Спасти СССР. Манифестация II (СИ)
Незаметно оглядевшись, Щербина проворно спрятал карту маршрута в кожаную сумочку с ключами, притороченную к раме, и осторожно уложил велосипед. Переднее колесо сунул под обломыш шатровой кровли, а заднее прикрыл остатками декоративной решетки из скрещенных реек.
- Вареники-лавреники… - бодро оглядев схрон, агент поспешил к вокзалу.
Шагая Славянской аллеей, он покривился – вот, обездолил себя на сто четыре рэ! А теперь еще один велик покупать! Надо будет в городе что-нибудь подходящее высмотреть, да побрутальнее, вроде старого доброго «Урала»…
Впереди замаячил милиционер в форме, но Щербина лишь беззвучно хлопнул ртом – страху нет.
Воскресенье, 28 мая. Утро
Ленинград, Измайловский проспект
Я с легчайшей улыбкой глядел за окно, внимая тишине квартиры. Выпадают иногда минуты покоя…
Взгляд вильнул выше крыш, окунаясь в сиятельную лазурь, и морщины капризного неудовольствия тронули лицо. Не люблю летнее небо, в жару оно будто выцветает, как линялая ткань. Да и не то время года…
Ленинграду больше всего «идет» осень, когда парки красятся во все оттенки рыжины, а ветер ворошит опавшие листья. Вот когда небеса наливаются пронзительной, яркой и глубокой синевой….
Я усмехнулся. Ты уж самому-то себе зубки не заговаривай. Марш за письмо! Время – идеальное. Родители укатили к друзьям на дачу, а запах шашлычков и звон гитары – это до позднего вечера…
Меня вдруг передернуло, словно промозглым сквозняком обдало, тошным могильным холодом - даже сырой землей запахло.
Я вспомнил Валдиса.
Мы и не дружили почти. Кончились уроки – разошлись. Да что там… Бывало, терпеть его не мог! За хамоватые шуточки, подначки, небрежную силищу…
Только вот он я – живой. А Валдис… Скоропостижно.
Мудрить на тему воздействия смысла нет, да и градус эмоций не понизишь. Хорошо верующим… Вот у кого – никаких проблем!
Бог дал – бог взял, царствие ему небесное. Перекрестился, и пошел – дальше жить. А мне каково?
Ничего же не делал, вообще ничего! Встретились случайно, поболтали и разошлись, как в школе. А мировая линия Валдиса чуть-чуть вильнула, отходя от предначертанного… И оборвалась.
Мои губы дрогнули, складываясь в кривоватую усмешку. Траектория судьбы… А если подумать?
Глаза отлипли от заоконного пространства, скользнули по ковру, по книжным полкам…
«А ведь в базовом временном потоке он жив-здоров, - трезво скользнуло в сознании. - Там всё по-старому, ничего не поменялось – и Альдо Моро убит, и Чикатило обхаживает новую жертву, и афганская война вот-вот затлеет… Разве не так? И еще не ясно, какая действительность реальнее – та, откуда пришел я, или эта, из которой ушел Валдис…»
Вздохнув, я сел за стол, понукая себя. Раскрыл тетрадку… Блеклые фиолетовые клеточки запирали чистый лист, пустой и ждущий.
- Вперед, и с песней…
«Уважаемый Дмитрий Федорович! – вывел я первую строчку, и зачеркал скорописью: - Отвечая на ваш вопрос, отмечу прежде всего, что развитие наших отношений со странами СЭВ и с дружественными государствами «третьего мира» будет невозможным в рамках оборонительной доктрины - и в границах Советского Союза.
Как покажет будущее, курс товарища Горшкова на выход ВМФ СССР в дальнюю океанскую зону для проецирования силы, разумен и весьма успешен. Иначе об активной внешней политике придется забыть.
Без флота мы не сможем ничего - ни защитить наших друзей и собственные интересы в Азии, Африке, Латинской Америке, ни предотвратить возможные региональные конфликты - уже самим своим присутствием ( fleet in being ).
Крейсера типа «Атлант» и «Орлан» составят мощное ядро ВМФ, но его слабая сторона – отсутствие полноценных авианосцев. Построенные и строящиеся ТАВКР «Минск», «Киев» и «Новороссийск» хороши, как боевые корабли, однако размещенные на них штурмовики «Як-38» не способны тягаться с американскими палубными истребителями и противостоять им. Принятие на вооружение СВВП «Як-141» решило бы эту проблему положительно (сверхзвук и большая дальность).
