S-T-I-K-S. Самурай: Красный медведь (СИ)

Наконец, подъехали к стабу. До города оставалось километров 6 — 7 или чуть больше, когда я решил попробовать вызвать наш дом. Препятствий, вроде возвышенностей, скоплений высотных строений, перезагружающихся кластеров и черноты между нами и Мехзаводом не было, так что связь должна была быть.
  
Отрывок 39
 
— Эльза ответь Самураю, — сказал в рацию я.
— На связи Эльза, — почти сразу ответила снайпер. — Слушаю тебя Самурай. Как вы там?
— Все нормально. Все целы, взяли не все, что хотели, но везем много. Мы на подъезде. Уже в патрулируемой зоне. Скоро ждите, — ответил я.
— Ждем. У нас тут СБшники с ментатом. Тоже вас ждут. Один рацию у Нахала забрал. Слушает, — сказала она с некоторым напряжением.
— Это из-за Гаяне? — догадался я.
— Точно, — подтвердила она.
— Кто там из СБ на связи? — спросил я.
— На связи Капрал. Прием, — раздался незнакомый и соблюдающий правила радиообмена голос в наушнике.
— Капрал, я надеюсь там беспредела не было? Прием, — спросил, невольно напрягшись и понимая, что дело могло обернуться по-разному, несмотря на все заверения в том, что проблем не будет от третьих лиц.
— Какой беспредел? О чем ты? Поступил сигнал о том, что ты удерживаешь силой девушку Гаяне. Мы прибыли с проверкой и убили уже два часа времени ожидая тебя. Хорошо хоть чаем напоили. Ты же не сбежишь? Мы не зря тут сидим? Прием.
— Ждите. Раз с вами ментат, то сами с этой девочкой поговорите. Прием, — и добавил уже не в рацию. — Надеюсь после этого вся эта идиотская ситуация наконец разрешится.
— Ждем вас. Прием.
— Конец связи, — закончил разговор и глянул на испуганную Гаяне. — Да ты чего опять трясешься? — постарался улыбнуться подобрее. — Ментата не обманешь. Сейчас убедятся, что ты с нами добровольно и отстанут, — попробовал успокоить ее.
— Дядька Самурай, ты меня им точно не отдашь? — спросила она.
— Вот лыко мочало начинай сначала. Сказал же нет, — усмехнулся я. — Ты девочка свободная, если хочешь оставаться среди нас, то оставайся. Как захочешь уйти, мы тебя отпустим, но гнать тебя никто не собирается. И пока ты с нами мы тебя в обиду никому не дадим. Ты чего их так боишься? Они же вроде земляки твои?
— Никакие они мне не земляки. Вообще сомневаюсь, что кто-то из них из Мурманска, — неожиданно зло заговорила девочка. — И вообще я армянка только по маме. Папа у меня русский был. Многие из таких вот, заботливых, смотрели на меня как на будущую потаскуху и звали дочерью потаскухи. Даже мамкины братья меня не любили. Только дедушка с бабушкой. Когда отец умер, мы с ними жили, но потом уехали из-за маминых братьев. Никакого житья не давали, — девочка выговорилась и, вдруг смутившись, собственно неожиданной разговорчивости отвернулась.
— Вот и про это ментату с особистом тоже скажи. Они наверняка тем все передадут диаспоре. Может, и не нужна ты им сразу станешь.
Передавать ничего не пришлось. Представитель от армянской диаспоры заявился к нам в дом вместе с ментатом и тремя безопасниками. Был этим представителем знакомый мне Фартук. Был тут и еще один знакомый мне человек. Я видел присутствующего в моем доме ментата в самое первое появление в стабе. Вот только имени его не знал. Безопасники встречали меня во дворе, куда мы загнали гружёный грузовик. Я вылез из кабины первым и пошел к встречающим, стоявшим с недовольной Эльзой, теребящей мочку уха без дырки под сережку. В Улье они зарастали довольно быстро, если не носить украшений или не обновлять.
Гаяне выбралась из кабины следом, но от машины не отходила. Кирпич и Каспер остались возле нее в качестве группы поддержки.
— Тянуть кота за Фаберже не будем, — сказал еще на подходе я. — Где будем разговаривать? Тут или в дом пойдем?
— Пойдемте в дом, — сказал ментат.
Я протянул ему руку.
— Самурай, — представился, хотя знал что мое имя ему известно.
— Клон, — пожал мне руку он.
— Она же уже была у ментата в Фильтре. Или после того разговора не было понятно, что она с нами добровольно? — решил немного поерничать я.
 
