Токсичная Любовь (ЛП)
- Это полный пиздец.
-...и сначала он подумал, что я шучу, но потом я сказала: «О, да? С какой стати мне устраиваться уборщицей мест преступлений, если это не поможет мне как-то развлечься?» У него не было ответа на этот вопрос, и он знал о моем старом бойфренде Кене, о крови и прочем дерьме. И я рассказала ему, почему Райкер нас уволил. Как только я начала говорить, все это просто выплеснулось наружу, понимаешь? Я чувствовала себя непослушной шестнадцатилетней девчонкой в исповедальне, рассказывающей священнику о своей первой дрочке. В любом случае, мы с Лестером всегда были близки. Мы те, о ком семья не любит говорить – он преступник, а я - сексуальный маньяк. Мы всегда были связаны тем, что подвергались остракизму.
Я уперся локтями в колени и опустил голову. Все мое тело подалось вперед, и я на мгновение представил, как растворяюсь в лужу бежевой жидкости, а затем испаряюсь, каждая микроскопическая частица, которая когда-то была Майком Эшбруком, распадается на крошечных невидимых комаров, которые могут улететь от всего этого.
- Это уж слишком, - сказал я. - Я больше не могу это делать.
Сэйдж опустилась на одно колено и придвинулась ближе.
- Mожешь. Теперь нас ничто не удерживает. У нас есть неограниченный доступ к крови и плоти, - eе дыхание было горячим, губы блестели от слюны. – Отправься в это путешествие со мной. Ты нужен мне, детка. Я сделаю так, что все это будет стоить того. Любое твое сексуальное желание, любые деньги, которые тебе нужны – все, что ты хочешь, я могу дать тебе.
Я взял себя в руки.
- Я просто хочу быть со своей семьей.
Теперь она опустилась на оба колена и двинулась между моих ног, стягивая вниз чашечки своего нижнего белья так, чтобы освободились ее большие сиськи. Ее руки двигались вверх и вниз по моим ногам, ногти царапали меня, пытаясь заманить обратно в свою эротическую паутину.
- Возьми меня, - сказала она. - Трахни меня жестко. Трахни меня в рот. Трахни меня в задницу. Бей меня по лицу своим членом и руками. Держи меня крепче. Сделай мне больно. Делай, что хочешь, детка. Я твоя для того, чтобы пожирать и уничтожать, - oна прижалась лицом к моей груди и стала покусывать меня через рубашку. - Не делай вид, что тебе не понравилось с этой шлюхой. Я знаю, что тебе понравилось. Я видела выражение твоего лица, когда ты шлепнул ее по заднице и выстрелил своей горячей спермой прямо на нас. Три из четырех тел в гараже –женщины, Майк. Они свежие, и гараж отапливается. Эти сучки еще даже не остыли.
Я встал. Когда она попыталась расстегнуть мои джинсы, я оттолкнул ее и направился к входной двери.
- Две тысячи долларов! - сказала она.
Я отпер дверь, не оборачиваясь.
- Пять! - сказала она. - Пять штук только за одну ночь.
Дверь открылась, и хрустящая ночь охладила мою кожу.
- Десять тысяч eбаных долларов, Майк! Бери или уходи!
Я остановился и уставился в темноту. Огороженная территория светилась радужными огнями, освещая три дюйма снега, выпавшего этим утром. Надувной Санта-Клаус махал мне с другой стороны улицы, его электрический олень горел желто-белым огнем. Я смотрел на этот безмятежный рождественский пейзаж, цепляясь за детские воспоминания, которыми наполняли меня огни и снег, отчаянно пытаясь удержать невинность, которая давным-давно ускользнула из моих пальцев.
Я обернулся. Сэйдж все еще держала свои сиськи на виду, шляпа Санты на ее белокурой голове была похожа на дурацкую шапочку.
- Десять штук? - cпросил я.
Она кивнула.
Когда я был менеджером по персоналу, я зарабатывал пятьдесят три тысячи долларов в год на самой высокой должности. Я зарабатывал значительно меньше, будучи законным уборщиком мест преступления. Десять тысяч – это не то, от чего я могу отказаться без серьезных размышлений. Это было почти как годовая арендная плата. Это означало достаточно денег, чтобы прожить, пока буду искать настоящую работу, не имеющую ничего общего с кровью, телами и Сэйдж Яворжин. Это означало, что я смогу заботиться о своих детях, не живя на подачки от правительства.
Сэйдж коснулась моего плеча.
- Закрой дверь, детка. Ты выпускаешь тепло наружу.
* * *
Я был голый.
Мы все были голые.
