Аптека снежного барса (СИ)

— Это у тебя первый раз? — он ненадолго замер и убрал волосы от моего лица.
Да, глупых вопросов вроде этого.
— Ай, — выдавила я. — Отчего такой любопытный? Надо было спрашивать до того, как женился, если так важно.
— Важно, — он согласился, но все также нависал надо мной. — Помня все стенания Бринса о его нелегкой судьбе, не хочу слишком торопиться и испугать тебя.
— Я и не боюсь.
— Или хорошо врешь?
Хотелось сказать, что не вру и не боюсь, просто не знаю, как себя вести и что делать. Жизнь не готовила меня к роли замужней женщины!
Драммонд, а после Рей много раз говорили о моей красоте и том, как на ней можно сыграть, если дело касается мужчин. Но я никогда не заходила ни с кем дальше флирта или глупых шуток. Даже целовалась впервые с Ирвом.
Он как будто слышал мои мысли, потому как стал еще осторожнее, при этом целовал меня куда жарче, постепенно спускаясь от губ к шее, а от нее — к ключицам. Платье сползало все ниже, мне было неловко, но уже совсем иначе, чем в банях или больнице.
Тело Ирва, твердое и горячее, тоже казалось совсем иным. Вязь из шрамов больше не пугала, огорчала скорее, напоминая о той боли, через которую он прошел. Я водила руками по спине Ирва, жадно ловила ртом воздух, и чувствовала, как становится жарче.
Одежды становилось все меньше, я голой кожей ощущала прикосновение кожи Ирва, его дыхание на своей шее, ощущала прикосновение его рук…
— Ты мне доверяешь? — хрипло спросил Ирвин.
— А ты мне доверяешь? — только и смогла ответить я.
— Больше, чем кому бы то ни было, госпожа Фесс.
…Кровать его оказалась узкой и жесткой, но я заметила это много позже, когда переводила дыхание, лежа на груди у Ирва. Он рассеянно гладил меня по плечам и глядел куда-то в потолок.
— О чем думаешь? — спросила я, приподнимая голову.
— Ай, какой я счастливый, такую женушку себе отхватил, еще сомневался, вести ее к жрецу или нет.
— А ты сомневался? — наигранно обиделась я. — И не «айкай», это словечко надо заслужить годами в Гимзоре!
— Будем считать, что у мужа и жены все общее, — он поцеловал меня в висок и крепко обнял. — Я поделился с тобой аптекой, ты со мной — правом айкать.
Я фыркнула на него, но тоже обняла и уткнулась носом в шею.
— Я так счастлив, что даже страшно, — признался Ирв.
Пошутить бы, но почему-то не вышло. Мне со счастьем тоже не слишком везло, поэтому сейчас и было не по себе.
  
Глава 27
 
Осень медленно отступалась, сменяясь зимой. С неба все чаще срывался снег, а ветер неприятно пощипывал щеки. В такие моменты Ирвин радовался, что они успели обновить систему отопления в аптеке, хотя для этого и пришлось ужаться в тратах.
Зато сейчас он быстро шагал по улице, сжимая ручку корзины с продуктами, и представлял, как придет домой и сядет рядом с камином, отогревать больную ногу. Или же отправится на кухню, где наверняка хлопочет Бри. Еду они чаще покупали у Густава, но по пятницам старались готовить самостоятельно. Точнее, готовила в основном Бри, а Ирвин помогал ей с чисткой и нарезкой овощей.
— И как тебе семейная жизнь? — задал ему Лестер свой излюбленный вопрос. — Еще не разочаровался? Твоя Габриэлла — что-то с чем-то.
— Это точно, — согласился Ирвин. Второй такой девушки не было во всем королевстве, а то на обитаемых территориях. — А как там твоя комиссар? Давно не заходили в гости.
— Она не моя, — Лестер стушевался и почесал нос.
— Что же тебе мешает?
— Сказал умник, который не разглядел девчонку у себя под носом.
Ирвин только пожал плечами. Тогда он был слеп, из-за чего пострадала Бри. Ирвин часто винил себя за это, особенно в моменты, когда видел тонкий белый шрам у нее под ребрами. Габриэлла тогда вздыхала и говорила, что мог бы зашить и получше. Что, впрочем, не мешало ей хвастаться отметиной друзьям в Дагре и с гордостью рассказывать, как чуть не умерла в схватке.
Она в такие моменты сияла, а Ирвин надеялся, что у Бри больше не будет ни одного шрама. Пусть хвастается своей косметикой или второй аптекой, которую мечтала открыть через пару лет, а не ранами.
 
