Доверься мне (СИ)

Раньше когда мир становился черным, я отвлекался с помощью музыки, выпивки, вечеринок и секса. Отличное решение, когда ты рок-звезда, и каждый хочет угодить тебе. Хотя бы на время. Но темнота всегда найдет путь.
К тому же пьянка, наркотики? Самое худшее отвлечение всех времен. С тем же успехом я мог бы нажать кнопку саморазрушения и сэкономить немного времени.
Опускаюсь на диван и провожу рукой по лицу, чтобы почувствовать что-то еще, кроме тяжести, навалившейся на меня. Шепотки тоже, кстати, не прекращаются. Коварные мыслишки прорываются в мозг, говоря, что я заслужил это, что я — пустая трата пространства.
— Черт возьми!
Я вскакиваю и начинаю метаться по гостиной. Механизм преодоления номер один: напоминать себе, что мысли не всегда тебе друзья. Они могут врать как ублюдки.
Я Джакс гребаный Блэквуд, долбаная легенда. Я — голос своего поколения.
Больше нет. Ты — поучительная история для своего поколения.
— Дерьмо.
Это неправда, мужик. Просто тревога пытается устроить симпатичный комфортный домик в твоей голове. Отвали, тревога.
Я немного успокаиваюсь, но недостаточно. Я на таблетках, но все не так как звучит. Смысл в поиске лекарств, которые мне помогут. Методом проб и ошибок. И независимо от того, что принимаю, я должен оставаться бдительным.
Я назначил встречу со своим терапевтом. Не буду лгать, ребенок во мне раздражается от того, что я вынужден обращаться за помощью. Глупее не бывает, но это так. Чувствую себя зависимым от других, и мне это не нравится. Но это и является частью того, что раньше тянуло меня вниз — отказ признать, что я нуждаюсь в помощи.
Теперь я знаю лучше. И сейчас мне нужно подкрепление. Даже если знаю, что это будет отстойно.
Беру телефон и набираю номер.
Спустя тридцать минут в мою дверь звонят.
Блядское блядство, это действительно будет очень плохо.
С другой стороны двери мне лыбятся Рай с Уипом.
— Привет, Стинг, — говорит Рай, протискиваясь мимо меня.
— Стинг?
Уип вошел и невозмутимо глянул на меня.
— Ты прислал нам сигнал SOS.
Точно. «Послание в бутылке» — одна из лучших песен группы «Police».7
— Мило, — говорю я, когда входит Скотти с суровым и немного раздраженным лицом. Учитывая, что он всегда так выглядит, не принимаю это на свой счет.
— Джакс, — произносит он вместо приветствия. Но и в его глазах я вижу тревогу. Он знает, что я бы не созвал всех, не будь все серьезно.
Бросаю взгляд на опустевшую лестничную клетку.
— Что ты ищешь? — спрашивает Скотти.
— Убеждаюсь, что в тени не прячется Бренна. — Куда бы он ни пошел, она следует за ним как злобный прихвостень на пятидюймовых дизайнерских каблуках. — Где она?
— В Лос-Анджелесе, — говорит он, прислонившись к подлокотнику дивана. — Что происходит, Джакс?
— Прямо с места в карьер? — Прохожу в кухню, притворяясь, что меня слегка не подташнивает. — Без «привет, Джакс, рад тебя видеть. Как поживаешь?»
Скотти приподнимает бровь.
— Как поживаешь, Джакс?
— Спасибо, хорошо.
— Рад слышать. А теперь расскажи, какого черта происходит.
Рай с Уипом плюхаются в кресла и смотрят на нас. Достав несколько бутылок пива, бросаю каждому по одной. Они ловят напитки с легкостью.
— Ты хочешь, Скотти? У меня нет заварного чая.
Он скрещивает руки на груди и спокойно смотрит на меня.
— А мне он понадобится?
— Возможно.
Скотти оттягивает манжеты рубашки, поправляя их просто так. Его голубовато-серый костюм безупречен. Я всего лишь раз видел его по-настоящему взъерошенным, и то из-за его теперь уже жены Софи. Понимаю, что когда поделюсь новостями, он останется спокойным. Я полагаюсь на это. Он — клей, который держит вместе эту группу. Отличное качество для менеджера.
— Чувак, — говорит Рай, откидываясь на спинку кресла, — просто выкладывай.
Наш басист Рай — громила с энциклопедическими познаниями в музыке. А еще заноза в заднице.
