Токсичная Любовь (ЛП)

Я поднял руки.
- Эй, погоди. Тут нет ничего подозрительного. Я просто хочу сделать то, что лучше для моей семьи. Это все.
Я посмотрел на Сэйдж, как будто она могла мне помочь, но она смотрела в пол. Это было между Лестером и мной. Она ничего этого не хотела. Я невольно вздрогнул, когда он положил руку мне на плечо.
- Мистер Майк, я дам вам небольшую поблажку, потому что до сих пор вы хорошо работали, и Сэйдж поручилась за вас. Так что я не буду задерживать оплату за эту работу в наказание за то, что ты сказал, но тебе лучше перестать говорить об этом прямо сейчас. Видишь ли, ты слишком глубоко увяз со мной, чтобы освободиться. Ты знаешь слишком много – мало по сравнению с общей картиной, да, но все равно слишком много. Я окажу тебе большую услугу, не рассказывая об этом Эндрицци. Тебе лучше быть чертовски благодарным.
- Хорошо, но я…
Он ткнул мне в лицо двумя пальцами, все еще держа сигарету.
- Заткни свой гребаный рот. Я собираюсь привести себя в порядок. Садись в свой гребаный фургон и жди, пока я выйду. Мы едем на стройку, Майк. Ты понял это? Мы, блядь, едем.
Я отшатнулся. Я всегда говорил своим девочкам, что очень важно постоять за себя, что нельзя отступать от хулиганов. Теперь я понял, как трудно следовать этому совету.
 ГЛАВА 15 
 
Должен же быть какой-то выход.
Я не мог продолжать ликвидировать последствия мафиозных разборок до конца своей жалкой жизни. Это был тупик, смертный приговор. Мало того, что мне грозила тюрьма, так еще Лестер заявил, что я слишком много знаю. В какой момент эти гангстеры решат, что я знаю слишком много и от меня нужно избавиться? Это казалось неизбежным, особенно теперь, когда я заговорил об уходе из синдиката. Лестер сказал, что не будет упоминать о моем нежелании работать, но будет ли он действительно держать их в неведении о несогласном члене команды? По крайней мере, он будет держать меня в поле зрения. Для него я - преступник низкого уровня, стремящийся выйти из организованной преступности, потенциальный стукач, ожидающий подходящего шанса заложить всех, чтобы спасти свою собственную желтую задницу. Я ступил на тонкий лед, и трещины паутиной расползались у меня под ногами.
Сэйдж ехала в фургоне, а я следовал за «Транс Ам» Лестера, и задние фары смотрели на меня, как красные глаза демона. Я все думал о том, чтобы дождаться, когда он повернет налево, а потом резко повернуть направо и свалить, гнать, как черт, и надеяться потеряться прежде, чем он успеет броситься в погоню. Но это была плохая идея. Он найдет меня, куда бы я ни сбежал.
- Тебе действительно не стоит так волноваться, - сказала Сэйдж. Она уже оделась и была закутана в тяжелое пуховое пальто, перчатки и шляпу, и было видно только ее лицо. Она покраснела от холода, нос у нее был мокрый. - Не раскачивай лодку.
- Похоже, у меня нет выбора.
Она усмехнулась.
- Разве я не дала тебе все, что ты хотел? Деньги, секс, дружеские отношения? Ты не должен быть таким гребаным придурком.
- Ну и какой же я придурок, если хочу перестраховаться? У меня две маленькие девочки, Сэйдж. Я знаю, ты не хочешь этого слышать, но их зовут Кармен и Фэй, и им пятнадцать и одиннадцать лет, ради Бога. Разве ты не думаешь, что они заслуживают отца, который не рискует попасть в тюрьму или получить пулю в затылок каждую ночь?
- Ты иногда такой драматичный.
- Ты что, блядь, серьезно? Я не понимаю, как моя жизнь может стать более драматичной, чем сейчас. Она могла бы иметь свою собственную музыкальную партитуру Джона-гребаного-Уильямса, и все равно она не могла бы быть более драматичной.
- Эта работа приносит тебе больше денег, чем ты мог бы заработать, занимаясь чем-либо еще, притом, что приходится работать неполный рабочий день. Это также позволяет тебе трахать женщину вдвое моложе тебя. Кроме того, иногда тебе доступны некоторые очень покладистые девушки.
- Мертвые девушки не считаются покладистыми. Они ни хрена не могут выразить свое согласие.
Сэйдж рассмеялась надо мной.
 
