Сияние жизни (СИ)

— Ты сам предложил, кстати, — сказала Аска и ткнула в его направлении пальцем.
Он кивнул, прислушиваясь к себе. Стало как-то тоскливо и вместе с тем слегка потеплее.
— Хорошо, Аска. Идем домой.
* * *
Гулкий грохот кранов рвал ватную тишину побережья, а сполохи сварки — мглу. Циклопическая туша, обернутая лестницами, лесами, мостиками, раскинулась допотопным ящером на центральном разгрузочном терминале порта «Токио-3». База преображалась с каждым конвоем, подвозившим все новые детали огромного механизма по имени «Операция „Прорыв“». Нахлынув ордой на базу Тихоокеанского фронта, советские транспорты второй день по одному уходили с буксирами в океан: они выгрузили свои смертоносные дары союзникам и уплывали назад с пустыми трюмами.
Их основной груз как раз превращался в титана прямо перед Синдзи.
Заслышав нарастающий грохот и лязг, Икари оглянулся и спешно отошел в сторону: инженерный танк подволакивал к сборочной площадке какую-то закутанную в промасленный брезент деталь. Машина чихнула, рявкнула и покряхтела дальше, а с брони рядом с Синдзи спрыгнул Судзухара.
— Интересно?
Икари посмотрел на него: изо дня в день мрачное настроение обреченного облаком густело вокруг танкиста, и тот парень, с которым Синдзи ненадолго сблизился после битвы с Четвертым Ангелом, видимо, исчезал навсегда.
— Да. Наша база на время похода, как-никак.
— Бэ-Эм-Ка, — сказал Тодзи, всматриваясь в звезды электросварки.
— Что?
— «Боевой Мобильный Комплекс». Так в техдокументации сказано. Я вчера с советскими общался как раз, принимал, так сказать, машину.
Синдзи кивнул.
— Рядом с такой штукой даже стоять страшновато. Каково же тебе будет ею управлять?
Тодзи пожал плечами, пошипел респиратором, словно пытаясь на нюх определить, насколько ему страшно, и сказал:
— Всего лишь поезд из супер-танков с атомным реактором.
Они еще постояли недолго, вслушиваясь в кипящую работу, в крики, в лязганье и треск. Вокруг мерно густел вечер, с гулом включились дополнительные прожекторы, освещая толстую змею, что ощетининилась строительными конструкциями.
— Этому созданию не хватает имени, — вдруг сказал Тодзи, и Синдзи изумленно взглянул на него.
— Зачем оно ему? «БМК» так «БМК»…
— Нет, он уникален. Над этой машиной работали с нуля, она возглавит важную экспедицию…
«А еще она отобрала у тебя будущее», — закончил Синдзи за него.
— Говорят, Цеппелин к тебе вернулась?
Завороженный мыслями о железной судьбе Судзухары, Икари едва не спросил: «А кто это?» — но вовремя спохватился.
— Д-да… Буянит втихую.
— Это хорошо.
— Что тут хорошего?
Тодзи просто пожал плечами:
— Просто нет ничего плохого. И этого, наверное, достаточно.
Синдзи кивнул. Заснув под сопение Сорью, которая обрела нехрапящего соседа, он сегодня впервые после гибели Рей спал до самого горна. «Пожалуй, нам обоим стало слегка полегче. И ради этого ее стоит терпеть».
* * *
Он никогда толком не рассматривал изнутри кабину ЕВЫ, и теперь не жалел об этом. Кокон, облепленный с трех сторон щитками и приводами рычагов управляющего механизма, спереди был прикрыт усиленными листами композитной брони, которые образовывали распахнутый сейчас входной люк «Типа-01». Крохотное пространство, едва позволяющее вытянуть руки в стороны, было зажато между турбинами, кожухом реактора и еще какими-то узлами позади и над ним. Еще был красный аварийный люк катапульты — сквозь него пилота должно было вышвырнуть из «спины» гибнущего дредноута.
Синдзи терпеливо висел в этой пещере, пока техники подгоняли блок автоматической экипировки синхронизирующего шлема. Рядом с модулем этого пыточного орудия уже пристроили еще одну из новинок — визир, который давал возможность смотреть на мир без слияния с «Типом».
— Попробуйте достать до модуля жидкого питания.
«Что тут пробовать…» — Синдзи раздраженно отвлекся от своих мыслей, вытягивая руку в указанном направлении. Переоборудование ЕВЫ давало немало поводов для размышления. Как минимум, стало ясно, что и его самого, и машину готовят к длительным выходам без связи с базой. Акаги даже говорила об улучшении системы канализации в кабине.
 
