Новые Кроманьонцы (СИ)

Но иронизировать особо не стоило, это зенитное орудие есть у меня в базе: двуствольный тридцатимиллиметровый полуавтомат со скорострельностью тысяча выстрелов в минуту. Один залп и со мной будет тоже самое, что со Скаутом, здесь без иллюзий. Причем, повторюсь, это был полуавтомат: пушкой управлял оператор. Ее-то я мог уничтожить, но оператор сидит где-то в здании, его мне не достать. И он сразу перенаправит на меня другие орудия. Так что шансов у меня немного.
В этот раз мне нужны два Гвоздя. Официально эта модель называлась «Стрела», но какая разница? По факту это был снаряд для уничтожения малодоступных целей. Поэтому корпус всего полдюйма в диаметре, а чтобы хоть как-то увеличить количество взрывчатого вещества, длина у него полтора фута. Ну гвоздь и гвоздь!
Вот по Гвоздю я и загнал орудию в каждый ствол! Внутри него что-то рвануло, стволы разделились на три части как банановая кожура и повалил дым.
Я не стал дожидаться последствий, взлетел на десять футов и бросился подальше от этого негостеприимного места, ожидая залпа десятка орудий. Но десять футов — это слишком низко для радара. А без него оператор не сможет меня поймать в прицел, даже если я пролечу у него мимо носа. Короче, все у меня получилось, и я себя поздравил с победой! А теперь мне срочно нужна подзарядка, далеко мне без нее не уйти. Что удивило: ни одного самолета на аэродроме ня не увидел. Что-то случилось? Ну, надеюсь, Корбен здесь ни при чем.
ПРОВАЛ
До подлета челнока оставалось двенадцать минут, но лейтенант знал, что операция провалена. Из-за травмы Второго их просто оказалось слишком мало в нужный момент. Они не смогли чисто устранить всех вертолетчиков, это стоило жизни одному из бойцов. Но еще хуже было то, что выстрел привлек внимание последнего пилота.
После того, как один вертолет пошел на взлет, ситуацию спасти они не могли уже ничем. Неизвестно, успел ли он сообщить на базу о диверсии или только собирался, это было вопросом времени. Отпустить его они не могли. Но после взрыва его транспондер тут же исчез с радаров слежения. А такие события незамеченными остаться не могут: их постоянно учили, что технику уничтожать нельзя. Но что им оставалось делать? Так или иначе, времени у них почти не оставалось: в воздухе зависло множество вертолетов, над лесом появились десятки куполов парашютов.
У лейтенанта завибрировал наушник, с ним связались по спутниковой связи. Потому как это и была экстренная ситуация. Он угрюмо выслушал короткое сообщение и повернулся к бойцам.
— Все ко мне! — негромко скомандовал он, и четыре бойца выстроились перед ним. — Операция завершена. Челнок нас забрать не сможет, он вернулся на базу. Нам приказано оставить андроидов на месте и уничтожить пленных. Потом рассредоточиться и самостоятельно добраться до побережья, где нас с двадцати трех пятнадцати до полуночи заберет подлодка. Сдача в плен запрещена категорически, в крайней ситуации использовать шприц «ноль».
— Лейтенант Ло Ганг! — крикнул Корбен. — Остановитесь немедленно, не делайте глупостей!
Все диверсанты тут же развернулись в его сторону, лейтенант навел на Корбена автомат:
— Откуда вы меня знаете?! — резко спросил он. — И почему говорите на нашем языке?
— Я слышал ваш разговор, лейтенант, — торопливо сказал Корбен. — Остановитесь на секунду, просто подумайте о последствиях! Этот человек, — он показал на Бекнияза, — военный министр Великого Халифата, рядом с ним генерал-майор и родственник великого визиря. Их смерть повлечет за собой начало войны. Войны на уничтожение, лейтенант!
— Если вы слышали разговор, то знаете приказ…
— Тот, кто вам его отдал, не знал кого именно вы захватили. Еще раз: это не простые люди! Срочно сообщите и попросите подтверждение. И развяжите нам руки, сделайте первый разумный шаг!
Лейтенант нерешительно посмотрел на Корбена и обвел взглядом своих подчиненных. Потом покачал головой:
— Простите. Но приказы нужно исполнять!
Однако выстрелить он не успел: с разных сторон на них полетели тонкие сети, мгновенно накрыв всех многослойным одеялом. Лейтенант крикнул: «Делай как я» и выстрелил себе под нижнюю челюсть. Послышались еще четыре короткие выстрела, и все было кончено.
 
