Влюбиться дважды (СИ)

— Нуу, вот, входи, Антон Аркадьевич. Ты бывал тут во время учебы-то?
Яна поднялась навстречу шефу:
— Добрый вечер!
— Можно просто Антон, — донеслось уже от двери. — Бывал, конечно, Генрих Адамович! Кто ж из студентов тут не бывал хоть раз?
С этими словами в приёмную вошёл он, "её" брюнет из "Легенды".
— Здравствуйте! — автоматически вежливо проговорила Яна, и с трудом подавила в себе желание присесть и спрятаться за компьютер. Или провалиться сквозь землю.
— Вот, Яночка Владиславовна, знакомьтесь, наш выпускник, Антон Аркадьевич. Антон Аркадьевич, знакомься, это Яна Владиславовна, мой секретарь.
— Очень приятно, — вымученно улыбнулась Яна.
До сих пор он молчал и только смотрел на неё во все глаза. Кажется, тоже не верил. Но тут спокойно и чуть насмешливо произнёс:
— А мне-то как приятно, трудно выразить словами, Яна Владиславовна! — при этом он не отводил глаз от ее лица и не отпускал взгляд Яны.
Ахматов, к счастью, был далёк от всех этих перипетий, и продолжал заливаться соловьем:
— Пойдем, Антон Аркадьевич, покажу тебе всё, фронт работ, так сказать, — и он повлек растерявшегося гостя в кабинет. — А вы, Яночка, бегите, я вас и так задержал, у вас же…эээ…хлопоты, мероприятия! Желаю всех благ!
— Спасибо! — пробормотала Яна.
"Бегите — это он хорошо сказал". Надо бежать.
Как только за ними закрылись двери кабинета, Яна схватила сумку, телефон, и пулей вылетела из приёмной.
Она немного успокоилась лишь когда села в автобус — нужно было ехать в "Крафтологию".
Почему она так реагирует на него? И что будет теперь, когда он знает, где она работает? От этих мыслей начала болеть голова. Как хорошо, что начался отпуск; есть передышка почти в три недели.
Яна снова и снова возвращалась к тому, что произошло сегодня; себе-то можно не врать, она пришла в восторг и от его вида, и от его реакции на их встречу. Антон Аркадьевич. Его зовут Антон.
Сегодня он был в синих джинсах, белой футболке и легком тёмном пиджаке; на плече сумка с ноутбуком. Яна подумала, что её невыразительная кремовая блузка и чёрная юбка-карандаш вряд ли могли поразить чье-либо воображение. Однако потом она вспомнила — он несвободен, он женат.
Образ Антона преследовал Яну всё время, пока она делала торт, и даже потом, когда она, наконец, легла спать в три часа ночи.
…Лена с Никитой отогнали "Короллу" Лены на платную стоянку и часов в одиннадцать уехали в Судаки на машине Никиты. У Яны ещё был запланирован визит к парикмахеру, хотелось сделать волосы чуть поярче, весна же. К тому же, предстояло знакомство с родственниками Никиты и уикенд на их территории. Надо не упасть в грязь лицом.
Выходя из салона, Яна достала телефон и обнаружила три пропущенных вызова от сменщицы, Ярославы.
— Привееет, — протянула та, когда Яна перезвонила.
Яна была старше чуть не вдвое, но Ярослава обращалась к ней на "ты".
— Привет, Ярослава, извини, что не смогла ответить. Всё хорошо, проблем нет?
— Нее, всё нормально. Я звонила, так как отела сообщить, что тебя тут с утра искал какой-то мужик. Красивый, кстати. Я бы не отказалась, чтобы меня тоже такой разыскивал.
"Мужик?!"
У Яны ноги стали ватными.
— Он представился? Кто такой?
— Он сказал, что их фирма будет устанавливать новое программное обеспечение, потом спросил начальника, но тот же на конференции опять. Потом пытался у меня узнать номер твоего телефона, но я сказала — категорическое нет, конфиденциальная информация. Всё правильно же, да?
— Да-да, конечно, спасибо, Ярослава.
— Нууу так и ушёл ни с чем, раздосадованный. Ладно, пока! Тут телефон звонит, — Ярослава торопливо попрощалась.
Что происходит в ее жизни? Почему она сама так реагирует, ведь ей всегда удавалось держать оборону! И почему он так ведёт себя, неужели все мужчины настолько легко относятся к браку? Яна отказывалась в это верить. Наташкин Женя не такой. И Никита, хочется верить, тоже.
