Лаймаргия: кровь и песок (СИ)

— Почему?
Её милое молодое личико отразило негативные эмоции в ответ на проявленное мной любопытство.
— Всё просто. Я не хочу рисковать жизнью, как это делаешь ты. Мне хватит денег, чтобы обеспечить себе старость. Я не калека, руки из нужного места растут. Ты прав, это было неприятно, но, сам знаешь, в деревнях девиц таскают часто. Плохо, что против воли, — её лицо ещё больше скривилось. — Это не в первый раз, переживу, но, помогая тебе, могу отдать душу Фиолу уже в самом начале пути.
Прикусив нижнюю губу и отведя взгляд от Клары, я произнёс:
— Ничего страшного, ты в своём праве. В таком случае отплати мне за свою жизнь.
Возможно, она не так поняла, потому как сразу же покраснела.
— Мне нужны ягоды, которые скрывают запах, и немного лечебных трав, а также временное убежище.
В этом мире ценился долг жизни, но с одним условием: ты должен его затребовать, и если это не несёт повторную угрозу, то должник обязан согласиться.
— Я, Клара из деревни Рису, клянусь предоставить кров Парану из города Райкан по первому его требованию.
Девушка знакома с этим ритуалом, а значит, ей не впервой клясться.
— Принимается. Теперь можешь идти и собрать мне трав, которые я попросил.
Взгляд Клары был тяжёлым, словно она думала, что подписала себе смертный приговор. Оно и понятно: беглый преступник просит о предоставлении убежища, но то, что она могла отказаться и не сделала этого, радовало. Скорее всего, девушка была рада, что я не потребовал от неё чего-то, лишающего её чести, а ведь мог.
Клара, больше не говоря ни слова, покинула дом. Я же решил в очередной раз подкрепиться. Ночка обещала вновь быть долгой и наполненной разного рода приключениями. Сегодня потребуются все силы, которые я смогу из себя выжать. По моему плану выходило всего два финала. Первый — я уезжаю из города с семьёй либо любым иным способом покидаю его вместе с ней. Второй — оставляю своих в доме или отваливаю крупную сумму соседям, чтобы они скрыли единственных родных мне людей в этом мире. Оба варианта были привлекательны, не нравилось мне лишь одно — способ попадания в Райкан.
В каждом городище есть канализация. Рядом с каждым стоком гуляет стража. Вот только есть такие районы, в которые любой уважающий себя человек боится заходить по ночам. Мне требовалось выйти в трущобах, а после, переночевав, отправиться средь бела дня к своим. Выбраться из ограждённого района в дневное время суток практически невозможно, да и днём придётся пройти через стражников. С Кларой все эти задачи решались в два счёта. Обычная травница, пришедшая из деревни продавать травы и коренья в аптеку. Отчего сама, а не через гильдейских торговцев? Так всё просто. Срок годности излишков подходит к концу, а ожидая очередного торгаша, можно потерять весь урожай.
В городе она могла передать деньги моим знакомым, а уже после через них они бы попали в руки Сары. Как жаль, что придётся делать всё самостоятельно! По второму плану она помогла бы им выбраться, а после получила бы причитающуюся сумму.
— Готово.
Я не заметил, как Клара вошла и, уронив коричневый холщовый мешок на стол, вывела меня из раздумий.
— Это что? — подивился я не рассортированному набору разных трав и белых ягод.
— Это живница[1], клюз[2] и жарница[3] с током[4]. Смотри, — девушка вырвала мешок у меня из рук. — Эти круглые листы — живница, будет больно, приложи. — Она положила на стол небольшой листик размером с две фаланги пальца. Это клюз. — Клара достала фиолетовую ягоду. — Его использовать внутрь после того, как приложишь к ране жарницу. — Она достала листок, чем-то напомнивший мне подорожник. — Её можно использовать для снятия симптомов болезни наподобие горячки. Дашь своей дочери ягоды и жарницу. Ну и ток с бесцветником. Листья тока не путай с жарницей: они останавливают кровь, а жарница, наоборот, может ускорить её отток. А про бесцветник я тебе уже говорила, вот он, белые ягоды.
Я рассматривал это добро и не понимал, как она успела всё собрать за такой короткий срок. Помнил же, что она вышла буквально пару минут назад.