— Господи, — говорит Уип, качая головой, — дай парню минутку.
— Спасибо, Уип.
— Без проблем, Джакс, — подмигивает он. — Дерьмо либо плавает, либо тонет. Но это все равно дерьмо.
 
— Я… даже не знаю, какого черта это значит.
Он ухмыляется. Как идиот.
Девушки любят Уипа. И темные волосы, и голубые глаза, и модельное лицо — все работает на него. Черт, я выгляжу так же. Но парню каким-то образом удается выглядеть одновременно невинным и потерянным, как будто все, в чем он нуждается — это спасение любовью хорошей женщины. И они на это ведутся. Даже сейчас он стучит руками по бедрам, потому что не может сидеть спокойно.
Со вздохом я бросаюсь на диван и тру лицо руками.
— У меня венерическое заболевание.
Если бы сейчас пукнула мышь, вы бы ее услышали.
— Что, прости? — подавившись, спрашивает Рай.
— Ты меня слышал.
Кто-то прокашливается.
Акцент Скотти становится четче.
— Какое именно заболевание, Джон?
Он назвал меня по имени. Я в глубоком дерьме.
Откидываюсь назад, глядя на его мрачное лицо.
— Хламидиоз.
— Черт возьми.
Он щипает переносицу, а потом встает с дивана, чтобы пройтись.
— Ух, ты. — Рай подается вперед и сжимает руки в кулаки. — Ух, ты. Это просто… пиздец.
Уип смотрит на меня с сочувствием.
— Мне жаль, мужик.
— Ага.
Я чувствую себя размером с жука.
— Как, мать твою… — Скотти резко машет рукой. — Не отвечай. Я знаю как. Черт возьми, Джон, ты знаешь лучше.
— Серьезно, — добавляет Рай. — Защита прежде всего. Сначала надень, потом вставляй.
Несмотря на то, что чувствую себя дерьмово, я сажусь прямо.
— Эй, я надел.
— Тогда почему?..
— Оральный секс. — Когда Рай хмурится, я смотрю на него с сожалением. — Ты и во время орального надеваешь защиту? Используешь коффердам8? Иначе на твоем месте я бы проверился.
Он выглядит испуганным.
— Ты, блядь, серьезно, мужик?
— Хватит, я записываю всех на курс сексуального образования, — раздраженно выдает Скотти.
Сгорбившись в кресле, Уип широко улыбается.
— Просто дайте мне краткий пересказ.
— У тебя был. Но явно оставил всех вас печальными неучами.
Уип качает головой и с сожалением смотрит на меня.
— Тяжелый перерыв, Джей.
— Ага.
— Вот почему я отказываюсь от случайного секса, — мрачно говорит он. — С этого момента я жду девушку или нанимаю профессионала.
— Ты собираешься платить проститутке? — шокировано спрашивает Рай. — Неужели мы так низко пали, Уильям?
— Тщательно проверенному, высококвалифицированному профессионалу, — поправляет Уип, потом пожимает плечами. — Она знает, что делает, никто не пострадает и не подцепит гребаное венерическое заболевание.
Я не упускаю ударение на последнем слове.
— А если она заговорит, — давит Рай, — что тогда?
Уип качает головой.
— Женщина, которую бы я нанял, ставит во главу угла сохранение конфиденциальности клиента.
— Кажется, ты хорошо об этом осведомлен, — указываю я, таращась на друга. — Случайно не пользуешься сейчас этим сервисом?
— Прямо сейчас, Глубокая Глотка, мы обсуждаем твою сексуальную жизнь, а не мою.
Уип легко уклоняется от брошенной мной подушки, но не от тубуса с чипсами «Принглс», который летит вдогонку. Столкнувшись с его головой, он издает потрясающий звук, и я смеюсь, когда Уип потирает голову и показывает мне средний палец.
— Мужик, — Рай наклоняется вперед, его серые глаза расширены от беспокойства, — твой член болит? Или яйца? Я всегда представлял себе, что происходит, но боялся проверить. В таких случаях «Гугл» не помощник. — Он вздрагивает.
— Разве я не сказал, что заработал это во время орального секса? Оно у меня в горле.
— В твоем гребаном горле? — Снова с ужасом.
— Предпочитаешь, чтобы это был мой член?
Не могу удержаться и смеюсь, даже несмотря на то, что это не смешно. Во всяком случае, не мне.
— Нет. Я просто… боже. После такого я не смогу посмотреть на телку, по крайней мере, еще неделю.