Я - ваш король (СИ)

Меня сопроводили в зал приёмов, ну, или как он тут называется. Солдаты конвоя… пардон, почётного караула, встали с двух сторон от трона, приняв вид железных статуй. Кстати, Средневековье тут довольно развитое, раз такой доспех умеют делать. А я тем временем рассматривал трон. Нет, он был сделан не из старых мечей, и не из золота с алмазами. Не очень удобное седалище было деревянным, даже без какой-либо мягкой подстилки под нежный королевский зад. Подлокотники были отделаны слоновой костью, пластины которой покрывал золотой узор. Спинка, как и полагается, была высокой, чтобы никакой убийца не смог напасть сзади, да только убийцы тоже не дураки, если захотят, и другой способ найдут.
Никаких дополнительных регалий мне не полагалось, отчего я вздохнул с облегчением. Теперь была возможность осмотреть присутствующих в зале людей. Людей, собственно, было немного. Помимо охраны, здесь присутствовал писарь (или писец? Нет, лучше писарь), сидевший за маленьким столиком с пером и чернильницей, а перед ним лежала толстая книга, небось, ещё из пергамента. Когда у нас там бумагу изобрели?
Присутствовали несколько богато одетых вельмож, опять же, ничем не примечательных, просто какие-то расфуфыренные старики. Но командовал парадом худощавый мужик лет сорока с небольшим, одетый ещё роскошнее меня, на голове его была странного вида шапочка, вроде приплюснутого кивера, а шею украшала массивная золотая цепь. Лицо его мне сразу не понравилось, хотя он всячески мне улыбался и что-то едва слышно шептал. Видимо, это и был тот самый герцог Мелькор. А Мелькор — это имя или фамилия?
— Что от меня нужно? — ленивым голосом спросил я. — Праздный молодой правитель, любящий исключительно вино и женщин, таков мой образ, не стоит из него выбиваться. Да, и об этом ведь я мечтал, когда хотел стать королём.
— Самая малость, Ваше Величество, — Мелькор говорил подобострастно, ласковым голосом, словно королю, то есть, мне, было не пятнадцать лет, а всего шесть-семь, впрочем, может быть, мой прототип был умственно отсталым? — Сейчас сюда явится делегация купцов из северного Умбора, те самые, что торгуют шерстяными тканями, я вам про них рассказывал, они просят сократить пошлины на ввоз их товара, я думаю, нужно пойти им навстречу, это выгодно королевству.
— Чем выгодно? — спросил я, удивлённо подняв на него глаза. У меня, в отличие от моего прототипа, высшее экономическое образование, кое в чём разбираюсь, например, в том, что не следует упрощать жизнь импортёрам, куда лучше поддерживать собственного производителя.
Мелькор, услышав вопрос, растерялся, создавалось впечатление, что мне полагалось только кивать головой, словно кукла, а я вдруг начал задавать вопросы.
— Выгодно… — проговорил он, на ходу придумывая свою версию. — Выгодно тем, что нашим подданным нужны эти ткани, мы в них одеваемся, а эти купцы…
— А у нас собственные ткани делают? — снова задал вопрос я.
— Да, Ваше Величество, — теперь он уже прятал под улыбкой досаду, — но делают мало и плохого качества, у них лучше и дешевле. Наши ткани просто не могут конкурировать с привозным сукном.
— Тогда зачем снижать пошлины? — снова спросил я. — Они наполняют казну, а эти купцы всё равно будут возить ткань, а цена её, даже с учётом пошлины, будет ниже местной шерсти. Так?
— Вы не понимаете… — он с трудом сдерживался.
А я понимал слишком многое, например, то, что некий временщик при безвольном короле забрал себе слишком большую власть, и теперь он ей пользуется на своё усмотрение. Эти купцы, чтобы не платить разорительных пошлин, просто дали ему взятку, а он пообещал всё решить. Мелькора я знал всего минут пять, но он уже вызывал отвращение. Немного разберусь в делах и обязательно его заменю.
Тут в зал вошёл герольд, который развернул свиток и громко прочитал, не глядя в текст:
— Послы из города Сигтуны, что в Северном Умборе, просят высочайшей аудиенции.
На этом он замолчал, поедая меня глазами. Я, не зная, что именно от меня требуется, просто вяло кивнул и сказал:
 
