Доверься мне (СИ)

Джон улыбается.
— Урок первый касаемо моих ребят — Рай жопоголовый.
— Я это слышал!
— Я на то и рассчитывал! — качая головой и негромко смеясь, Джон берет меня за руку и ведет в кухню.
И вот тогда я полностью осознаю, что собираюсь ужинать с тремя четвертями частей группы «Килл-Джон». Что еще важнее, с самыми близкими друзьями Джона. Поэтому я неожиданно начинаю нервничать.
ДЖОН
Стелла в шаге от того, чтобы познакомиться с большей частью моей семьи. Настоящей семьи. У меня есть родители, бабушки с дедушками, тети и дяди. Никто из них не хочет меня знать. Я обуза. Во-первых, потому что рокер. Во-вторых, из-за публичного освещения моих психологических проблем. Для них приличия превыше всего. Нельзя кружить по сцене, исполняя песни о трахе. И уж точно недопустимо пытаться принародно лишить себя жизни. Видимо, подобное дерьмо следует делать за закрытыми дверями в ожидании того, что родные должным образом это прикроют.
Мои семья гордится голубизной своей крови и ожидает соответствующего поведения от каждого ее члена. Я нахожу в этом особую иронию, учитывая, что познакомился с королевой Англии, зависая с обоими принцами. Да и в целом более осведомлен об устроенных королевским дворцом мероприятиях, чем любой из моих достопочтенных родственников. Может, именно в этом и проблема: я преуспел в свое время.
Как бы там ни было, за исключением Киллиана и Либби, все люди, которых я искренне люблю, сейчас здесь. Как и Стелла. Несмотря на то, что нас прервали, и мой член не стал счастливее этого, а яйца адски болят, я рад, что она знакомится с моими друзьями.
Рай приземляется на диван.
— Не чувствую запаха еды.
— Я забыл приготовить, — признаюсь, поморщившись. Я забывчив и это выводит людей из себя.
Уип хлопает меня по плечу и сжимает его.
— Тебе было чем заняться. — Он кивает на Стеллу. — Я понял, мужик.
Я даже не могу притвориться, что меня отвлекла не Стелла. Но то, что ее лицо приобретает оттенок розовой сладкой ваты, вынуждает толкнуть локтем Уипа в живот.
— Прекрати.
Тот со смехом принимает удар и направляется в кухню. За ним следуют Бренна с Софи, и все трое начинают рыться в холодильнике. Результатом поисков становятся две целые курицы, которые я купил, чтобы зажарить.
— Давайте начнем готовить, — предлагает Уип, поворачиваясь к духовке.
Софи со Скотти присматривают за Феликсом, пока все остальные готовят. Мы со Стеллой стоим у раковины и чистим картошку, время от времени касаясь друг друга руками. Каждый раз, когда это происходит, мы скользим взглядом друг по другу, и Стелла застенчиво улыбается. А мне хочется поцеловать ее. Каждый раз.
Я так сильно отзываюсь на эту девушку, что это не смешно. И я сражен. Сам не могу в это поверить. Только теперь, когда я знаю, какая она на вкус, как ощущается под моими руками, стало хуже. Она — моя новая любимая песня, хочу проигрывать ее снова и снова.
Когда подготовка закончена, я беру на себя основную часть приготовления пищи, главным образом потому, что лучший в этом деле. Стелла смеется, когда Рай и Уип рассказывают дорожные байки. И поскольку они придурки, большинство историй вращаются вокруг моих самых неловких моментов.
— Как насчет первого интервью для «Роллинг Стоун»? — услужливо перебивает Бренна.
— О, ради всего святого, — вскидываю руку, признавая поражение.
Взгляд Стеллы блуждает вокруг кухонного островка, подмечая дьявольские улыбки присутствующих.
— Что произошло? — Она точно наслаждается моей болью. Маленькая предательница.
Начиная повествование, Бренна практически впадает в экстаз.
— Это было первое интервью «Килл-Джон» для «Роллинг Стоун». Эх, вот были времена, да?
Стелла кивает, в восторге от предвкушения.
— Джакс все время флиртовал с репортершей, — вставляет Уип, нарезая розмарин. — На самом деле это было отвратительно.
— Только потому, что она игнорировала тебя, — чувствую себя обязанным сказать.