«Катапульту под толчок пустят, как пить дать. С другой стороны, катетер надоел ужас как».
— Спасибо, господин младший лейтенант, выходите.
Техники помахали крановщику, и их люльку увело в сторону. Синдзи завозился и подтянулся на гидравлических приводах люка, выбираясь на броню — точно под спущенный ему трос с петлями. Синдзи повис на нем и, ожидая, пока лязгающий мостовой кран неторопливо оттащит его к ближайшему мостику, смотрел сверху на свой раскуроченный «Тип». В нескольких местах уже поставили новую броню с повышенным содержанием свинца, на ногах машины тоже копошились техники, окруженные висящими на лебедках деталями. «Не забыть спросить Акаги, что мне со ступнями сделают», — напомнил себе Икари, прыгая через ограждение на гулкий металл перехода.
— Икари!
Синдзи обернулся: из дверей технического помещения высунулась вихрастая голова Кенске.
— Что ты тут делаешь?
— И тебе здорово, — оскалился Айда. — Заходи.
Синдзи зашел в подсобку и едва не выпал оттуда: все стены были обвешаны фотографиями боев с участием «Типа-01». Опомнившись и присмотревшись, он заметил в углах снимков метки хронометража, а также разные версии прицельных марок и марок дальномеров разного типа.
— Красота? — самодовольно произнес Кенске, по-своему истолковав лицо Икари. — Особенно танкисты и пилоты-штурмовики тебя снимать любят.
— Еще бы. Их задницы пачками бы горели, если бы не я, — скривился Синдзи. — Нафига тебе это все?
Кенске хохотнул и рухнул на металлический стул.
— О, дружище! Полковник посадила меня за изучение твоих боев. Изучить стиль, дабы оптимизировать поддержку, так сказать.
— Стиль… Ты чего, Айда? Там все по ситуации! — озадаченно сказал Икари.
— Не скажи… — Кенске приподнялся, тыкая всей растопыренной пятерней в серию фотографий, которые соединялись жирными чернильными стрелками. — Вот он, твой стиль. Резкая смена скоростного режима — по три-четыре раза за один бой — непременное смещение по фронту, огонь по врагу, сокращение дистанции. Все четко видно.
Синдзи вздохнул. Что-что — а обобщать штабисты умеют.
— И какие предложения будут?
— Нуууу… Думаю, тебе по стилю в эскорт лучше всего пойдут вертолеты. Два-три танка — на дальней поддержке. Штурмовики вообще не советую, и в отчете обозначу: ненадежное соединение.
— Молодец, — сказал Синдзи с кривой ухмылкой. — Жаль, мы с собой в «Прорыв» «вертушки» не берем.
— Это да, — самокритично сказал Кенске. — Но зато и штурмовики тоже.
Синдзи захохотал одновременно с ним.
Идя к выходу из ангара, Синдзи понял, что ему на глаза давно не попадался Нагиса. Юродивый, не отлипавший от него весь первый день знакомства, после ночного общения в тире исчез и показывался только в столовой: «Где он, кстати, живет?» Синдзи опомнился, только услышав грохот шлюза за спиной, и ругнулся: он вспомнил, что так и не поговорил с Акаги.
— Синдзи-кун!
«Помянул…»
— Привет, Нагиса.
Каору был одет в серый камуфляжный пыльник спецназа и нес какой-то плотный пакет.
— Как твои дела, Синдзи-кун? Принесла ли Сорью мир в твою душу?
Синдзи насупился. По таким разговорчикам, да еще в этом нейтрально-благожелательном тоне, он совсем не скучал.
— Нагиса… Тебе больше не о чем говорить со мной?
— Есть. Но тема твоего душевного мира делает меня счастливым.
Синдзи крякнул, но тут коротко взвыла сирена локальной тревоги.
 
Вдалеке сдавленно заухала артиллерия, обрабатывая подходы к базе. «Это или „Юг-2“ или „Юг-3“», — машинально прикинул Икари и вновь сосредоточился на собеседнике.
— Слушай, Нагиса, — вспомнил Синдзи. — За тобой долг.
— Хочешь узнать, почему у меня красные глаза и белые волосы?