Я - ваш король (СИ)

Хоть и со скрипом, но это начинало получаться, вполне возможно, что в бою придётся комбинировать кавалерийскую и пехотную атаку, что сделать пока в виде учений не получалось.
С помощью своего, действительно, гениального казначея, получилось сбить воедино земли королевского домена и составить карту налогообложения. Теперь, после присоединения земель покойного Мелькора, а также его подельников (те из них, кто избежал плахи, теперь бодро маршировали в рядах пехоты), собственно королевские земли ощутимо выросли, что давало кое-какую возможность к очередному пополнению изрядно опустевшей казны. Попутно я назначил чиновников, ответственных за сбор налогов, причём, не из благородного сословия, а просто из грамотных горожан, которых разослал по землям в виде королевской администрации, придав каждому для порядка два десятка солдат под командованием сержанта. С незнатных чиновников спрашивать легче. Коррупцию, понятно, целиком уничтожить не получится, но, подозреваю, что так денежный выхлоп с земли станет больше.
Подобное же планировалось в будущем и для земель, имеющих хозяев, но это ещё нескоро, когда вольности благородного сословия сойдут на нет. Допускаю, что потом ещё и внутри страны немного повоевать придётся, осаждая замки слишком гордых феодалов. Пока же они, не ведая о моих далеко идущих планах, короля своего едва не боготворили, рассчитывая, что в ближайшем будущем он принесёт им победу и богатую добычу. Принесу, не сомневайтесь.
В один из дней, ближе к концу зимы, во дворец прибыло посольство. Высокородные господа прибыли от герцога Корда Виндорфа, герцога, чьи владения располагались с северо-востока от Серпины, имели выход к морю и были, по сути, независимыми, хотя сам герцог и являлся вассалом короля Серпины Пипина. У тамошних герцогов была какая-то отдельная династия, уходящая корнями в совсем уж седую древность, но при этом почти не пересекавшаяся с остальными благородными фамилиями. Интересно, что на родовом гербе у них была книга, на которой стоял кошель с деньгами, а в деньги уже был воткнут меч. Такое странное сочетание наводило на некоторые интересные мысли.
Послы привезли подарки в виде дорогого оружия, меховых шуб (герцогство было лесным краем) и золотых кубков. По всему выходило, что Его Сиятельство ищет моей дружбы. А я в это время ищу драки с его сеньором, и герцог знает о наших взаимоотношениях. Выходит, герцог сообразил, откуда ветер дует, а потому решил кинуть сеньора через известный орган, увидев более сильного покровителя?
Приём я назначил в тронном зале, позвав с собой герцога Абвера, без которого никакие большие дела в королевстве не делались. Прихватил и графа Майснера, ибо речь пойдёт о военных вопросах, а потому его мнение было важно. Швейгерт присутствовал по умолчанию.
Послов было трое, все немолоды, с длинными бородами и в меховой одежде, несмотря на то, что в зале было тепло. Видимо, так они свой статус подчёркивают. У одного из них, видимо, старшего, под собольей шубой виднелась кольчуга и толстая золотая цепь на шее.
Герольд объявил их имена, потом моё (а то вдруг забудут). Вперёд вышел тот, что был в кольчуге. Он с достоинством неглубоко поклонился, после чего, достав из складок шубы большой свиток, сломал печать, развернул его и начал громко, с выражением читать:
— Я, герцог Виндорф, Корд, сын Эйделя, из рода Сивиллов, отправляю с посольством предложение дружбы. Мои предки были самостоятельны, пока дед мой (да хранят боги его душу) не принёс присягу королю Серпины Пипину Второму, отцу нынешнего короля. Теперь же, когда ситуация в мире изменилась, я хотел бы перейти в вассалы короля Апродии, уважаемого мной Айкона Третьего, сына Конрада. Пусть примет мои заверения в дружбе и покорности и вышлет встречное посольство со своим ответом. Искренне надеюсь, что моя просьба не останется без ответа.
Посол замолчал, а я, быстро переварив услышанное, задал встречный вопрос:
— Герцог Виндорф велел что-либо передать на словах?
Посол убрал ставший ненужным свиток, погладил пышные усы и с достоинством сказал:
 
