Луис Альберто

Бето и Марисабель не верилось, что их отец бросит на несколько месяцев свой бизнес и укатит вместе с Марианной в кругосветное путешествие. Но когда Луис Альберто показал им красочно оформленные билеты и начал объяснять, в какие сроки и сколько именно им нужно будет платить за воду и электричество, дети устроили настоящий карнавал. Они расцеловали родителя и с радостными криками заметались по дому. Бето вытащил из шкафа огромный чемодан и принялся набивать его вещами. Среди летних рубашек без рукавов и лёгких платьев иногда попадались свитеры и шерстяные кофточки, а Марисабель попыталась запихнуть в раздувшийся и с трудом закрывавшийся чемодан соболиную шубу.
Это зимнее одеяние без толку томилось в самом дальнем углу шкафа с тех незапамятных времён, когда Марианна оказалась в Париже и впервые в своей жизни увидела снег. Когда Луис осторожно поинтересовался у дочери, зачем она так старательно и даже с некоторым ожесточением упаковывает шубу, девушка на полном серьёзе ответила, что во время круиза всякое может случиться, и что не исключена возможность заморозков, тем более, если «Санта Роза» заплывёт в полосу вечной мерзлоты. Луис Альберто отметил про себя, что неплохо было бы нанять Марисабель учителя географии, и отправился в спальню к Марианне с нестерпимым желанием поскорей сообщить супруге о намечающихся переменах в их жизни.
Марианна долго не открывала, обидчиво огрызалась из-за двери, но, осознав, на какой подвиг ради неё отважился Луис Альберто… Одним словом, сердце женщины в мгновение растаяло, она бросилась мужу на шею и стала осыпать его лицо горячими поцелуями. А Бето и Марисабель с нескрываемым восхищением наблюдали за ними и лукаво переглядывались…
Но воодушевление Марианны быстро сменилось паникой – как же можно на столь долгий срок оставлять без присмотра детей? Ведь они же совсем не приспособлены к жизни! А кто их будет кормить и поить? А вдруг они заболеют?!
Луис Альберто старался объяснить жене, что он глубоко понимает её материнские чувства, но не может не признать того факта, что их ребятишки уже давно выросли и сами смогут о себе позаботиться. А Марисабель вскользь заметила, что она с удовольствием отдохнёт пару месяцев от склок и скандалов, постоянно устраиваемых родителями, и будет иметь возможность, наконец, пригласить в дом подруг. Это высказывание дочери не вселило особого оптимизма в душу Марианны, но, в конце концов, она согласилась с тем, что даже её собственные дети имеют право на личную жизнь.
Окончательное решение пуститься в морские странствия вконец растерянная Марианна приняла только после того, как Марисабель поклялась, что за ними будет присматривать её мать Джоанна и что она не даст умереть детям с голоду. И даже после этого заверения Марианна в какой-то степени ощущала себя авантюристкой, что, впрочем, ей самой немного нравилось.
За день до отправления Марисабель чуть не совершила роковую ошибку и не сорвала поездку. Во время прощального ужина, когда вся семья собралась в гостиной за праздничным столом, Марисабель обмолвилась, что они с Бето мечтают завести ребёночка, и что отсутствие родителей будет только способствовать этой затее. Услышав столь откровенное высказывание, Марианна поперхнулась, пролила на платье красное вино и заявила, что путешествие отменяется. И лишь усердные уговоры со стороны всех членов семьи, продолжавшиеся несколько часов, а также таблетка валидола успокоили разволновавшуюся женщину.
«Санта Роза» отчаливала на следующее утро из портового города Акапулько, что в двухстах милях от Мехико. Опаздывать было нельзя, ведь лайнер не мог дожидаться одних только Марианну и Луиса Альберто. Однако эта неприятность чуть не произошла. Шикарный автомобиль едва смог уместить весь груз, собранный предусмотрительной хозяйкой дома, – багажник был забит чемоданами до отказа. Бето сидел за рулём, Луис Альберто расположился на переднем сиденье, а сзади, окружённая сумками, котомками, и, держа на коленях увесистую корзину со свежими фруктами, примостилась Марианна. Марисабель в машине места не нашлось, и девушке пришлось остаться в столице. Впрочем, она не так уж и переживала по этому поводу.
