Лаймаргия: кровь и песок (СИ)

— Покажи мне, чудо дивное, от чего меня так сильно приложило? — попросил систему.
Сильный расход внутреннего резервуара!
Снижение пополнения внутреннего резерва маны!
Низкий магический фон!
— Ага, вот те на, — с досадой пробурчал я. — Впервые о таком слышу.
Магический фон. Краткая справка. Энергией наполнен весь мир, в случае вхождения в зоны с низким магическим фоном регенерация внутреннего резерва снижается.
Оповещение: поблизости обнаружен объект, поглощающий магическую энергию.
Рекомендация: проверить территорию на присутствие скрытых объектов ушедших хозяев.
Попытка установки связи…
Провал!
Попытка поиска входа…
Провал!
Запрос на присвоения статуса гостя…
Провал!
— Эм… — произнёс я, продолжая смотреть на попытки сколопендры пробиться куда-то.
Попытки не увенчались успехом, но меня это очень сильно заинтересовало. Если я всё правильно понял, где-то неподалёку находится база создателей этого чудного артефакта. Размышляя логически, решил, что там может храниться то, что поможет мне усилиться. Значит, нужно в скором порядке найти это место. На краю сознания появилась мысль, которую мне удалось ухватить за хвост. Недалеко деревня, животные бродят толпами, плюс пропажа прожжённых контрабандистов.
Повторная попытка связи…
Провал.
— Так, для начала давай отнесём всё мясо в ледник, а потом вернёмся сюда. Герой, запомнил место?
— Хрю, — отозвался кабан.
— Раз отзываешься, отныне имя тебе Герой.
Возражений не последовало.
Сначала хотел снарядить его таскать мне туши поверженных зверей, но, посмотрев на его состояние, отказался от этой затеи. В каждом звере было меньшей мере тридцать кило, попробовал волочить по земле, как делал это с войканами. Получилось прихватить всех троих. Опять же состояние всей троицы оказалось плачевным. Засчитали лишь одного, оно и ясно, остальных Герой превратил в кашицу. Внешних повреждений оказалось немного, но вот внутренних… Зверей словно пропустили через пресс.
До поляны добрели за час. Могли быстрей, вот только пришлось обходить пару мест, которые мы ранее разведали, стороной: Герой почувствовал там агрессивную живность.
Спускал по одной туше в ледник, там оказалось больше сыро, чем холодно. Неизвестно, продержатся ли тушки до тех пор, пока за ними не придут. Подкрепился оставленной похлёбкой. Пока уплетал за обе щеки, совесть грызла с каждой съеденной ложкой. В голове роилась сотня мыслей.
К примеру, почему сколопендра не отреагировала днём, ведь я точно помнил, как проходил через все эти полянки. И множество других — о моих боевых возможностях. Любой из охотников посмеялся бы над моими потугами. Сегодняшняя охота ударила по носу зарвавшегося учителя, и он сам стал учеником. Не будь со мной рядом грива, не знаю, в чьём желудке мне удосужилось бы коротать ночь.
Провёл небольшой анализ боя. С одной стороны, я сделал всё правильно, а с другой — одна маленькая оплошность могла стоить мне жизни. Как жаль, что всё в этом мире предугадать нельзя, как и нельзя предсказать будущее в точности!
Вспомнилась научная статья о том, как можно предсказать дальнейшие события. Всё просто: требовалось лишь рассчитать расположение каждой молекулы в необъятном космосе по формуле, где переменными были время, площадь, плотность объекта и прочая белиберда. Так вот, к чему подвёл: оплошности будут случаться, но чем больше ты подготовлен, тем меньше их будет.
— Хрю, — словно соглашаясь, подал голос Герой.
А интересный у меня питомец! Вот вроде и свинья, которых я всю жизнь считал за неразумных, а ты погляди: и отвечает и спасает, словно прирученный пёс. Сами по себе возникли картины, как Мила катается на Герое, а потом он сжирает целый ящик желудей, и всё это на летней поляне, где мы всей семьёй на пикнике. Всю жизнь придерживался тенденции, что чем больше страданий, тем выше счастье, вот и сейчас. Это не зло, всего лишь испытание, которое мы преодолеем.