— После стандартного опроса не понятно. Да и обстоятельства могли измениться — вполне охотно ответил ментат.
— Понятно, — кивнул ему. — Гаяне, иди сюда. Не бойся. Ничего они тебе не сделают. Они все тут спасать тебя пришли, — чуть ли не со смехом позвал девушку, — кивнул Эльзе давая знать, что все в порядке. — Надеюсь, что после беседы с тобой не останется недопонимания и от моей команды, наконец, отстанут. А то я уже подумываю, что решение селиться здесь было не самым удачным в моей жизни, — обратился к Клону.
— По результатам разговора, — влез один из СБшников с уже знакомым голосом. — Если вина подтвердится, то это серьезное преступление, а если не подтвердится, то за ложный донос получит штраф господин Фартук, — он благоразумно умолчал о том, что ждет меня, если виноват буду я, но и так было понятно, что небо с овчинку покажется.
— Я так понимаю Капрал, — ему я тоже протянул руку.
— Пока не могу сказать, что рад знакомству, но если все это не подтвердится, то буду рад, — его рука, как и рука Клона, утонула в моей лапище.
— Я вам со всей уверенностью заявляю, что Гаяне не хочет уходить и если бы куда-то вдруг ушла, то не к ним, — кивнул на ментата. — Он легко подтвердит мои слова.
— Я пока не включал свой дар, — покачал головой Клон.
— Идемте туда, — я указал на будущий спортзал. — Мебели там пока нет, как и везде, но ничего. Постоим.
По пути обратил внимание, что детей не видно и не слышно, но мелькнул вооружённый до зубов и даже больше Смельчак. А он в отличие от тоже полностью экипированной Эльзы в наряде не был. Неужто, снайперша тут к небольшой войне приготовилась. Неужто в случае чего она думает с боем прорываться из стаба? Мы на окраине Внешнего города, но это нам не поможет. Перехватят патрули. Хотя если действовать дерзко и быстро, уходить, бросив все, то, пожалуй, теоретически можно успеть вырваться. Да нет. Предположение мое, скорее всего, бред. Не может Эльза так пойти против стаба в котором долго прожила. Однако план на подобный случай разработать стоит. Пусть не пригодится, но будет.
— Я бы хотел поговорить с девочкой без лишних ушей, — сказал ментат, когда мы оказались у двери в нужную комнату.
— Я хочу присутствовать при разговоре, — заявил Фартук.
— Тогда я тоже обязан присутствовать. Он может оказать на Гаяне давление, — не стал отставать от этого товарища я.
— Никто не будет присутствовать, и оказывать давление. Гаяне, проходи, — ментат распахнул дверь и сделал приглашающий жест.
Так мы и остались за дверью вшестером. Это если считать оставшуюся стоять тут Эльзу. Какое-то время молчали. Из-за дверей спортзала почти ничего не доносилось. Ментат и Гайка говорили достаточно тихо, так что, даже прислушавшись, было ничего не разобрать. Наше затянувшееся молчание прервал Капрал.
— Сам, а действительно ты чего эту девчонку не отдаешь? Неужели тебе хочется валандаться с ней? — задал свои вопросы он дружеским тоном, но мне отчего-то захотелось плюнуть ему в лицо.
— Я с ней не валандаюсь, а воспитываю бойца способного выжить в условиях Улья, — едва сумел сдержать грубость, что бы ни прорвалась в голосе.
— Бойца? — он едва сдержался, что бы ни усмехнуться. — Она мелкая девчонка. Да и какой из тебя воспитатель, ты сам в Улье не так давно. Тебя самого воспитывать надо, — сказал с нравоучительным тоном.
— Что ты за него знаешь? — влезла в разговор Эльза.
— Не надо, я прекрасно сам умею говорить, — вернул я ее в рамки. — Так что ты про меня знаешь, Капрал? Ровным счетом ничего, как и я про тебя.
 
— Я знаю достаточно, — не согласился он. — Уже сейчас вижу, что ты из тех, кто тут долго не живет. Собрал команду из одних малолеток, вместо того что бы самому вступить в серьезную команду или собрать такую же самому, свежаков понахватал у свежего кластера, детей кучу приволок. Если тебя не грохнут, ты застрелишься сам, когда они начнут обращаться в пустышей. Они же ведь не иммунные? Я прав?