Луис Альберто
– Не печальтесь, – осмелился сказать шофёр. – Всё будет хорошо…
– Я знаю, – ответила ему Марианна и неловко улыбнулась. – Я плачу не от горя… Я просто не знаю, как мне дальше жить… Я боюсь…
Амитах смотрел вслед удалявшемуся «кадиллаку». Он нервно сжимал свою трость и всё вглядывался, вглядывался в темноту…
Вскоре красные габаритные огни исчезли, скрылись в ночном тумане…
«Она ушла, – пронеслось в голове Харамчанда. – Ушла… И больше не вернётся… Никогда…»
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
В порт Марианну провожали Тангам и Ауробиндо Кумар.
Небо покрыли серые облака, на землю падали одинокие, мокрые капли. Начинался сезон дождей, время, когда реки выходят из своих берегов, когда засушливая почва, наконец, пробуждается и получает способность плодоносить, когда мальчишек домой не загонишь, не оторвёшь от весёлых плесканий и игр в огромных лужах, своими размерами напоминающих глубоководные озёра…
«Санта Роза» мерно покачивалась на волнах, то и дело, повизгивая паровым гудком, напоминая пассажирам, что до отправления остались считанные секунды.
Марианна сжимала в руке дорожную сумку и виновато, словно она в чём-то провинилась, поглядывала на дорогих её сердцу людей.
Ей казалось, что она, побоявшись жизненных трудностей, просто бежит из Индии, что она покидает Тангам и доктора, так и не отплатив им добром.
Все трое еле сдерживали слёзы. Настроение, прямо скажем, было невесёлое.
– Ты обязательно напиши мне. – Тангам теребила рукав своей кофточки. – Расскажи о своей новой жизни… Я так надеюсь, что ты будешь счастлива, девочка моя, что Бето и Марисабель найдутся.
– Найдутся, а как же иначе? – вторил ей Ауробиндо. – Всё будет хорошо.
– Я так вам благодарна, – растроганно сказала Марианна. – Вы спасли меня… Не дали моей надежде угаснуть… Прошло уже больше года, как я повстречала вас. Больше года… Так уж получилось, что я вынуждена была оставаться в Индии всё это время… У меня не было другого выхода… Но я нисколько не жалею. Испытав лишения, унижения, обиды, познав, что такое голод, я теперь не боюсь… Не боюсь тех жизненных преград, которые ещё ожидают меня впереди. Спасибо вам, доктор Кумар… Нет тех слов, которые могли бы выразить мою благодарность.
– Благодарить меня? За что? – удивился Ауробиндо. – Это я обязан вам… Вы работали на самом трудном участке, не многие выдерживают такие нагрузки – день и ночь ухаживать за больными людьми, которые не могут передвигаться, принимать пищу, разговаривать, но у которых есть какие-то желания, сокровенные мечты. Вы относились к пациентам, как к лучшим друзьям, старались скрасить их несчастную жизнь, облегчить страдания. Мне очень жаль терять в вашем лице незаменимого помощника. За год вы стали не только хорошим специалистом, но и моим товарищем… Как говорится, боевым товарищем… Будьте же счастливы, Марианна!
Ауробиндо обнял Марианну и крепко прижался к ней. Его седые волосы развевались на ветру, маленькие слезинки быстро скатывались по щекам.
– Вы всё ещё подумываете о том, чтобы поскорей отправиться на пенсию? – спросила Марианна, ласково поглаживая Кумара по голове.
– О какой пенсии может идти речь? – тяжело вздохнул доктор. – Кто же тогда будет лечить больных? Пусть это покажется вам нескромным, но кроме меня в госпитале Святого Сингха совсем нет квалифицированных врачей. И мне приходится отдуваться за десятерых.
– Неужели? – улыбнулась Тангам.
– А у вас ещё хватает наглости и бесстыдства сомневаться? – Доктор изо всех сил старался скрыть слёзы и выглядеть как можно более весёлым, но у него это не слишком удачно получалось. – От вас-то, Тангам, я никак не ожидал!
– А вот и не подерётесь! – засмеялась Марианна.
– Конечно, не подерёмся, – сказала Тангам. – Нам драться нельзя. А то не дай Бог ещё покалечу нашего самого-самого квалифицированного врача. Кто тогда будет делать прививки младенцам?
– Ах, вот вы как! – шутливо взъерепенился Кумар, принимая боксёрскую стойку и засучивая рукава пиджака. – Что ж, посмотрим, у кого рука сильнее! Подходите поближе, Тангам! Мы с вами одной весовой категории, всё будет по справедливости!
