Аллария навсегда. Часть 2 (СИ)

— Хочешь сказать, что вы нам не доверяете? — возмущённо воскликнул Сирион.
А Пирион проворчал:
— И всё-таки, вы не отказываетесь от возможности обучиться! Это гадкое лицемерие!
Агнешка едва заметно встрепенулась, она одна не испытывала энтузиазма перед халявным обучением, не ожидав от этой авантюры ничего хорошего, а именно сейчас забрезжила надежда, что всё может сорваться. Эльфы нахмурились, они тоже подумали об этом.
Но Настя дипломатично произнесла:
— Я всего лишь желаю подстраховаться. Если нам ничего не угрожает, то это не должно вас смущать. Свиток от вас ни куда не денется.
Маги замешкались, Настя их переиграла, и всякое недовольство и возмущение теперь будет трактоваться не в их пользу.
— Ну что ж, — сухо произнёс Сирион, — мы вас услышали и готовы принять условия, тем более, что нам это не будет стоить ровно ничего. А раз вы уже здесь, не готовы ли вы, в эту минуту, переступить порог Школы магии?
— Конечно, — подтвердила Настя, — мы готовы.
Маги сразу приосанились и уже не выглядели так безобидно, как прежде. Пирион громко провозгласил:
— С этого момента вы, все семеро, приняты на полный курс обучения в Школу магии! Обучение будет длиться ровно три месяца!
Настя недоумевала — чему такому могут обучать в виртуальной школе так долго? Но вслух ничего не сказала.
А маг продолжал:
— Отныне, в течение всего срока обучения, общий чат для вас будет закрыт. Кроме того, после окончания школы, вам запрещается обсуждать с кем-либо то, кто происходило в её стенах. Так же, с этой минуты, для вас закрыт вход на домашнюю локацию!
— А где мы будет возрождаться в случае гибели? — поинтересовалась Настя. Не только их камень возрождения, но и камень эльфов до сих пор находился в Ларце.
— Вы будете возрождаться на общих условиях, в специально отведённом месте, — пояснил Пирион.
Дальше говорил Сирион:
— Вы должны сдать свои артефакты и оружие. Деньги можете оставить при себе, всё равно они там силы не имеют.
Игроки растерялись, но не отступили, да и не могли, ноги их приросли к полу. А все артефакты вдруг стали исчезать, в том числе, перчатки Павла. Он растерянно взглянул на Настю, а та закусила губу. Значит, больше он не сможет её обнять, а она так это любила, в его ласковых объятьях чувствовала себя уютно и безопасно. Над их головами, после исчезновения браслетов, снова появились надписи, только принадлежность к клану исчезла. Эльфы озадаченно переглянулись. Агнешка обречённо смотрела в никуда, только Лель продолжал сохранять невозмутимость, и ободрил всех остальных.
— С этого момента, ваши кланы распадаются, обучение вы будете проходить каждый за себя. В Школе магии действует правило, и вы обязаны будете его неукоснительно соблюдать — всякая помощь и поддержка друг друга, и кого-либо ещё, категорически запрещается!
Настя вздрогнула — как запрещается? Но так же нельзя! Она уже не мыслила себя без заботы Павла. Если бы не другие члены клана и эльфы, он всё время носил бы её на руках, так и говорил — её прекрасные ножки не ступали бы на землю. И вдруг! Мало того, что ему теперь нельзя к ней прикоснуться, да ещё и помогать нельзя! Настя готова была заплакать. Вот и всё, закончилась её приятная и беззаботная жизнь! А она то глумилась над ленью аристократов! Тем не менее, те за два дня смогли уничтожить всех монстров в округе! А она сама! Разве она любила напрягаться на работе, воевать, или проходить испытания? Отнюдь! Ей куда больше нравилось развлекаться, ходить в театр и примерять наряды. Она с радостью влилась бы в поток праздности и развлечений, и стала бы одной из тех самых бездельников, над которыми издевалась, и нисколько бы не раскаивалась. Развлекалась бы сутки напролёт, переходя из одного заведения в другое, и погрязла бы в сплетнях — в этом она была профессионал! Её настигла бы деградация? Да ничего подобного! Выйдя в реальный мир, она могла бы похвастать такими знаниями и впечатлениями, которые другим и не снились!
— Вперёд, студиозы! — торжественно воскликнул Пирион, — вам предстоит пройти нелёгкий путь, но выйдите вы из школы уже совсем другими.
 
Он указал на дверь за своей спиной. Она была низкая, чтобы пройти, нужно было согнуться пополам. А из проёма сиял такой ослепительный свет, что все они невольно зажмурились, и по очереди ступили через порог.