Любовница опекуна (СИ)

Языком бы по ней провести.
― Я и не собирался. Но если это она подложила, то мигом полетит с работы.
― Ты мне только скажи, зачем ты мне их притащил?
― Я подумал, что ты остыла и решила поиграть…
― Мда уж… как раз самое время. Или я такая дура и чего‐то не понимаю, что мне следует оставлять свое нижнее белье у мужчины в комнате? Нет, конечно, я бы могла поиграть, будь у меня хорошее настроение и интимные отношения с тобой. Но мне кажется, мы еще не на той стадии их развития. Да и сможем ли…
― Ассоль, мы вместе, как и сегодня утром.
― Мы сделали три шага назад, Ивар. Ты сделал. И пока ты не научишься контролировать свои эмоции, у нас ничего не получится.
― Я буду стараться, девочка. Я сделаю все, чтобы ты была со мной всегда.
― Думай и делай. А я пока уеду.
― Нет, Ассоль!
― Да! И не смей меня останавливать, иначе я подумаю, что ты так ничего и не осознал.
― То, что ты уйдешь, ничего не даст, а сделает только хуже, понимаешь? Я же сдурею здесь без тебя.
― Нет, Ивар, я уйду и дам тебе время подумать, а нужны ли тебе серьезные отношения. А пока я здесь, ничего не изменится. Ты так и будешь орать на меня за каждый взгляд на мужчину, а я буду тихо гаснуть, понимая, что вместо восторга вызываю у тебя злость. Выйди из комнаты, я хочу спокойно собрать вещи.
― Это из‐за белья этого сраного?
― Пфф… ты так ничего и не понял?
― Ты просто скажи, если бы не оно, ты бы не ушла.
― Ушла бы. Потому что ты и так все испортил. А я так жить не хочу.
― Девочка.
― Задумайся, Ивар, не поторопился ли ты насчет меня. А как осознаешь, дашь знать.
Слова Ассоль до сих пор набатом звучали в моей голове. И даже сейчас, стоя на балконе и глядя, как она покидает мой дом, я то и дело мыслями был в нашем разговоре. И как бы сильно мне ни хотелось задержать девочку, я понимал, что она права. Нам нужно время. Мне оно нужно, чтобы осознать все, что происходит, и понять, как усмирить свой характер. Ведь она не должна страдать из‐за моей ревности, не должна постоянно выслушивать то, что я предъявляю. Да, меня, черт возьми, бесит, что на нее пялятся голодными взглядами мужики, меня бесит, что этот олень касался ее первый, и я ненавижу, что моя девочка когда‐то под кем‐то стонала. Но это все мои проблемы, и они не должны отражаться на Ассоль никоим образом. Все я это понимал, но только понимать мало. Мне как‐то нужно со всем этим справиться. Но, млин, как, как справиться, когда я готов любого порвать, кто смотрит на мое! А теперь еще она ушла, оставив меня в полном неведении. Это же такая пытка для меня.
В кармане штанов зазвонил телефон. Не глядя принял вызов.
― Ивар Викторович, тут Ассоль требует, чтобы я отвез ее в город. Распоряжения такого не было.
Я втянул воздух через сжатые зубы и, выдохнув, от безысходности закрыл глаза. То ли нажраться, то ли головой об стену биться, только ни хрена эти два варианта не помогут.
― Отвези Ассоль куда скажет.
― Понял, шеф.
Сбросил вызов и посмотрел на автомобиль, припаркованный за воротами. Секунда, и он тронулся с места, выруливая на дорогу и увозя от меня мою малышку.
Проклятье! Как же я ненавижу это! ― рукой саданул по перилам, ощущая в грудной клетке, как растекается жгучая горечь, разрушающая мой шаткий покой.
Долбанные чувства, с которыми я никак не могу найти взаимопонимания. Сплошное раздражение, зло и боль от происходящего. Конченное ощущение, прежде мною не испытываемое. Как это называется? Почему так происходит? И как мне надо на это реагировать? Душа разрывается оттого, что мое не рядом? Оттого, что человек, который поселился под ребрами, занял какое‐то место в сердце, уехал домой, оставив меня одного?
Поверить не могу, что все это происходит со мной!
Нет, так не годится, мне нужно выпить и успокоиться, а потом я напишу ей, пожелав спокойной ночи. Это же нормальная реакция человека на отсутствие другого человека? Выдохнул. Нет, блин, это ненормальная реакция! Что мне от этого сообщения, когда я хочу, чтобы она улыбалась мне, смотрела на меня своими карими глазами и прижималась к моей руке. Черт! Да, это было бы лучшее, что со мной могло случиться. А я, не успев начать строить с ней отношения, уже все разрушил. Вот так просто, по щелчку, бред! И романтик из меня херовый. Если бы не идиотский характер, сейчас бы сидели с ней в ресторане и пили вино, а потом… Потом бы по городу гуляли за ручку, как школьники.
 