- Теперь ты говоришь, как один из этих придурковатых мужчин-феминистов. Может быть, ты желаешь тыквенный латте за это?
- Суть в том, что…
- Дело в том, что если бы ты не встретил меня, то до сих пор вытирал бы кровавое дерьмо для этого неудачника Райкера, получал за это копейки и дрочил бы на интернет-порно, как задрот, живущий в подвале у своей бабушки.
- По крайней мере, я не трахаюсь со своим кузеном.
Ее глаза вспыхнули.
- Кого я трахаю – это мое личное дело. Мы не договаривались быть моногамными. Кроме того, я трахаюсь с Лестером намного дольше, чем с тобой. Он забрал мою вишенку, когда мне было двенадцать.
- Двенадцать?
Я подумал о Фэй, которой в марте исполнится двенадцать. Всего лишь на секунду представив ее с мальчиком сверху, толкающимся между ее раздвинутых ног, я захотел пнуть его в горло и выбить зубы.
- Я никогда не притворялась святой, - сказала Сэйдж. - На самом деле я почти уверена, что с самого начала ясно дала понять, что я полная противоположность святошам.
Она смотрела в окно, отвернувшись от меня. Я поехал дальше.
Виртуальный город-призрак Дерби был безмолвен, а ночь черна и холодна. Давно заброшенные промышленные здания мрачно вырисовывались на фоне пепельного ночного неба – гигантские надгробия некогда процветающего общества. С водосточных труб свисали сосульки, а венки на фонарных столбах были покрыты снегом. Я поймал себя на том, что хочу, чтобы фургон врезался в кусок черного льда и впечатался в стену, и это отправило бы меня в больницу, чтобы мне не пришлось убирать последствия той резни, но мы благополучно добрались до склада. До поры до времени я был цел и невредим, хотя, когда я закончу работу, Лестер может изменить это.
Склад представлял собой серое здание с раздвижными гаражными воротами и погрузочной площадкой. Он стоял прямо у реки Хаусатоник, окруженный бурой чащей и большими грудами разломанного гравия, который был раскопан и забыт. По другую сторону воды вдоль берега, словно часовые, выстроились мертвые деревья. Я заехал за Лестером и припарковался у первой гаражной двери. Я думал, что мы заедем внутрь, но Лестер выключил двигатель и вышел из «Транс Ам». Над дверями горел единственный датчик движения, и когда он загорелся, кожа на пальто Лестера засияла, как секс-игрушка.
Кожаный Лестер, - подумал я, - доступный для всех кузин.
Я заглушил двигатель, и Сэйдж вылезла первой, спрыгнув вниз, чувствуя головокружение от долгожданной крови. Я сказал себе, что не буду трахать ее сегодня вечером, и задался вопросом, был ли у меня выбор по крайней мере в этой части соглашения. Выйдя из машины, я выгрузил чистящие средства и инструменты и пошел вперед. Сэйдж схватила швабры и ведро с растворителем.
- У тебя есть все, что нужно? - cпросил Лестер.
- Да, - сказал я. - У нас остались запасы с прошлой работы.
- Там все бетонное. Обесцвечивай его до цвета гребаной слоновой кости.
Лестер повернулся к нам спиной, чтобы вставить ключ, и у меня возникло желание ударить его по голове молотком или дубинкой, чего у меня не было. У меня не было ничего, что могло бы послужить оружием, а даже если бы и было, у него был гребаный пистолет. Это было бы самоубийством. Я не хотел стать просто еще одним телом, добавленным к этому беспорядку. Сэйдж осквернила бы мои останки, а Лестер дал бы мне пару цементных башмаков и сбросил в реку. По крайней мере, Фэй будет скучать по мне.
Дверь открылась, и Лестер включил свет. Склад представлял собой одно большое открытое пространство с высокими потолками. Должно быть, это была старая типография или какая-нибудь судоходная бухта. Это было море красного цвета. Тела уже убрали, и это был плюс. Это означало меньшее искушение для меня (хотя я сомневался, что в перестрелке участвовали женщины-гангстеры, подруга или проститутка могли оказаться в неподходящем месте в неподходящее время, но это было маловероятно). Там было мало мяса и сухожилий, кишки не свисали с потолка, но это действительно была кровавая баня. Я надеялся, что на складе есть источник проточной воды и шланг со струйным переходником. Обычно Сэйдж не отказалась бы поваляться голой в этом потоке крови, но внутри склада было холоднее, чем в заднице пингвина, так что я рассчитывал, что она воздержится от этого.