…Посёлок Судаки располагался в черте города и, как выяснилось, всего в двадцати минутах езды от дома Яны. Это если учесть, что из микрорайона на мост долго выезжали, машин было много. Потом проехали мост, транспортную развязку, спустились с неё, повернули, и оказались в коттеджном посёлке.
 
Яна до сих пор никогда тут не бывала, хотя слышала название раньше. Попросив водителя высадить ее на центральной улице, Яна пошла вдоль заборов. Погода стояла прекрасная: тепло, но не жарко; чистый прозрачный воздух, очень синее небо, по которому носились ласточки. После долгих холодов расцвело всё и сразу — яблони, сирень, акация, ещё какие-то деревья, выглядывающие из-за заборов. От буйства красок и запахов кружилась голова.
Яна посмотрела на таблички. Центральная улица называлась Южная Аллея. Почему в центре города улицы не могут назвать так же красиво, как здесь? Яне нужна была улица Солнечная. Яна чуть не проскочила мимо, с трудом заметила довольно узкий проулок. Однако через несколько метров дорога повернула и резко стала шире, взгляду открылось одуванчиковое поле и несколько довольно больших домов.
У одного из домов Яна заметила машину Никиты: значит, это и есть дом его бабушки и деда. Яна решила сначала разглядеть всё как следует, изучить. Дом двухэтажный, светло-коричневого кирпича, с тёмно- коричневой черепичной крышей. На крыше флюгер в форме парусника и спутниковая антенна. Забор тоже кирпичный, и коричневые ворота.
Рядом с домом подстриженная лужайка, возле ворот деревянная зелёная скамейка. Рядом с забором машина Никиты, затем такой же точно фольксваген, только чёрный (видимо, машина родителей Никиты), и далее — кокетливая оранжевая Пежо. А это чья, интересно? Яна не верила, что машина принадлежит бабушке и деду Никиты. Значит, либо матери, либо тут ещё гости. От созерцания всего этого торжества европейского автопрома Яну отвлек собачий лай за забором. Ну что ж, пора выходить в свет.
Яна нажала кнопку звонка на воротах, лай усилился, причём, похоже, собака была не одна. Потом раздался мужской голос:
— Грета, Тильда, место! Свои!
Собаки притихли.
"Свои", — вздохнула про себя Яна.
Все же она волновалась. Ворота распахнулись.
…Да что же это такое? Опять?!
Перед ней стоял Антон Аркадьевич. Вид у него был не то что изумленный, а потрясенный, обескураженный.
— Здравствуйте, — придав всю возможную непринужденность голосу, произнесла Яна.
Он молчал. Положение спасли Никита и Ленка, появившиеся из-за угла дома.
— Что же вы стоите в дверях, входите! — Никита осторожно потянул Яну во двор и захлопнул ворота. — Знакомьтесь. Это Яна Владиславовна Новикова, мама Лены. Это Антон Аркадьевич Давыдов, мой отец.
Яна быстро поцеловала в щеку Ленку, потом Никиту, и отдала Никите пакет с черешней и бутылку белого вина.
— Очень приятно познакомиться, Антон Аркадьевич!
"В очередной раз", — добавила она про себя, и протянула руку для пожатия.
— Взаимно, — хрипло ответил он и пожал руку Яны преувеличенно церемонно.
Яна заметила, как изумление сменяется в его взгляде торжеством, и её это насторожило.
Но тут произошло ещё одно событие. Из-за угла дома появилась нимфа, мимолетное видение, богиня и тому подобное…
— Куда вы все пропали? — ангельским голосом пропела девушка, подошла к Антону, обхватила его обеими руками за талию и прижалась щекой к его плечу.
— Познакомьтесь, — снова начал Никита. — Это Яна Владиславовна, мама Лены. А это Злата… Девушка папы.
Все опять церемонно раскланялись.
— Пойдемте уже, там ещё бабушка с дедом ждут, — и Никита первый двинулся вглубь двора.
Однако запас сюрпризов, как выяснилось, на этом не был исчерпан.
Когда Никита знакомил Яну с бабушкой и дедом, она почувствовала нереальность происходящего. Нет, этого быть не может! Так и свихнуться недолго.
"Совсем не изменилась," — пронеслось в голове у Яны, когда она смотрела во внимательные голубые глаза.