Не прерываясь, он посылает меня и продолжает:
 
— Мы заканчиваем, и мистер Делец подкрадывается, чтобы взять ее номер.
С горящим лицом качаю головой.
Стелла широко распахивает свои глаза глубокого синего цвета.
— Его отшили?
— Приятно осознавать, что ты находишь это шокирующим, Кнопка, — замечаю с нейтральным выражением лица, — но нет.
— Нет, — соглашается Уип со сдавленным смешком, — не совсем.
Рай широко улыбается, и его глаза превращаются в небольшие голубые треугольники.
— Он стоял весь из себя «итак, детка», когда внезапно начал качаться и крутить головой по сторонам с таким странным выражением лица…
В этот момент все корчат рожицы: губы сжаты, ноздри раздуваются, как будто что-то унюхали и, глядя на это, Стелла смеется. Все смеются. Только я кривлюсь, вспоминая.
Рай все еще хохочет, когда говорит:
— И мы такие типа: «Какого хера это было, чувак?» Но Джакс делает вид, что ничего не произошло и снова пытается заговорить с ней.
— И снова начинает раскачиваться, — произносит Бренна, четко меня копируя.
— Гребаный ад, — бормочу я, до сих пор ощущая под кожей отголоски того давнего смущения.
— Так что произошло? — спрашивает Стелла, глядя то на меня, то на моих друзей.
Я не успеваю ответить. Уип опережает меня.
— Он в последний раз открывает рот, чтобы заговорить, когда внезапно начинает плеваться и кашлять, и просто, на хрен, демонстрировать рвотные позывы.
Рай чуть не плачет от смеха.
— Репортерша отступает, выглядя на самом деле разочарованной тем, что снизошла до общения с этим чудилой, но спрашивает, в порядке ли он. — Рай вытирает глаза. — А Джакс говорит…
Мои друзья-предатели выкрикивают в один голос:
— Я… проглотил… насекомое.
Все смеются. Я тоже, пусть и с неохотой. Это был провал, но смешной.
— Гребаный комар достал меня. Преследовал все интервью.
Хихикая, Стелла кладет руку мне на плечо, на лице сияет улыбка, хотя ясно, что она изо всех сил старается держать себя в руках.
— Бедный малыш.
Все внутри согревается, внимание сосредотачивается на том месте, где она касается меня. Два часа назад я думал, что эта девушка больше не захочет меня видеть. Темные, манящие мысли засасывали в свой водоворот. Она выдернула меня обратно на свет.
Ужасно хочется наклониться и прижаться губами к ее губам. Затащить Стеллу в спальню и изучать топографию ее соблазнительного тела. Хочу, чтобы гости убрались отсюда к чертовой матери. Да, я многого хочу. Хочу, хочу, хочу.
Но мои крикливые друзья этого не замечают.
Рай все не замолкает.
— Репортерша смотрит на него так, словно думает, что он пытается быть забавным, но с треском проваливается. Но она явно хочет дать ему шанс. И поэтому говорит: «Это была цитата из «За бортом»? Это мой любимый фильм!»
Стелла разражается смехом.
— Ну, нет.
Рай кивает.
— На секунду Джакс бледнеет, а потом кивает с таким мрачным и серьезным видом, и сообщает ей, что это и его любимый фильм. Вот и все, что потребовалось. Крутизна восстановлена.
— Такова сила Джакса, — с каменным лицом произносит Бренна, закатывая глаза.
Я прикладываю руку к груди.
— Что я могу сказать? У меня мощное дерьмовое наполнение.
К счастью, друзья не упоминают, что я зависал с репортершей. И она все время просила меня цитировать «За бортом». Что на самом деле было не так уж весело, потому что я никогда не смотрел этот фильм. Неловко до жути.
Я не сожалею о прошлом. Не жалею о том, что в сексе вел себя легко и свободно, когда был моложе. В целом я наслаждался. Много. Я никогда не стану святым Джоном, но теперь понимаю Уипа, который попрощался со случайными связями. Я никогда не был собой. Не имел ничего настоящего.
К сожалению, в этом и заключается суть моей проблемы. Я хочу секса со Стеллой. Хочу ее и только ее. Но привязываться к ней небезопасно. Стать зависимым от кого-то — это большое гребаное «точно нет». Нельзя рассчитывать на то, что она выведет меня из моего мрачного настроения; я должен сделать это сам.