Лики миров (СИ)

— Ты из бедной семьи? — удивилась я. На работягу-крестьянина защитник был совершенно не похож.
— Ну, формально я из очень богатой семьи, — задумчиво проговорил он: угодья, лес, старинный замок… все, кроме денег, короче говоря. А содержать все это в надлежащем порядке — удовольствие не из дешевых. Хорошо, что это теперь не моя головная боль, — весело закончил он, тряхнув волосами. — А что насчет тебя, будущая чародейка, уже выбрала, куда поступать будешь?
— Вообще-то нет, — покачала головой. На месте осмотрюсь, потолкаюсь, тогда и решу. В магистры меня уж точно не возьмут, силенок не хватит… но так, по мелочи… — говорить ему, что мне на самом деле все равно, не стала. А еще какая-то назойливая мысль зудящим неуловимым комаром не давала покоя. Что-то я из рассказа упустила… что-то важное. Я слово за слово прокручивала в голове рассказ молодого магистра. Не то… не то… железо… голубое железо… Да твою ж налево… может, совпадение?
Что ж это за ерунда такая?
Память Деяниры по этому поводу была весьма небогата: ну да, разведчики приносят из Бездны время от времени куски голубого железа — очень ценной добычи, и все на этом.
— Ми-и-ир, — потянула я, — заметив, что мужчина, укрывшись плащом, кажется, намылился задремать.
— Ммм? — тот нехотя приоткрыл один глаз.
— А чем так ценно голубое железо?
— Ну, оно очень редко встречается, исцеляет.
Черт… и еще черт… целая вереница чертей..
— И все?
— Будешь мастером — узнаешь остальное, — наставительно ответил магистр и поплотнее завернулся в свое походное одеяло.
— Ну Ми-и-ир, — продолжила я клянчить..
— Не-а.
— Не можешь ответить или не хочешь?
— Первое… и второе тоже. Я спать хочу.
Я в раздумьях почесала затылок. В моем мире фиговинка из голубоватого металла тоже исцеляла и еще ее невозможно было сфотографировать. Ну так там и магии не было..
— Оно что-то рассеивает, правильно? — закатила я пробный шар.
— Де-я, — предупреждающе протянул Мир, — хорош уже.
— Нет, ну что это за секрет такой, который все равно уйма народа знает? Сколько у нас мастеров всех видов магии в Империи? — не унималась я. — Ну хоть скажи, я угадала?
— Угадала, угадала, Хаос он рассеивает… Ну, теперь отстанешь?
— Ага, — согласилась, но хватило меня ненадолго: — Мир, это бред какой-то… Зачем ракшам рассеивать Хаос, если он им — дом родной?
Защитник издал рычащий звук и сел, недовольно на меня поглядывая.
— Ты чего пристала как репей к ж… железу этому, а?
— Да все-все, не кипятись, — замахала я на него руками, — я уже тоже ложусь спать, — и завернулась в свой плащ, придвинувшись поближе к костру эдакой серо-коричневой гусеницей.
— Тварям, знаешь ли, тоже невыгодно, чтобы мы этими железками завладели, вот и прячут, — прозвучало неожиданно в тишине.
Звучит логично… Я благодарно угукнула, повозилась еще какое-то время, устраиваясь поудобнее и, наконец, уснула.
Растабан показался на горизонте ближе к полудню. И чем ближе мы подъезжали, тем большее чувство изумления я испытывала. Все населенные пункты, которые мы проезжали до этого, были примерно на одно лицо: эдакие магически прилизанные средневековые города с постройками из камня и дерева, мощеными улицами, радующие глаз цветочным буйством: зелени и всякого рода клумб здесь было предостаточно. А вот столица среди всей этой провинциальной благодати гляделась примерно так же, как саврус среди табуна обычных коняшек.
Во-первых, город был окружен высокой каменной стеной приятного песочного оттенка. Я крутила головой из стороны с сторону не хуже Лютика, но так и не увидела, где же эта самая стена кончается ни справа от дороги, ни слева. Из чего следовал логический вывод, что Растабан — город немаленький.