Еще перспективней ТАВКР «Тбилиси» и «Рига», рассчитанные на 50 самолетов и вертолетов каждый, но полноценным авианосцем станет лишь АТАВКР «Ульяновск». Вопрос: стоит ли тратить силы и средства на постройку «переходных» к нему кораблей типа «Тбилиси»?
Безусловно, флоту, ходящему за море, потребуются и заморские базы. Тартусса, Камрань, Сантьяго-де-Куба станут первыми, но, надеюсь, не последними ПМТО. Поддержка Эфиопии и мирное разрешение конфликта с Эритреей может обеспечить нашу 8-ю оперативную эскадру базой на островах Дахлак, а помощь Йемену – базой на Сокотре…»
Строчил я долго, до самого обеда. Мягко подвел маршала к мысли о сокращениях в самой большой армии мира. Мол, куда столько-то? Вместо того чтобы танки тысячами клепать, лучше-де гиперзвуком заняться, беспилотниками всякими, сетецентрическими чудесами и стелс-технологиями.
Разумеется, курс на деконфликтацию с Западом вовсе не подразумевает кротость и братание с НАТО. «Кто ударит нас по щеке, тому мы голову оторвем!» - умные вещи говорил порой Никита Сергеевич…
…Вдумчиво пообедав – мама сварила из-зумительный «зеленый» борщ из щавеля и крапивы – я продолжил исписывать тетрадь.
Порадовал товарища Андропова вестью об отличном урожае-78 и обвальных недородах в следующие три года, заодно плюсуя цифирь по летней погоде в региональном разрезе. Сообщил о великом голоде в Эфиопии, советуя не душить тамошних фермеров и потихоньку запасать продовольствие. Дал раскладку по коррупции в МИДе, оставив напоследок вопрос о грядущей хаосизации в обоих Йеменах, Северном и Южном.
Древнейшая ведь земля, добиблейская и допотопная! Тысячелетия прошелестели над ней, как редкие тучи над пустыней, что уносятся за мутные горизонты, не проливаясь живительным дождем. Там царица Хатшепсут искала благовонный Пунт, а Соломон домогался царицы Саввской. Где-то рушились империи, из тьмы катакомб прорастала новая вера – и всё мимо, мимо…
Победно носился пророк, вздымая зеленое знамя – туземцы послушно славили Аллаха, а тайком молились богу Луны. Такими и выросли - бедными, но храбрыми, единственными стоящими воинами в арабских пределах…
Размяв пальцы, потерев натруженные подушечки большого и указательного, я взялся за ручку:
«В ноябре прошлого года был убит глава ЙАР (Северный Йемен) Ибрагим Мохаммед аль-Хамди. Организовали покушение вице-президент и начальник Генштаба Ахмад Хуссейн аль-Гашими, премьер Абдул-Азиз Абдул Гани, член правящего Совета военного командования Абдель Алим и подполковник Али Абдалла Салех, имевший в подчинении танковую бригаду и десантников.
Перечисленные работали вместе с саудовской разведкой, которая помогла убить Аль-Хамди и его брата Абдаллу, командира спецназа (непосредственные исполнители - просаудовское племя Аль-Ахмар).
Мотив элементарен: Эр-Рияд «не одобрил» желание Аль-Хамди объединиться с просоветским Южным Йеменом, и подсадил на его место Аль-Гашими.
24 июня убьют самого Аль-Гашими – во время приема личного посланника президента НДРЙ (Южного Йемена) Салема Рубейя Али, взорвется бомба с часовым механизмом, которую начальники посла спрячут в его атташе-кейсе.
Но долго торжествовать Салему (кстати, усиленно заигрывающему с Пекином), не придется – три дня спустя его свергнет и расстреляет команда Абдель Фаттаха Исмаила. Особо замечу – Абдель Фаттах Исмаил прочно ориентирован на Москву.
А вот на место Аль-Гашими придет Али Абдалла Салех. Этот человек с незаконченным средним присвоит себе звание фельдмаршала, и на долгие годы погрузит оба Йемена в нищету и междоусобицы, разделяя и властвуя…»
Я призадумался, стоит ли советовать нашей разведке «раскрыть заговор против Аль-Гашими», и пожал плечами.