Но не судьба всему этому сбыться. Ты, Ивар, просто идиот.
Вздрогнул, неожиданно ощутив на прессе женские руки. Опустил голову и нахмурился, заметив не тот маникюр на пальцах. Конечно, глупо было бы ожидать увидеть здесь Ассоль. Я резко развернулся и грубо перехватил Настю за руку. Она пискнула и скорчилась от боли, а мне вот захотелось окунуть ее в бассейн и немного освежить мозги, чтобы думать забыла о том, как лезть в мою жизнь.
― Тебе не кажется, что ты стала забываться, Настя?
― Ты о чем, Ивар?
― Тон подбирай! Я твой шеф, если ты забыла. Для тебя я Ивар Викторович! ― рявкнул я так громко, что горничная вздрогнула и хотела отскочить от меня, но я крепко удерживал ее за руку.
Тварь, еще пытается делать вид, что вовсе ни при чем.
― Объясни мне, дорогуша, какого хрена ты оставляешь свои трусы у меня в ванной комнате?
― Какие трусы, Ивар Викторович? ― лупая глазами, уточнила она, продолжая строить из себя дурочку.
― Ах, запамятовала, ― произнес я спокойным голосом и свободной рукой достал из другого кармана ее трусы. ― А так? Наглядно.
Выставил тряпку возле ее лица и заметил, как она наигранно смутилась.
― Простите. Они на балконе сохли, и я шла с ними через вашу комнату, как раз чтобы окно в ванной закрыть, и, видимо, забыла там. Так неудобно вышло.
― Что ты говоришь? Как неожиданно. Чтобы закрыть окно, оставила их около раковины.
― Да.
― Хватит врать! ― швырнул в нее трусами, и она перехватила их и прижала к груди. ― Отвечай, для чего ты это сделала?
Она опустила глаза и, изменившись в лице, посмотрела на меня взглядом стервы.
― Потому что рядом с таким мужчиной, как ты, должна быть достойная женщина. А не та, что не понимает даже, как нужно соблазнять мужчину.
― Это ты, что ли, достойная? ―охреневшим голосом решил уточнить, а вдруг мне послышалось.
― А разве нет? Хочешь, я прямо сейчас сделаю тебе приятно? Так, как и должна делать женщина своему мужчине.
― Что, и на колени встанешь?
― Как только попросишь, так и встану. И тогда ты поймешь, кто достоин быть рядом с тобой.
― Ну что же, опускайся, ― произнес будничным тоном, наблюдая за ее реакцией.
Она, не поверив в услышанное, слегка склонила голову вперед.
― Давай, вставай. Доказывай. Ты же не пустословка?
― Нет, конечно. Как ты мог такое подумать?
― Тогда на колени.
Настя облизнула язык и, смотря мне в глаза, молча принялась выполнять приказ. Я тем временем перехватил из ее рук телефон со включенной камерой и навел ее на девицу. Смотрел на нее и понимал, какая же она дешевка. По щелчку пальцев готова стащить с меня штаны и доставить удовольствие, только бы получить мое расположение и бабки. Теперь я понял, что меня так цепляет в Ассоль. Моя девочка чистая, светлая, без всего этого дерьма, что есть в шлюхах. Ассоль не нужны мои деньги и статус, она всего лишь хочет светлых, добрых отношений и взаимных чувств. А не вот это вот все… черт! Еще и заснять на камеру пыталась, да только лохушкой в этом деле оказалась.
Встав на колени, горничная призывно посмотрела мне в глаза. Подняла руки и пальцами залезла под резинку штанов.
― Открой рот, ― приказал ей, и она тут же подчинилась, разомкнув губы, ― хочу на память себе оставить, как ты будешь меня ублажать.
 
Я протянул руку и засунул ей в рот ее трусы. У этой дряни вспыхнул в глазах огонь. Господи, она что, заводится от данной ситуации?
Как же я слеп был раньше, как не замечал очевидных вещей? Неужели для того, чтобы открыть глаза на все происходящее, сначала должна была Ассоль пробраться под кожу?