Мамба в СССР. Черный курсант (СИ)

Английский я знал ещё из прошлой жизни.
— Какой номер вы хотели бы занять и на сколько суток?
— Одноместный и недорогой, но и не совсем уж дешёвый, желательно.
— Я вас поняла, — девушка кивнула. — Могу предложить вам номер на втором этаже, он угловой, но в то же время весьма приличный.
— Хорошо. А где здесь можно поменять валюту на местные деньги?
— Напротив гостиницы здание банка, там меняют любую валюту. Но мы принимаем и доллары, и фунты, и вообще любую европейскую валюту.
— Отлично. Я остановлюсь у вас на трое суток.
— Ваш номер 35-й, вот ваш ключ.
— Спасибо.
Расплатился я долларами. Въехав в номер и бросив там свои вещи, сразу же направился в банк. Молодая негритянка, одетая строго по дресс-коду, вежливо поинтересовалась, что мне угодно, и без лишних взглядов и вопросов поменяла предъявленную сумму по фиксированному курсу, весьма приемлемому. Сунув в бумажник пачку купюр, я поинтересовался у девушки:
— Как же зовут такую красавицу?
— Дора, — отозвалась она, не без скепсиса взглянув на моё лицо. Затем, видимо мысленно пересчитав купюры, что выдала мне чуть раньше, приняла для себя какое-то решение: — Но у меня нет времени, извините.
Я хмыкнул и, развернувшись, ушёл. Найти административное здание парламента, где заседали местные депутаты и прочие слуги народа, не составило большого труда. Словоохотливый таксист из местных негров всё рассказал и показал, а за отдельную плату сразу же свёл с теми, кто мог провести меня в приёмную лидера Республиканского фронта Яна Смита.
Секрета тут никакого не было: Ян Смит интересовался текущим положением дел, общаясь, в том числе, и с представителями коренного населения. А так как я оказался чёрным, то смог без труда записаться к нему на приём.
Получив официальное уведомление о том, что встреча назначена на завтра, я свалил в закат, решив пройтись по вечернему Хараре. Хотелось посетить местные злачные места, ночные клубы и рестораны, но в последний момент я передумал и в гордом одиночестве отправился в свою гостиницу.
На следующий день я прибыл к назначенному времени в здание парламента. Секретарь фракции партии Яна Смита уже ожидал меня.
— Мистер Хва́ла Небу?
— Да, это я.
— Прекрасно, мистер Хва́ла Небу. Мистер Смит вас ожидает. Сейчас я доложу ему о вашем приходе.
— Хорошо.
Через пару минут меня позвали. Пройдя несколько помещений, я остановился перед очередной дверью и после предупредительного стука секретаря вошёл в кабинет.
— Здравствуйте.
Ян Смит даже встал из-за стола, чтобы пожать мне руку, чего я никак не ожидал и на мгновение растерялся: как-то не походил он на расиста. А тот продолжил, пытаясь при этом изобразить любезность:
— Судя по вашему лицу, вы явно не из местных. Откуда вы? — поинтересовался опальный политик.
— Из Сомали.
— Издалека… Вы хорошо говорите по-английски?
— Нет, лучше понимаю, чем говорю.
— Тогда я постараюсь говорить ясно и кратко. Слушаю вас. По какому вопросу вы здесь?
— Не по вопросу. У меня к вам есть предложение, о котором вы не сможете догадаться.
— Я деловой человек и политик, а не гадалка. Догадываться не имею права. Изложите суть вашего предложения.
— Я бы хотел предложить небольшое участие людей, готовых поддержать вашу партию на будущих выборах. Да и вообще помочь выправить ситуацию в новоявленном Зимбабве.
— Ммм, что-то я вас не совсем понял. Какого рода помощь вы предлагаете?
— Мы можем поговорить в более неформальной обстановке?
— Можем, но сначала мне хотелось бы понять: есть ли смысл разговаривать с вами? Пока вы говорите одними загадками.
— Хорошо. Тогда скажу буквально двумя словами. Мне нужны военные инструкторы для обучения моего отряда. Взамен я окажу вам любую помощь здесь. Я воевал в Сомали и в Эфиопии. Многое видел, многое знаю и, к сожалению, понимаю, к чему приведёт власть чёрного большинства. Вы помогаете мне, я помогаю вам. Мне нужны белые офицеры, желательно из скаутов Силуса.