– Ой, ой! Что с вами! – испугалась Тангам. – Всё! Сдаюсь, сдаюсь! Больше не буду!
– То-то же… – удовлетворённо крякнул Кумар, и лицо его расплылось в широкой улыбке.
И в этот момент донёсся хриплый голос из старенького репродуктора, установленного на причале: «Господа пассажиры! «Санта Роза» отправляется через пять минут. Если вы не хотите опоздать и дожидаться следующего рейса, который будет только через четыре месяца, убедительная просьба, поторопитесь и поскорей поднимитесь на борт корабля. Повторяю…»
– Тебе пора, девочка моя, – Тангам приложила к глазам носовой платок. – Желаю тебе пять футов под килем.
– Семь, – поправил её Ауробиндо.
– Что? – не поняла Тангам.
– Семь футов. Принято говорить – семь футов под килем.
– Да какая разница? Главное, чтобы доплыть нормально, без приключений. Тебя не укачивает?
– Иногда, – призналась Марианна. – Но только в том случае, если волны очень большие, когда штормит.
– Тогда возьмите вот это, – Кумар сунул в руку Марианны маленький бумажный пакетик. – Не бойтесь, здесь не антибиотики, а всего лишь средство, которое помогает от морской болезни.
– Спасибо, хотя надеюсь, что оно мне не пригодится… – Марианна положила пакетик в дорожную сумку.
– Дай же я поцелую тебя на прощание! – Тангам бросилась на шею Марианне.
Громкий гудок заставил задрожать землю. Это «Санта Роза» прощалась с Индией, с этой благодатной страной. Страной, где так много бедняков и богатых, здоровых и больных, подлецов и героев, и просто хороших людей, которые трудятся, зарабатывают себе на жизнь, горюют и веселятся, плачут и смеются, рожают детей и пашут землю. Одним словом, занимаются тем, чем занимаются все люди в разных странах, на разных континентах, в самых далёких уголках нашей необъятной планеты.
Марианна поднялась по отвесному трапу и ступила на блестящую после утренней уборки палубу. Офицер в белоснежной форме поприветствовал её и взял под козырёк.
– Добро пожаловать на борт «Санта Розы»! – бодрым голосом отчеканил он.
– Спасибо, – несколько смущённо ответила Марианна. Она не спешила отправляться в свою каюту. Опершись на высокие деревянные, пахнувшие масляной краской перила, Марианна смотрела вниз, туда, где стояли, высоко задрав головы, Тангам и Ауробиндо Кумар. Они размахивали руками, прыгали и что-то кричали, но Марианна не могла расслышать их слов – заработал двигатель, и всё вокруг потонуло в мягком рокоте, словно где-то неподалёку мурлыкал от удовольствия гигантский кот.
Лайнер издал последний прощальный гудок и стал медленно удаляться от берега. На корме заиграл духовой орган, стюарды суматошно носились по палубам, перетаскивая тяжёлые чемоданы, из ресторана доносились аппетитные запахи.
«Как странно, – подумала Марианна. – Будто я и не сходила с корабля. Будто всё ещё продолжается наше счастливое путешествие… Ничто не изменилось на «Санта Розе». Те же знакомые лица обслуги и офицеров, та же органная музыка, даже те же запахи… Вот только Луиса Альберто рядом нет. Ах, мой милый Луис Альберто. Зачем же ты покинул меня? Что я теперь буду делать?»
А берег всё удалялся и вместе с ним удалялись Тангам и Ауробиндо Кумар. Их фигурки были уже совсем маленькие, словно куколки в магазине детской игрушки. И вскоре Марианна уже не могла разглядеть их, они превратились в микроскопические чёрные точечки…
«До свидания, Индия, – думала Марианна, поднимаясь в лифте, стены которого были покрыты зеркалами, на верхнюю палубу. – Ты принесла мне столько страданий, столько горестей и душевных мук… Но ты же, подарила мне замечательных друзей – Тангам, доктора Кумара и, конечно же… Конечно же, Амитаха… Каково ему сейчас без меня? Что он сейчас делает? Скучает ли? А может быть, он уже и не думает обо мне? Может быть, то, что он говорил мне вчера вечером, было нечто иное, как… Нет, и как такая несправедливая чушь может лезть в мою голову? Амитах ведь любит меня, любит искренне, нежно… Глаза не умеют лгать, а в его глазах можно было прочитать искреннее сострадание, теплоту, любовь… О, святая Дева Мария, я хочу его видеть! Я сама тоскую по Амитаху. Дай мне силы пережить разлуку с любимым!» – И она сжала в руке заветный перстень.