— Зато ты не видишь у себя под носом целую женщину, — вернул Ирвин подколку. — Уведут Джину, тогда-то ее разглядишь.
— Молчал бы! — беззлобно огрызнулся Лестер. — Погоди!
Он выставил руку, останавливая Ирвина, и первым взбежал по крыльцу. Время было вечерним, но аптека стояла незапертой. Более того, через приоткрытую дверь туда залетали снежинки. Бри бы никогда не бросила ее так.
Нога тут же вспыхнула болью, стоило ему ускориться. Ирвин выругался про себя, но не сбавил шаг, и так безнадежно отставал от Лестера. Тот уже взбежал по ступеням и скрылся в торговом зале.
— Да чтоб вас! — донеслось оттуда. — Ирв, не спеши, похоже, вас обокрали! И еще кое-что…
Когда он наконец взобрался по крыльцу и зашел в торговый зал, то увидел жуткий погром и разорение. Кто-то вытащил все мало-мальски ценные пузырьки с зельями, остальное разбил, а на видном месте висело прощальное письмо Бри.
Ее почерк узнал сразу, как и завитки над подписью, зато содержание било наотмашь.
«Милый Ирвин! Мне так жаль, что ты не повзрослел и не поумнел, а все также наивно веришь в людей, особенно после всего случившегося в нашу брачную ночь.
Хотела бы я видеть твое лицо, когда прочтешь эти строки, но мне нужно возвращаться в Гимзор, к моей семье. Спасибо, что собрал столько ценных зелий, их запаса хватит надолго. И отдельное спасибо за драгоценности твоей бабули!
Все же я была права, никакой ты не барс!»
Ирвин отложил листок и огляделся по сторонам, затем рванул к стеновой панели, за которой прятался сейф.
— Дружище, — начал Лестер успокаивающим тоном. — Ты бы не порол горячку…
— Габриэллу похитили, — уверенно ответил Ирвин. — Она всегда говорила, что я крыса, а никакой не барс. Похоже, старые знакомые дали о себе знать. И профессиональная воровка не оставила бы после себя такой погром.
Пока говорил, он сломал панель, затем вторую и наскоро ввел код от сейфа.
— Из драгоценностей бабули у меня осталось только кольцо, и оно здесь.
А еще именно в брачную ночь они пообещали доверять друг другу, что Ирвин сейчас и делал.
На полупустых полках действительно поблескивало бабушкино кольцо, темный запечатанный флакон с подписью принцессы и кинжал-артефакт. Ирвин вытащил его на свет и повертел в руках, до сих пор не веря в происходящее.
В рукояти поблескивал голубоватый драгоценный камень с заключенным в нем магическим зверем. Вздумай Бри бежать от него, точно бы не оставила такое сокровище: артефакт стоил как три таких аптеки, если не больше. Формально его владельцем числился какой-то маг из Дагры, но пока артефактом распоряжался Рейгаль, слишком занятый придворными интригами.
А может быть он давал Бри время до конца разобраться со своими проблемами и обязательствами. В конце концов, она же клялась отдать барса Ирвину, а не оставить себе.
Он же, как полный придурок, не мог понять, что в ней изменилось. Не сложил свои ощущения с жалобами Бри на плохое самочувствие от чужого зверя. Первый дни после своего спасения она только об этом и твердила.
— Да чтоб вас… — повторил Лестер и присел рядом на корточки. — Девчонку правда похитили? Кто и зачем? Она, конечно, та еще аферистка, но в криминальном мире таких хватает. И выкуп с тебя не стребуешь.
— Она еще и охотник, ходивший в дикие земли, а нашим друзьям не хватало ингредиентов, если помнишь. У Бри же дурная привычка болтать о своих прошлых приключениях направо и налево. Кроме того, кто-то мог сложить ее появление с исчезновением Бринса.
Ирвин повертел флакон с подписью Эолин, поглядел его на свет, затем открыл и высыпал на ладонь несколько бордовых кристаллов. Растер их пальцами и почувствовал, как от магии покалывает руку до самого локтя.
— Это еще что за дрянь? — Лестер придвинулся ближе и шумно принюхался. — Кровью пахнет.