 
По дороге у светло-зелёного «форда» несколько раз глох двигатель, периодически спускало колесо, а однажды даже отвалился глушитель. Но, несмотря на все преграды, за пятнадцать минут до того момента, как «Санта Роза» подняла якорь и стала отплывать от берега, Марианна и Луис Альберто открыли дверь каюты первого класса под номером двадцать.
На прощание Бето дал слово родителям, что будет вести себя хорошо и по возращении им не будет за него стыдно. Он также поклялся не обижать Марисабель.
– Ну, вот мы и остались вдвоём, – то ли грустно, то ли весело проговорила Марианна, наблюдая, как её сын спускается по залитому солнцем трапу и садится в автомобиль.
– Да, – Луис Альберто обнял супругу. – Я так давно этого хотел… Нам будет хорошо… Пусть те месяцы, что мы проведём в путешествии, будут для нас медовыми. Ты помнишь, как мы поженились?
– Помню… – Марианна ласково смотрела мужу в глаза.
– С тех пор мы так редко оставались наедине… Всё время нас преследовали какие-то неприятности, житейские проблемы. Несколько лет мы не знали отдыха… Я устал… Иногда чувствую, что ещё немного – и сойду с ума… Жизнь проходит, а я был занят чем угодно, только не тобой… Я… Я люблю тебя, Марианна…
– А я тебя обожаю, Луис Альберто. – Марианна ласково передразнила мужа, который почему-то заговорил меланхолически-официальным тоном.
В этот момент на берегу озорно заиграл духовой оркестр.
Радостные пассажиры облокотились на высокие перила и посылали воздушные поцелуи провожающим.
Послышался мягкий шум вращающихся винтов, «Санта Роза» дала надрывный прощальный гудок и стала медленно отдаляться от континента. Вскоре люди, стоящие на пристани, превратились в малюсеньких букашек, а высокие столетние деревья были не больше спичечного коробка.
Бето дождался, пока океанический лайнер скроется за горизонтом, вынул из бардачка сигареты и прикурил. Пока юноша с удовольствием затягивался, в его голове промелькнула мысль, что не так уж это и плохо – хотя бы на некоторое время остаться без ежеминутного контроля родителей, отец ведь никогда не разрешал ему курить. Но в тот же момент Бето ощутил, как его сердце вдруг сжалось, наполнилось, незнакомой ранее тоской… Он понял, что уже начал скучать по родителям и что ему совсем непросто будет вынести долгую разлуку с ними.
Бето сунул кассету в магнитофон и включил музыку так громко, что у «форда» начали дрожать стёкла. Скрежеща тормозами, и едва не сбив мусорную урну, он вырулил на магистраль, и с бешеной скоростью помчался в обратный путь, в Мехико, где его ждала любящая Марисабель…
…На палубе вновь показался Албер Фицжералд. На этот раз он нёс в руках большой зеркальный шар, который намеревался подвесить на специальных креплениях над головами танцующих.
Когда лучи двух прожекторов отражались от зеркальных граней, создавалось впечатление, что с неба падают сверкающие снежинки.
– Ты знаешь, – задумчиво проговорила Марианна, рассеянно наблюдая, как помощник капитана возится со стремянкой, – мне так недостаёт Бето и Марисабель…
– Я тоже истосковался по ним, – признался Луис Альберто. – Но ничего, скоро мы их увидим. Увидим и расцелуем.
– Нужно было взять детей с собой, – грустно сказала Марианна. – По крайней мере, я бы не волновалась так, если бы они были рядом…
Разговор влюблённой супружеской пары прервал громкий и властный голос капитана «Санта Розы», донёсшийся из репродукторов:
– Уважаемые пассажиры! Время неумолимо клонится к восьми часам, и очень скоро откроются двери нашего ресторана. На ужин, как всегда, вас ждут блюда европейской, китайской, мексиканской, а также скандинавской кухни. Есть многое, чем сможет полакомиться вегетарианец. Команда лайнера желает вам приятного аппетита и великолепного отдыха!
– Надо же, как быстро пролетел день! – Луис Альберто удивлённо посмотрел на часы. – Чертовски хочется есть.