— Не стрелять! — громко закричал Мехмед. — Я генерал-майор авиации, со мной адъютант великого визиря! Немедленно освободите нас!
К ним тут же подбежали несколько офицеров и начали одну за другой убирать сети. Сетей было много и распутать их было совсем непросто. Это совершенно не устраивало генерала, который нетерпеливо требовал освободить его сейчас же, угрожая всех разжаловать в рядовые как безруких саботажников.
Но поднялся с земли он в хорошем настроении, надел слетевшую папаху и весело улыбнулся окружившим его офицерам.
Старший по чину отдал честь и открыл рот для доклада, но генерал махнул рукой:
— Вольно.
— А эти? — офицер показал глазами на остальных пленников.
— Они со мной, — сказал генерал. — Проверьте все, что можно. Задерживайте всех, кого встретите в радиусе пяти километров! Вы слышите? — поднял голос генерал, — Всех!
Офицер козырнул, что-то скомандовал по мобильной рации и побежал исполнять приказ.
— Кто это был, Корбен? — спросил генерал, потирая затекшие запястья. — Оккупанты совсем обнаглели?
Корбен посмотрел на министра. В отличие от генерала, тот давно понял, кто стоит за нападением. Но войны он точно не хотел. И едва заметно кивнул в ответ.
«Ну, Бекнияз, — усмехнулся Корбен, — теперь ты у меня в долгу!»
— Да, господин генерал, — легко согласился он. — Это оккупанты. И они действительно обнаглели!
Генерал подозвал ближайшего к нему офицера и потребовал, чтобы его связали с верховным визирем. Офицер козырнул и пригласил следовать за ним.
Корбен подошел к Бекниязу, который собирался идти за генералом.
— Господин военный министр, — окликнул его Корбен. — Можно вас на минуту?
Министр удивленно обернулся:
— Да, господин Даллас, я вас слушаю.
— У меня к вам большая просьба, — мягко начал Корбен. — С вашего позволения господин Химари Такард передал нам блок нашего андроида. Вы не могли бы мне его вернуть?
— Я понятия не имею, где он сейчас! — неискренне удивился Бекнияз. — Поищите в палатке.
— Этот блок у диверсанта, с которым я разговаривал. И я очень прошу, чтобы вы забрали его и передали мне. Пожалуйста, господин военный министр! — настойчиво попросил Корбен.
Бекнияз явно собирался сказать что-то резкое, но потом внимательно посмотрел на собеседника.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Следуйте за мной.
Он подошел к солдатам, которые обыскивали мертвых диверсантов. Кроме стандартной аптечки у них был еще небольшой шприц черного цвета в районе левого плеча. А у лейтенанта нашли еще тепловизор и блок памяти Белки.
Увидев министра, солдаты тут же вскочили и вытянулись по стойке «смирно». Офицер отдал честь, но Бекнияз нетерпеливо ткнул пальцем в блок и коротко сказал:
— Это!
Офицер тут же поднял блок и двумя руками почтительно протянул министру.
Не глядя на офицера, министр взял блок и протянул Корбену.
— Больше не теряйте его, господин Даллас, — недовольно сказал он и быстро зашагал к вертолетам.
  
ТИГРАН
 
ЧЕРЕЗ СТЕНУ
К своему новому имени Тигран привык очень быстро и ни разу не замешкался, когда кто-то его окликал. Его просто распирало от гордости, что эти идиоты и не догадываются, что «Химари Такард» — это «ловушка для дурака». Он ловушка, а дураки они! Генерал, правда, пару раз назвал его просто Химари, и откликаться на такое имя было обидно. Но Тигран сказал генералу, что там, откуда он родом, принято называть близких людей по фамилии. Ему так привычнее.
 
Атаку воздушных охотников Тигран переждал за туалетом. И такая мысль пришла в голову не только ему. Двое из сбежавших парней принесли туда Джирдона. Тот был в сознании, но идти сам не мог. Они не разговаривали с Тиграном и даже старались не смотреть в его сторону. И, как только вертолеты улетели, подхватили Джирдона и убежали в сторону леса.