Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ)
Лицо парня было перекошено в муках, отросшие волосы, в полумраке кажущиеся темными, разметались по подушке, на висках в лунном свете поблескивали мелкие бисеринки пота.
Он отчаянно сжимал края покрывала, наброшенного на грудь, и мелко дрожал.
Я осторожно потрясла его за руку, опасаясь его неадекватности. Но сейчас на парне был медальон, поэтому прежних вспышек безумия не должно было быть.
Однако Уильям не проснулся. Он по-прежнему отчаянно воевал в своем подсознании с жестокими демонами прошлого и никак не мог вырваться.
- Оставь меня в покое... – выдохнул хрипло, - убирайся! Нет!!!
Мне пришлось схватить его за плечи и хорошенько тряхнуть, но не помогло даже это.
В панике мозг запестрел идеями: облить водой, побарабанить прямо над ухом, поцеловать (э-э-э... а это из какого угла подсознания вылезло?). Нет, всё не то!
И вдруг…
Придет тот час, когда расправлю крылья,
И ветер станет бурным за спиной,
Драконий дух восстанет из могилы!
Я облекусь его могучей силой,
Я стану им, Дракон же станет мной…
Стихи всплыли в голове сами собой. Да, те самые волшебные строчки, которые буквально спасли меня от изнасилования. Творение этого прекрасного молодого человека, который сейчас, избавившись от мук в реальности, снова и снова проживал их в своих снах.
Сердце наполнилось глубоким состраданием, и, влекомая внутренним озарением, когда разум ничего не понимает, но сердце к чему-то зовет, я начала громко декламировать это стихотворение.
Строчки лились, как бальзам на раны. На раны и мне, и Уильяму. Дрожь парня стала потише, он замер, словно прислушиваясь, а медальон на его груди ярко засверкал.
Магия! Она, родимая! Помощница и спасительница нас обоих…
В сердце загорелась надежда, что сейчас всё разрешится.
Вилли медленно приоткрыл веки и посмотрел на меня сонным, но при этом ошеломленным взглядом.
- Наташа... – прохрипел он измученным голосом. – Откуда ты знаешь… эти строчки?
В этот момент я поняла, что пора еще кое в чём признаваться…
***
Уильям листал свою записную книжку с каким-то восторженно-тоскливым выражением на лице. В этот момент я корила себя только за то, что не отдала ее раньше. Придержать ее у себя было несколько эгоистично…
Но на этом я не остановилась. Медленно и последовательно рассказала парню обо всём, что происходило в доме его родни: как я бунтовала против свекрови и включала на всю катушку свои актерские способности, как хитрила и выкручивалась, как познакомилась с Сериком и нашла эти стихи при помощи медальона…
Утаила только факт своего попаданства: посчитала, что и без этой ошеломительной подробности у Вилли масса впечатлений.
Он хохотал. Да, да, именно хохотал, когда я рассказывала о реакции семейки Диери на мои выходки. Аж прослезился от смеха, после чего одарил меня восхищенным взглядом.
- Ты просто чудо! – воскликнул он наконец. – Мой братец идиот, что не смог завоевать любовь и расположение такой девушки, как ты!
Я мгновенно помрачнела, хоть и не подала виду.
Да, парень восхитился мной, но… как-то отстранённо, что ли. Однозначно, я нравлюсь ему, как личность, как представительница женского рода – вся такая необычная и яркая, но… как женщина я его, похоже, действительно не интересую.
Уильям перемен во мне не заметил, потому что углубился в чтение своего дневника. Я несколько мгновений наблюдала за ним, разглядывая идеальный профиль, копну всколоченных золотистых волос, красиво обрамляющих лицо, его длинные красивые пальцы, крепкие, налившиеся силой руки…
Выдохнула.
Что ж, хватит обманывать саму себя: я влюбилась. Влюбилась бесповоротно и безнадежно, и ростки этой любви пустили корни уже даже тогда, когда я считала «хорошего Уильяма» мертвым.
Он покорил меня своей жаждой жизни и любовью к справедливости. Теперь же покорял всем остальным – красотой, широтой доброго сердца, искренностью. Казалось, что годы заключения вообще не извратили его сути, не сделали его моральным уродом или психопатом. Возможно, это потому, что он не человек, а дракон. Возможно, драконы сильнее людей не только физически, но и душевно…
Не знаю, сколько мы так просидели, но вскоре в свои права начал вступать рассвет.
