Лики миров (СИ)
— Это совсем не смешно, — произнес он.
— Я абсолютно серьезна. В одном аль Гард был прав — контракт надо заключать с тем, кому доверяешь. А доверяю я только тебе и еще Миртену. Лик, я же все равно отправлюсь в Хаос, с тобой или нет. Но с тобой у меня больше шансов оттуда вернуться.
На долю секунды мне показалось, что он прямо тут меня и придушит, даже голова начала кружиться.
— Ты или дура, или больная на всю голову, — заключил он, так и сверля меня насквозь недобрым взглядом.
— Тогда мы нашли друг друга, — заключила, обвивая его напряженную шею руками и развязывая черную бархатную ленту, которой были собраны в хвост иссиня-черные волосы. — Целуй уже, бешеный.
— Совсем мне башку задурила, — в сердцах произнес он перед тем, как упасть в мои объятия и почему-то эта сказанная с досадой фраза неожиданно отозвалась внутри ощущением острого внезапного счастья.
Непросто тебе со мной, сердце мое? Да и мне не легче… Но без тебя уже и вовсе невозможно… Эх, Медея, Медея…
— Хорошо, — сказал Лик значительно позже, когда я сидела, прижавшись к нему спиной, и мы занимались… чем бы вы думали? Самой что ни на есть темной — не сказать черной — магией. Другими словами я творила небольшие сгустки Тьмы, которыми должна была уничтожить лежащий в его ладони бумажный шарик, а господин магистр мне то и дело мешал, то поднося этот шарик к моему носу, то сбивая летящие в нужном направлении сгустки своими «неправильными пчелами». — Хорошо, я возьму тебя с собой в Хаос, если ты пройдешь весь тренажер от начала до конца.
Я сначала издала восторженный клич и только потом его уличила:
— Ты не веришь, что я на это способна.
— Я очень надеюсь, что ты провалишься, — не стал скрывать очевидное этот правдолюбец, — но чинить тебе препятствий не собираюсь.
И на том спасибо.
— Видал, что я умею? — решила похвастаться и в мгновении ока сотворила на поднятой вверх ладони яркий белый огонек. Магия Света от меня тоже пока никуда не делась.
— Видал, — не слишком довольно сообщил Лик, — но в следующий раз могу и не увидеть, по крайней мере левым глазом.
— Ослепила, да? Прости, пожалуйста! — заволновалась я. Яркие эти пульсары получаются, хоть и первого уровня.
Вместо ответа маленький темный хлыстик звонко щелкнул меня по самому кончику носа, не больно, но исключительно эффектно, возвещая о том, что кто-то у нас тут весьма мстительный и вредный.
Потом вернулся Мир, и занятия наши закончились, а разговор вновь пошел об аль Гарде.
— Придется завтра опять к Аррэлю на поклон идти, — устало потер виски ладонями мой боевик, — и выпрашивать еще одного наблюдателя. Пусть за постоялым двором посмотрит и проверит, что за девицы такие к Гарду шастают.
— А мне что делать? Он же ждет, что я в скором времени с заполненным договором к нему явлюсь.
— Скажись пока больной, — тут же отозвался мой сосед и миротворец, — к целителю местному обратись, пожилой такой дядька, я его недавно видел. Говоришь ему волшебное слово — «дамские недомогания» — и все, отгул по состоянию здоровья у тебя в кармане. У нас все девчонки на курсе к нему бегали.
— Ага, вариант, — согласилась я, — завтра у меня занятий с аль Гардом нет, а вот послезавтра надо будет наведаться.
Но с пожилым целителем встретиться нам не пришлось. Потому что на следующий день я впервые заглянула в глаза своей смерти.
Глава 13
Начался день вполне обычно — тренировки, лекции. Потом мы с Хиной прошлись по рынку и перешерстили почти все ряды в поисках симпатичного, но не слишком дорогого наряда для ее статной фигуры. Ну и пару кульков с угощением прикупили. А после этого моя напарница впервые позвала меня в гости, точнее — в гости к своей тетушке, именно у нее и жила девушка. Родственница оказалась совсем не старой и вполне любезной дамой, и мы прекрасно провели несколько часов все втроем, болтая, распивая чай и поглощая маленькие рулетики с оршалевым кремом и вареньем из местных ягод. Я так засиделась у Хины, что на работу к господину Агиру мне пришлось почти бежать. Понятное дело, что зайти домой я уже совершенно не успевала.