— Зовите.
В зал медленно и с достоинством прошествовали шесть человек. Их одежда несколько отличалась от нашей, причём в худшую сторону. Я бы сказал, что они одеты беднее, чем мои вельможи, зато их одежда была куда как более функциональной, ничего лишнего, штаны, мягкие сапоги, камзол, а на голове маленькая шапочка, которую все они дружно сняли, оказавшись напротив трона. Герольд теперь повернулся к ним и так же торжественно объявил:
— Его Величество, король Апродии, герцог Адалика и правитель прилегающих областей, Айкон Третий из династии Метредитов.
Послы дружно поклонились, а я, наконец, узнал, как меня зовут. Айкон Третий, значит. С ударением на последний слог. Ну, и ладно, имя, в целом, не самое ужасное. Не Навуходоносор ведь, и не Тутанхамон. Сойдёт, учитывая прилагавшиеся плюшки.
Заговорил один из них, самый пожилой:
— Ваше Величество, — начал он. — Наша организация была вынуждена отправить послов к вам, чтобы просить уменьшить бремя непосильных пошлин, что осложняют нам и без того непростую торговлю с вашим королевством. Наш товар всегда отличался лучшим качеством, цены мы старались держать приемлемыми. Но, если вы не пойдёте нам навстречу, то всей торговле конец.
Я не знал, что ему ответить, мне катастрофически не хватало карты моего королевства, а ещё всех остальных королевств, а ещё статистического сборника по промышленному производству у меня и у соседей, а ещё отчёта об исполнении государственного бюджета за прошлый год. Когда я всё это прокрутил в голове, захотелось отчего-то позвать палача. Наконец, я вздохнул и спросил:
— Сколько ткани вы ввозите в год?
— Больше миллиона вертов, — уверенно сказал он, — есть ещё контрабанда, но с ней мы активно боремся, да и вы тоже.
К счастью, в голове остался словарный запас того кадавра, в теле которого я сейчас жил, это помогло мне перевести верты в привычные мне меры длины, получалось чуть больше метра. Ширину я не знаю, но всё равно выходило немало.
— Какова стоимость при продаже?
— За два верта платят один дебен серебром, — отчитался он. При упоминании незнакомой валюты в голове послушно нарисовалась мелкая серебряная монета. Но даже так выходило довольно дорого.
— Это немалая сумма, — заметил я. — Далеко не все мои подданные могут купить вашу ткань. А какова пошлина за ввоз?
— Один дебен с десяти вертов, — сказал он уверенно, — мы просим брать один за семьдесят.
Харя треснет, подумал я, а вслух сказал:
— Моё слово — один дебен с сорока вертов, более снизить не могу, такова потребность государства, взамен, я надеюсь, что ткань будет продаваться чуть дешевле.
Глава делегации купцов жалобно посмотрел на меня, потом перевёл глаза на Мелькора, потом снова на меня. Сделал глубокий вдох, после чего с достоинством проговорил:
— Ваше Величество, мы вам благодарны.
После этого все шестеро неглубоко поклонились и, как по команде развернувшись, вышли из зала.
— Ваше Величество, — укоризненно сказал Мелькор, — ведь мы же договорились. Вам нужно было дать согласие.
— Я его и дал, — с улыбкой ответил я ему. — Только казна у нас не бесконечная, вы ведь сами мне говорили, уважаемый герцог.
Он скривился, я попал в точку, он явно что-то такое говорил моему предшественнику, когда тот требовал очередных развлечений. Значит так и пойдёт. Всё же, король я, а не он.
Мелькор замолчал, а дальше герольд объявил следующего посетителя, который, как и предыдущий, оказался не один. Несколько немолодых рыцарей, которые, в отличие от моей охраны, носили исключительно лёгкие кольчуги, а при приближении к трону сняли красивые шлемы. Бросилось в глаза, что украшений на них нет, только сталь, кожа и ткань. Так все военные ходят, или это какие-то сектанты, вроде тамплиеров? Разговор начал тот, что был выше других ростом, с седой шевелюрой и шрамом поперёк лица.
 
— Ваше Величество, — сказал он глухим голосом, казалось, что у него проблемы со связками. — Мне пришлось настоять на аудиенции, поскольку главный казначей отказывается выдать нужную сумму, а без неё я не могу выполнить ваш приказ.