 
— Слушай, а где ты всё это взяла? Ты же вышла буквально только что, — спросил я, разглядывая травы и запоминая их назначение.
— Это стандартный набор охотников. Нашла за домом ящик, где травки лежали. Жаль только, что они израсходовали весь бесцветник, но рядом росли его кусты.
— Ясно. — Забрал мешок. — Давай, наверное, прощаться, — произнёс я, одновременно ища, куда можно прицепить дополнительный груз.
— Сможешь найти меня в Рису, седьмой дом от Райкана либо пятнадцатый от Сижга[5]. Если не сможешь, спросишь у местных, там меня все знают. — Бросив на меня грустный взгляд, она развернулась. — Удачи тебе!
И ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. Мысли были печальными, и заставляли выдвигаться как можно скорее. На улице скоро начнёт темнеть. Из-за убийства охотников и стражи новые работники лесного промысла могут прийти раньше или отправят кого-то узнать, что случилось с разведчиками, посланными по мою душу. Трущобы — отличный вариант чтобы скрыться беглому преступнику. Если что, заплачу за проход и кров едой, а там уже сделаю всё, что требуется, а дальше… Что дальше? Дальше уйду из города либо один, либо с семьёй. Из вариантов — пройти через границу с Сижгом, посидеть в горах, пока шумиха не уляжется, а после поселиться в деревне под новыми именами.
Тихая и мирная жизнь, житейские моменты, чудесный быт, к которому так быстро привыкаешь… Об этом мечтал Левин из романа «Анна Каренина», об этом мечтал и я в родном мире, но только здесь обрёл счастье. Как оно скоротечно, словно птица, которую ты поймал за крыло, так и спешит улететь. Счастье любит свободу, но и в клетке порой может существовать.
В очередной раз проверив свою подготовку, вышел из дома охотников. Пройденный этап — преступник наказан. Всё время считал, что преступления не те, что продиктованы сводом законов, а те, которые переступают через мораль. Человека делает человеком не разум, а культура. Именно эта тонкая кожура отделяет нас от раскалённого хаоса.
Лес прошёл быстро. Не сразу заметил, что царапин на мне после прохождения через кусты остаётся гораздо меньше: уже приноровился передвигаться сквозь ветви и кусты. Да и дальние переходы уже не отзываются одышкой. По пути размышлял о процентах прибавки моего усиления. Самый главный вопрос: прибавка происходит от моего изначального значения или от некой нормы? Решил, что от моих базовых показателей. Взял пример: человеческий предел был десять, а мой показатель — на тройке. Получил прибавку в ноль целых три десятых единицы.
Под конец расчётов выбрался к городу. Длинные каменные стены. Пара-тройка десятков бойниц для арбалетчиков и сбрасывания чего-либо тяжёлого на головы врага, восемь башен с треугольной крышей.
Сток находился со стороны реки Мелы[6]. По плану мне требовалось для начала осмотреться, пока светло. Одновременно нужно было набрать сучьев для факелов и сухой травы для розжига. При всём этом не привлекать внимание стражников. Задача затруднительная, но выполнимая. Дров и розжига можно набрать по пути, а вот с разведкой будут проблемы.
Примерное расположение районов отпечаталось в памяти за годы жизни в городе. Как в старые времена моего мира, всё делилось на районы ремесленников. Этот городище относился к типу крупных, сложно-массовых. Муниципальные службы располагались ближе к центру, производство с жилыми районами — за первой оборонительной линией, коих всего три. За второй линией обосновались школы, приюты, дома чиновников и обслуживающего их персонала. Мне требовалось попасть за первую линию.
Вспомнился дом казначея, который почему-то стоял на первой линии. Скорее всего из-за размещения первого погоста. Казначей отпускал её из самого последнего пункта. Но да ладно, сейчас это не играет особой роли.
В Райкане на передней линии находилось три квартала ремесленников, трущобы, пара жилых и рыночный кварталы. На второй линии таковые тоже имелись, но специализировались на более дорогостоящих услугах, там жили ювелиры, алхимики, лекари. Цель — попасть в жилой квартал первой полосы, для этого придётся пройти как минимум один пост. Раньше между каждым кварталом стояли посты, сейчас их осталось очень мало.