В таверне в этот вечер был настоящий аншлаг. Я сбилась с ног и совершенно умоталась. Еще и задержаться пришлось — посетители никак не хотели расходиться. Зато и чаевые мне оставили очень даже приличные — с пару серебрушек, наверное, набралось, поэтому я была вполне довольна, и к дому госпожи Альфины шла совершенно не торопясь и прикидывая, на что бы потратить внезапно свалившееся на меня богатство.
— Может, стоит понемногу закупать все необходимое для похода в Хаос? — размышляла я. — Хотя, наверное рано. Если уж Лик решит взять меня с собой, то уж на снаряжение точно не поскупится. Интересно, выдадут мне своего личного тирексика? Было бы здорово. А если я завалю этот чертов лабиринт? Тогда придется добираться до Границы самой. Нет, лучше буду пока откладывать заработанные деньги. И тренироваться, тренироваться, тренироваться…
Я свернула в тихий переулок. Отлично, еще пять — семь минут, и я дома. Черная тень мелькнула слева. И если бы не часы мучительных занятий в лабиринте тут бы мне и крышка. А так я совершенно рефлекторно отпрыгнула в сторону и, еще не понимая, что, собственно происходит, потянулась рукой к поясу, к рукоятке своего меча. И лишь когда рука поймала воздух, вспомнила, что оружия-то у меня с собой и нет. Расслабилась Дея в столице, привыкла к безопасности. Черт и еще раз черт. Потом я даже радовалась, что оставила меч и кинжал дома: имейся они под рукой, возможно, драгоценные доли мгновения были бы потеряны. Не найдя же хоть какой-то поддержки, я сделала единственно возможное в данной ситуации — побежала по переулку в противоположную сторону, собираясь вынырнуть на более оживленную и широкую улицу, попутно вопя во все горло «Пожар!» и петляя, как меня учили. И не зря: еще два или три «заряда» просвистели мимо. А вот добежать до улицы я не смогла: с козырька одного из первых домов переулка спрыгнула темная плечистая фигура и перекрыла почти весь узкий да еще слегка поворачивающий в этой части переулок — ни обежать, ни в ногах проскользнуть. Значит, зараза, двое…
«Этот — не маг» — пронеслось в голове. Маг не стал бы подпускать так близко, сверху бы и шваркнул.
Я еще бежала по инерции, даже паника накрыть не успела, а тело уже решило за меня — не сбавляя скорости напрыгнуло на стену, оттолкнулось от нее ногой, поворачиваясь в сторону. Если я сейчас дотянусь рукой вот до этого навеса, и подтянусь, то смогу забраться на крышу и попробовать уйти поверху. И у меня почти получилось. Зацепиться-то я зацепилась руками, а вот силенок, чтобы быстро забросить тело вверх, не хватило. Меня резко попытались сдернуть вниз, и я заверещала, как подбитый кабанчик, успев, по счастью, на время вывести из строя одного из нападавших, попав ему сапогом по лицу. Но тут же сама отлетела в сторону, больно приложившись затылком о стену одного из домов.
— Кончай эту козу, — послышался приглушенный гнусавый голос. — Она мне, кажется, нос сломала.
А в следующее мгновение надо мной склонилось лицо… Нижней его половины я не видела, ее закрывал черный платок, но вот глаза: темно-серые, холодные, почти неживые. Они смотрели изучающе, почти бесстрастно, словно уже вынесли приговор и теперь наблюдают за правильностью его исполнения. Именно этими глазами, принадлежащими, разумеется, человеческому существу, и смотрела на меня моя смерть. Я чувствовала пронизывающий стылый холод этого взгляда, завораживающее равнодушие к торжественности момента, и еще что-то… выжидающее, почти надежду: «Удиви меня»… И снова тревожащие аккорды орданго зазвенели в ушах. Пока я еще здесь и более-менее жива, пока вижу, слышу, дышу… Потанцуем?
Я подняла левую руку, словно стараясь то ли закрыться от этого страшного взгляда, то ли нанести последний удар.
— Не стоит, голуба, — усмехнулась «смерть», — перехватив мое запястье. — и нагнулась чуть ближе… Чего бояться-то: «враг» повержен и надежно зафиксирован. А то, что рука его в сантиметре от твоего лица… в этом даже есть своя прелесть, не так ли? — Сейчас все закончится.