Ян Смит откинулся на стуле, с подозрением рассматривая меня. Пожав плечами, я положил ему на стол свой паспорт для подтверждения, что я — это я, а не какой-нибудь там Дед или Иван, а самый настоящий Хва́ла. Смит взял документ, посмотрел его и вернул обратно.
 
— Значит, вы хотите, чтобы я с вами провёл определённые переговоры?
— Да. Не обязательно вы. Мне подойдёт любой человек из вашего окружения с должными полномочиями.
— Нет, я не собираюсь ни с кем договариваться и вообще не понимаю, что вы от меня хотите.
Я поморщился. Не этих слов я ожидал от него, не этих… Однако, глянув ему в глаза, лишь усмехнулся и произнёс:
— Жаль, я надеялся нанять себе здесь офицеров. Что же, не стану вас больше отвлекать и… желаю вам успехов в вашей деятельности.
— И вам удачи!
— Спасибо.
Говорить больше не имело смысла, я попрощался и вышел из кабинета, а потом и из самого здания. Первый блин вышел комом!
Далеко от здания местного парламента я не ушёл, а устроился в одной из уличных кафешек. Сидя в тени пальм, я смаковал местный кофе и наслаждался хорошим днём и культурным обслуживанием, наблюдая за «окультуренными» собратьями по цвету кожи. Белых в этом кафе почему-то не было.
Съев пирожное и запив его чашечкой вкусного кофе, я как истинный турист направился осматривать местные достопримечательности. Утром таксист по дороге в парламент расхваливал местный парк, туда я и направился. Сады Хараре действительно впечатляли! Нащипав незаметно для окружающих несколько полезных травок, я пополнил свой арсенал редкими ингредиентами и, вдоволь находившись, вернулся к отелю.
— Хва́ла Небу? — перехватил меня в фойе белый мужчина.
— Да.
— Я от мистера Смита… по поводу сегодняшнего разговора.
Я взглянул на бородатого мужчину, машинально тронул рукой место, где у меня всегда находился пистолет, и снова посмотрел на посланника Смита. Тот понял и усмехнулся.
— Пойдёмте, я отвезу вас туда, где можно будет спокойно поговорить.
Рефлексировать уже поздно. Да и что я мог сделать один, пусть и с оружием, но в совершенно чужой стране? Но… кто не рискует, тот редко торжествует! В общем, я улыбнулся и кивнул. Незнакомец подвёл меня к припаркованному у обочины японскому внедорожнику.
— Прошу! — махнул он рукой в сторону пассажирского места, и я, открыв дверцу «Сузуки», устроился на сиденье.
— Куда едем?
— За город, на мою ферму.
— Долго?
— За час доберёмся.
— Я остановился в гостинице... — начал я.
Но меня перебили:
— Не беспокойтесь, если ваше предложение нас заинтересует, и вы появились здесь с действительно серьёзными намерениями, то вам всё компенсируют.
Я хмыкнул и посмотрел на проносящиеся мимо кукурузные поля. Вспомнился Хрущёв с его кукурузой и сразу же забылся.
— Вы можете изложить мне всё, что сказали или хотели сказать Смиту.
— Угу. С кем имею честь говорить?
Бородатый с удивлением посмотрел на меня.
— Зовите меня Кен.
— Кто вас уполномочил со мной разговаривать?
— Смит, он позвонил мне и сообщил о вашем визите.
— Значит, он в общих чертах обрисовал вам моё предложение?
— Да.
— Хорошо. Начну с того, что мне известно, какого рода проблемы возникли у вас с неграми. И, хоть я и сам негр, точнее сомалиец, я могу помочь вам их решить.
— Каким образом?
Я усмехнулся.
— У меня богатый боевой опыт, очень богатый! Кроме этого я окончил военное училище в СССР.
Кен вздрогнул и чуть дёрнул руль.
— Да, так оно и есть, — продолжил я. — Учился на артиллериста. Служил в эфиопской армии, комиссован по ранению. У меня есть много преданных лично мне сторонников, которым глубоко насрать на местные племена. И вы сможете нанять нас, чтобы решить свои проблемы.
— Вы обратились не по адресу. Мы уже проиграли свою войну.
— По адресу, — спокойно возразил я. — Больше вам обратиться не к кому. И вы не проиграли, вас вынудили сложить оружие! Но вы всё равно останетесь в проигрыше, потому как вы — белые. А я — чёрный. Какие ко мне могут возникнуть претензии? Я не расист, меня даже националистом не назовёшь, потому как нет такой нации, как эфиоп или сомалиец. Все мы разобщены по кланам, народностям, племенам и союзам племён. Выходит, только я в силах вам помочь.