 
Уставший, с кучей ушибов и царапин, я направился в путь, который обещал иметь особый интерес. Не знаю, наверное, обнаружить нужную точку можно лишь ночью, и скорее всего по этой причине Бран послал на эту задачу меня. Контрабандист идёт во тьме… Что же до начальника, в том, что именно он их глава, сомнения отпали после анализа его слов. Все эти повелительные «пришлю», «отправлю», «моё», конечно, связаны с тем, что у него есть подчинённые. Может, и не главный, но, вероятно, занимает немалый пост.
Попытка связи…
Успех!
Происходит загрузка пути, ожидайте!
Как же я не люблю, когда меня вырывают из раздумий! Предупреждён — значит вооружён, а кто меня предупредит лучше, чем собственная голова?
— Постой, — я шёпотом предупредил Героя, который выбежал вперёд, проверяя наш путь.
Он, кстати, вопреки моим ожиданиям, не остался на поляне зализывать раны, а отправился вместе со мной.
Никогда бы не подумал, что кабаны обладают привязанностью к хозяину. Стало стыдно за себя и за каждый стейк, съеденный мной. Тут больше сыграла ситуация — бросившая его стая, одиночество, осознание неминуемой смерти… И вот я — поговорил, накормил, поделился теплом очага. Такая доброта не могла пройти незамеченной, и самое главное, я же мог его убить, но не сделал этого. Но это лишь мои мысли, неизвестно, насколько они схожи с реальным положением дел.
Под ногами внезапно захрустело, в затылок прилетел сильный удар, и сознание погрузилось в темноту.
 Глава 17 
 Убежище №17 
Место действия: убежище № 17.
Время: 22:05, 13.10.2145.
Запись сержанта Романова Сергея Дмитриевича.
Белые светодиодные лампы на потолке освещали серые металлические стены. Мужчина лет тридцати сидел за столом. Его лицо выглядело усталым, а карие глаза выражали всю тяжесть событий, которые он пережил за последние несколько лет. Мимические морщины уже начали превращаться в настоящие, добавляя ему как минимум ещё четыре года возраста.
— Запись номер один. Не знаю, с чего начать, наверное, нужна какая-то предыстория? — Он почесал нос рукой в чёрных перчатках из плотного материала и шмыгнул носом. — Объект — фиолетовая смерть. Хотя нет, всё началось гораздо раньше.
Это был его первый дневник. В старых фильмах он видел, как учёные ведут дневники, но никогда не считал себя учёным. Он вырос в нищете и голоде, а теперь за его плечами был целый отряд.
— Не так ты начинаешь, — послышался за кадром женский голос. — Если ты хочешь писать дневник для себя, то просто рассказывай о событиях, которые с тобой происходят. Если же ты хочешь сохранить его для потомков, то бери события из тех времён, которые считались мирными.
— Катя, давай я сам разберусь со своим хобби, — холодно ответил Сергей, повернув голову.
— Хорошо, не буду мешать. Пойду лучше проверю, как там остальные.
Они говорили на русском языке, самом главном языке во всём мире.
— Спасибо, — поблагодарил сержант девушку и снова повернулся к камере. — Скорее всего эта запись будет для потомков, — его лицо скривилось, а в глазах блеснула влага. — Год две тысячи восьмидесятый. Новый вид космической энергии, который впоследствии назвали магусом, начал проникать в наш мир через истончившуюся плёнку сферы. Люди подверглись сильным мутациям, у многих проявилось бешенство. Пять лет планета содрогалась в ужасе от заразы, от которой не было лекарства. Эти времена назовут чёрными. Мутировали целыми городами, массовые зачистки происходили ежедневно, братские могильники можно было обнаружить у каждого города даже через двадцать лет.
Сергей остановился, что-то вспоминая, и ушёл в себя на некоторое время.