В гараже было тепло, и трупы были сложены в пирамиду, их конечности безвольно свисали, высовываясь из кучи. Там были гладкие ноги, бритые влагалища, татуированные руки и мужская волосатая задница. Из-под холмика скользкой плоти смотрели мертвые глаза, безжизненно наблюдая, как я делаю Сэйдж куннилингус. Она лежала спиной на человеческой куче и терла руками грудь мертвой женщины, держа во рту внушительный член мертвого мужчины. Тела были теплыми, а конечности – послушными, мышцы еще не успели закоченеть. Я старался держать глаза закрытыми, но они продолжали открываться каждый раз, когда Сэйдж толкалась тазом. Она дергала меня за волосы сильнее, чем когда-либо, все ее тело дрожало.
- Не останавливайся, - выдохнула она. - Не останавливайся, мать твою.
Я и не собирался этого делать. Я упорно работал там, внизу, чтобы покончить с этим как можно быстрее, хотя и знал, что куннилингус не будет концом. За десять тысяч долларов Сэйдж захочет, чтобы ее трахнули во все дыры.
После еще одного оргазма она оттолкнула меня и перевернулась так, что оказалась лицом вниз на груде трупов, ее задница была поднята в воздух, а ноги – согнуты в коленях. Зазвенели колокольчики ее рождественских чулок – адские колокольчики. Кряхтя, я забрался на нее, радуясь, что она предпочла лечь на двух девушек, а не на мужчину. Дамы были привлекательны (или, по крайней мере, были привлекательны при жизни). Стройная рыжеволосая девушка, которая выглядела моложе двадцати, когда я увидел ее вблизи, и соблазнительная брюнетка с огромными сиськами и полными, пухлыми губами. Я провел головкой члена вверх-вниз по влажному отверстию Сэйдж, пытаясь сделать твердым, несмотря на извращенность обстановки. Я принял свою таблетку, но они только обеспечивали приток крови, а не ментальные стимулы. Мне нужно было вдохновение. Мои глаза блуждали по окровавленной, сладострастной девушке и задушенной рыжухе. Сэйдж, должно быть, почувствовала, как напрягся мой пенис. Она плюнула на ладонь и потянулась назад, чтобы подрочить мне.
Я медленно протянул руку и коснулся одной из пышных женских сисек, той, что не была покрыта кровью. Она поддалась в моей хватке. Никакого силикона. Мой пенис проснулся, как весенняя маргаритка. Темно-пурпурное кольцо вокруг шеи рыжеволосой выглядело почти как ошейник, если я достаточно хорошо представлял себе это, и поскольку она не была скользкой от крови, она казалась самой живой, что делало ее самой привлекательной для меня. Ее миниатюрная фигурка напомнила мне первую девушку, которую я увидел обнаженной, когда мне было четырнадцать, и покалывание сексуальной ностальгии заставило появиться из моей дырочки каплю предэякулята.
Я сунул палец в рот рыжеволосой. Она была комнатной температуры и все еще влажная. Я толкнул палец внутрь и вытащил, касаясь языка. Я стал твердым, и Сэйдж направила меня внутрь cебя, сжимая влагалище, сжимая меня в этом огромном холме тел. Туша рыжеволосой сдвинулась, раскачиваясь от нашего секса, обнажая ее крошечную "киску". Я облизал палец и засунул его ей внутрь. Она была немного холоднее, чем живая, но еще не настолько холодной, какими становятся в конце концов трупы. Это помогало поддерживать иллюзию жизни, облегчая ее для меня. Я все еще был полон тихого страха, но мне нужно было, чтобы эти новые женщины сделали меня достаточно твердым, чтобы трахаться. Они были моей 3D-порнографией, моим двигателем, так же как деньги были моим стимулом, обеспечивая визуальную стимуляцию, необходимую для моего успеха. И это сработало. Да поможет мне Бог, это сработало.
Сэйдж издавала громкий рев, пока я энергично трахал ее. Она трясла ягодицами, дергаясь, когда я входил и выходил из нее, и когда я стал полностью тверд, я плюнул на ее прямую кишку и засунул свой член в ее задницу. Желая немного наказать ее, я трахнул ее в задницу с той же неумолимостью, заставляя ее кричать от приятной боли. Я понял, что так же сильно теребил рыженькую, в то время как другая моя рука сжимала большую грудь девочки, пока не показалось, что она готова лопнуть. В моей мошонке бурлил мощный оргазм, и когда я был готов кончить, я выскользнул из Сэйдж, и она перевернулась – рот открыт, язык высунут – и поместила свою голову между головами двух мертвых девушек, которых я щупал. Прямо над головой Сэйдж была задница третьей девушки. Я кончил на все три лица и брызнул лишними струями спермы на их открытые ягодицы, даже задев несколько окровавленных пальцев мужчины, которые торчали из-под женщин. Множественный "кончун" заставил меня задрожать, мой член стал чрезвычайно чувствителен, когда Сэйдж лакала его своим языком, собирая свисающую сперму в рот. Она пососала мои яички, прежде чем засунуть язык в мою прямую кишку. Я сел ей на лицо, а когда посмотрел вниз, то увидел пальцы мертвеца у нее в "киске" и что она двигает ими туда-сюда.