Во-вторых, cтроения, возвышавшиеся над городской стеной, поставили меня в своеобразный культурный тупик своей странной эклектичностью. Мое земное сознание классифицировало их как смесь восточной и готической архитектуры: то тут то там в небо поднимались шпили мрачноватых устремленных в высь строений со стрельчатыми окнами. Казалось, шпили эти, будто копья были нацелены в небо, желая проткнуть его насквозь. Одновременно с этим глаз часто останавливался на куполообразных крышах, иногда похожих на луковицы, иногда — на половину дикого улья из мультфильмов. Сдержанно-песочный, ослепительно-белый, мрачно-черный, немного лазурного и золотистого… Издалека столица была похожа на собранные вместе шахматные фигурки из разных наборов.
 
Когда мы приблизились к городским воротам (круглые, заостренные вверху очертания которых вызвали у меня прочную ассоциацию с арабским дворцом), по бокам которых стояли стражники в сверкающих на солнце кирасах, я заерзала и потянулась было к кошелю, прикидывая, сколько с меня сдерут за въезд.
— Сиди тихо, — шепнул Мир, и, спокойно остановив Лютика у ворот, продемонстрировал одному из охранников значок Защитника.
Тот уважительно кивнул и перевел вежливо-вопросительный взгляд на меня.
— Она со мной, — снизошел до краткого пояснения «водитель» савруса. Ого, если бы он со мной таким тоном разговаривал, я бы, пожалуй, его испугалась.
Вот, кстати, интересный вопрос: почему, если я панически боюсь красавцев, я совершенно спокойно реагирую на Мира? Его же тоже вполне можно отнести к этой неудобной категории мужчин… Но нет — его я ни капли не опасаюсь, даже подшучиваю над ним легко и непринужденно. Может, Деянира в этом плане меня смелее? В конце концов она росла с братьями. А может… Нет, лучше остановимся на первом варианте.
— С тебя кружка хорошего шериза, — сообщил, слегка наклоняясь ко мне, Мир. Я согласно угукнула: без него въезд в столицу явно встал бы мне в копеечку. — Хм, — начал размышлять вслух мой попутчик, — давай я отвезу тебя на площадь трех академий, там как раз и таверна отличная имеется рядом. Пропустим по стаканчику, а потом — ты учебные заведения изучать, а я Лютика в хранилище сдам.
— Я думала, ты дальше поедешь, к границе с Бездной, — удивилась я.
— Нет, у меня тут работка нарисовалась, — ухмыльнулся Мир, — буду в этом полугодии студиозусов гонять на практикуме в Академии боевых искусств.
Руки так и зачесались дать ему подзатыльник.
— Ты мне об этом не говорил, — надулась я.
— Ты и не спрашивала, — пожал тот плечами.
Ну да, тут крыть нечем.
По мощенным бежевым камне улицам саврус ступал осторожным медленным шагом, и я могла разглядывать столицу с комфортом. Большинство зданий, мимо которых мы проезжали, представляли собой симпатичные каменные дома в два этажа с плоскими крышами — эдакие причудливо сложенные коробочки песочного цвета. Некоторые были украшены искусной резьбой, некоторые — белыми и лазурными узорами. Встречались между ними и обычные, широко распространенные в провинции Шедара, белые с коричневым домики с внешними балками, и совершенно странные смеси этих двух стилей. Чем ближе мы подъезжали к центральной части города, тем чаще встречались внушительные строения с куполами и стрелообразными башнями — то ли казенные учреждения, то ли дома вельмож.
Народу на городских улицах было, конечно, меньше, чем у нас в час пик, но движение смело можно было назвать оживленным. А уж людей в хламидах, на саврусах и без, вообще наблюдалось огромное количество (по сравнению с предыдущими городками, конечно): каждый пятый встречный был или магом, или студиозусом, или носил накидку Министерства по делам магии. Мир то и дело с кем-то раскланивался или обменивался приветственными фразами. Везет… Он-то тут как рыба в воде, а я…
Площадь трех академий оказалось внушительной (хотя и не главной, как оказалось). Сюда сходились лучи пяти не самых маленьких дорог Растабана. Сама площадь имела форму почти правильного пятиугольника, по трем сторонам которого и располагались главные здания высших учебных заведений. Центральное и самое огромное из них было напоминало черный готический собор и придавало всей площади (и отчасти городу в целом) настроение суровой торжественности. По левую руку от этой черной громадины располагалась изящная белая постройка с куполами, отдаленно напоминающая украшенный лазурно-золотыми узорами Тадж-Махал. А по правую — светло песочное многоэтажное нечто, сходное с длинным мавританским дворцом: мелкие острые башенки, каменные кружева галерей и переходов, округлые резные линии окон..