— Его Сиятельство велел передать, что, в случае его перехода под вас, ему понадобится защита от бывшего сеньора, короля Пипина, который может применить силу и напасть на его владения.
Я снова ненадолго задумался.
— А какой военной силой располагает ваш сеньор?
— Все его вассалы, собравшись вместе, могут выставить до трёхсот копий, — незамедлительно ответил посол. — Этого достаточно, для защиты, но с королём Пипином воевать не позволит, он слишком силён и скор на расправу.
— Я вас услышал, уважаемые послы, теперь вас проводят в гостевые комнаты, где вы ни в чём не будете нуждаться, а ответ я дам через пару дней, посоветовавшись с советниками и взвесив свои возможности.
Послы откланялись и вышли, а я, удалившись в свои покои в сопровождении советников, начал совет. Время шло к ужину, а потому я велел слугам принести сюда стол, совет обещал быть долгим. Когда вино и закуски оказались на столе, я подождал, пока слуги выйдут, после чего сел во главе стола и спросил:
— Итак, господа, я слушаю вас. У кого какие мысли?
— Ничего хорошего это не сулит, — сразу заявил герцог Амбер. — Тем более, что общей границы с Виндорфом у нас нет, чтобы поддержать герцога военной силой, нам придётся проходить больше ста миль по территории Серпины.
— Герцоги Виндорфы, — неожиданно вступила в разговор королева, которая находилась здесь же, — всегда славились умением предавать и обманывать. Стоит ли доверять им сейчас?
— Это так? — я вопросительно посмотрел на Абвера.
— Истинная правда, — согласился он, — и этот герцог ничем не отличается от своих предков, такой же подлый и скользкий, как болотная змея.
— Вопрос в том, кого он собрался обмануть? — спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Подозреваю, что всех, — Майснер, уже опрокинувший кубок с вином, отчего его красная физиономия приобрела вовсе пунцовый оттенок, вытер усы и продолжил, — своего сеньора, который ждёт от него помощи в предстоящей войне, вас, чтобы заставить потратить военную силу, не получив никакой выгоды, кроме сомнительного удовольствия считаться его сеньором, может быть и так, что он договорился с Пипином, а всё это посольство — фарс, разыгранный, чтобы вынудить нас начать войну, а в решающий момент он нас предаст или даже ударит в спину.
Я молчал. Граф рассуждал логично, с посольством к нам пришли дополнительные проблемы, возможно, следовало просто отказать, но, боюсь, и тогда проблемы никуда не уйдут.
— Триста копий, — напомнил граф Винс, — немалая сила, нам бы пригодилась в предстоящей войне.
— Я бы предпочёл обойтись без них, — ответил я, мысленно переводя количество копий в количество всадников, выходило около тысячи человек, возможно, даже больше. — Нет пользы от таких сил, если я сомневаюсь в их верности.
— Тогда нужно отказать, — уверенно заявил Абвер, — более того, нужно сообщить королю Пипину, что герцог обращался к нам с такой просьбой, чтобы посеять раздор между ними.
— В случае, если герцог делает это с ведома и позволения короля, вы ничего не добьётесь, — напомнила моя жена.
Я встал и подошёл к карте, которая теперь, удобства ради, висела на стене.
— В случае войны наше войско будет двигаться вот так, — я указал дорогу обглоданным куриным крылышком. — От города Радзиволь, по дороге на юго-восток. На марше мы будем уязвимы, а с северо-запада над нами будет нависать этот герцог и его триста копий.
— Разведка успеет предупредить, — возразил Майснер, — мы успеем построиться для боя, они нанесут нам ущерб, но не думаю, что разгромят целиком.
 
— Им достаточно только поджечь обоз с запасами пороха, — заметил Винс, — после этого мы лишимся всех своих преимуществ.
— Попробуйте его обмануть, — предложила Вета, — предложите свои условия. Он всегда выигрывает, потому что другие государи действуют в открытую. Нужно уметь самим быть предателями.
Всё-таки, умная жена — это полезно в хозяйстве.