- Тебе нужно еще поспать, - произнес парень, зевая. – Нам обоим нужны силы…
Я согласилась и поспешила обратно в кровать, действительно чувствуя невероятную усталость.
Однако уже через пару часов нас разбудил громкий и бесцеремонный стук в дверь.
- Открывай, скотина, немедленно! – заорал кто-то нетрезвым басом. – Уильям… черт возьми… Диери, немедленно выходи! Я знаю, что моя жена с тобой, и ты за это поплатишься! А ты, мерзкая изменщица, больше на мои деньги можешь не рассчитывать. Я добьюсь развода, Виктория, так и знай!!!
Я вскочила и замерла посреди комнаты тяжело дыша. Какая ещё Виктория? Кажется, Вайлем опять что-то натворил, а отдуваться приходится нам…
Уильям, сам того не осознавая, рванул ко мне и приобнял за плечи, словно мне прямо сейчас грозила опасность. А я взяла и прильнула к нему, мгновенно ощутив небывалое тепло и защищенность.
Боже, выходит иногда побыть слабой женщиной не так уж и... противно? Можно хотя бы сделать вид, что ты слаба и беспомощна, чтобы получить вот это ощущение нужности и заботы!
Однако из благостных размышлений меня вновь вырвал отчаянный стук и крики за дверью.
- Гадкий бабник! – процедил Вилли сквозь зубы. – Братец испоганил моё доброе имя своими похождениями налево и направо. Я ему этого не прощу!
Шепнув на ухо, чтобы я не переживала, Уильям отпустил меня и решительно направился к двери.
Без его объятий сразу же стало как-то холодно, и до меня дошло, что я стою сейчас в одном только нижнем платье. Даже смутилась немного, а потом поспешила одеться, благо, с нарядом не пришлось возиться слишком уж долго.
У дверей Уильям будто опомнился и вопросительно обернулся ко мне: наверное, тоже вспомнил о том, что я могу быть не одета. Но, увидев, что я уже успела привести себя в порядок и теперь аккуратно расплетаю свою длинную рыжую косу, успокоился.
- Не волнуйся! – прошептал он одними губами, но я его поняла. – Всё будет хорошо!
Улыбнулась.
Да, Вилли! Я в этом совершенно не сомневаюсь. С тобой у меня действительно всё будет замечательно…
Глава 43. Гневное решение Уильяма...
Уильям открыл дверь, и в комнату тотчас же попытался ввалиться нетрезвый грузный мужчина в одежде аристократа. Он был усатым и лысеющим, выглядел лет на сорок пять и аж трясся от негодования.
Уильям перегородил ему путь и строго потребовал объяснений.
Незнакомец принялся гнусно оскорблять его, и я решила появиться в поле его зрения. Увидев именно меня, а не какую-то там Викторию, мужчина осекся, округлил глаза, зашатался, а потом раздраженно процедил:
- Где... моя жена? Ик!
- Уж точно не здесь... – ледяным тоном бросил Вилли. – Вы пугаете мою супругу. Немедленно уходите, пока я не вызвал стражей порядка.
Но незнакомец, естественно, не угомонился. Он потребовал осмотреть комнату, чтобы убедиться в отсутствии здесь своей неверной женушки, но парень его пускать не захотел.
И тогда вмешалась я.
- Дорогой... – проговорила приглушенно, касаясь пальцами его плеча. – Пусть посмотрит, чтобы быстрее ушел…
Уильям нехотя согласился и пропустил мужчину. Тот едва стоял на ногах, поэтому с трудом заглянул в разные углы комнаты и, не найдя никого, изменился в лице.
На то, чтобы извиниться, у него не хватило ни такта, ни трезвости. Пошатываясь, мужчина покинул номер, и Уильям поспешно прикрыл за ним дверь.
Повернулся ко мне с виноватым выражением на лице и начал извиняться за доставленные неудобства, но я прервала его.
- Я не изнеженная девица, чтобы относиться к подобному серьезно. Не переживай, Вилли, я сильный человек.