
Может, с другой базы? Может, есть другая такая, как наша?
Ладно, сейчас узнаем.
Я выдохнул и двинулся вдоль стены галереи, стараясь держаться подальше от перил. Так, на всякий случай.
Когда я добрался до лестницы, ведущей в атриум, схватка закончилась. Пули не свистели, лазер не полыхал, ничего не брякало, ничего не громыхало, только лампа разбитая все сыпала и сыпала золотой пылью.
Я притаился и почти сразу услышал, что по лестнице поднимаются. Громыхая оружием и, как мне показалось, железными сапогами громыхая. Куда он прет, интересно? С галереи никуда выйти нельзя, только снова в атриум… Можно в соседний блок перебраться, только зачем? Заблудился, что ли?
Посмотрим.
Подождем.
Я стал ждать.
Поднимался он достаточно медленно, нагруженно. Когда вывалился на галерею, стало ясно почему. Он собрал почти все валявшееся в атриуме оружие. Даже ПЗРК и то прихватил. Куда ему столько?
Любитель оружия прогрохотал мимо меня. Арсенал ходячий.
– Стоять, – негромко сказал я.
Мне понравилась его реакция. Он даже не сбросил оружие, а как-то вышел из него, все эти железяки остались на секунду висеть в воздухе, а он уже выхватывал из-за спины свою алебарду.