Кречет 2 (СИ)

Вот значит как. А ведь похоже князь не теряет времени даром и активно готовит дочь к тому, что бы она следовала в намеченном им направлении. Это я про нашу женитьбу и основание колонии. Опять же, если мне даруют титул боярина, значит и вотчину выделят, где я буду обязан поставить поселение. Мало того, в течении десяти лет на его месте должен вырасти полноценный городок с полагающимися инфраструктурой и учреждениями. И со всем этим немалым хозяйством нужно уметь управляться.
Можно конечно и забить на это, если ты готов к спросу. А император строгий судья. В Российской империи ничего не даётся просто так. Привилегии непременно подразумевают под собой обязанности и ответственность. Разумеется ты можешь отказаться от титула и обязательств. Но тогда ты разом окажешься в чёрном списке и особых успехов тебе не добиться. Если не готов к грузу ответственности, значит твой удел тихо работать себе предпринимателем средней руки и выше уже не подняться, как не изворачивайся.
Впрочем, чего это я сразу всё перевожу на себя. Насте в любом случае предстоит быть управленцем. Не своей вотчиной, так каким-нибудь предприятием. Так что подобный опыт ей нужен в любом случае. А значит, предложение отца жениться на ней и её нынешняя деятельность всего лишь совпадение…
Перекусив и выпив по чашечке кофе, мы с Настей решили прогуляться. Выходной у неё сегодня в конце концов или нет. Ничего особенного, просто пройтись по парку, посидеть в кафе, поесть мороженое. Разговор с батей откладывался на вечер, но и причин для спешки никаких.
В итоге мы оказались в ресторанчике средней руки, к каковым у Насти имелась тяга. Ну, а я никогда не посещал дорогие, которые неизменно отличались пафосом, и непонятными блюдами высокой кухни. Это как высокая мода, смотреть интересно только из-за необычности кричащих нарядов, но носить такое станешь только если есть желание выпендриться и привлечь внимание, коль скоро иных талантов нет. Мы же с ней придерживаемся простого мнения, что в ресторан ходят поесть. Вот и всё.
— Анастасия Семёновна, добрый вечер.
Я глянул на подошедшего к нам высокого молодого человека. Ну что сказать, картинка. На среднем пальце правой руки печатка с гербом, либо боярин, либо князь. Похоже парень привык рисоваться, а потому хорошо научился показывать окружающим кто он есть. Я же, благодаря нейросети, помню все гербы империи. Поэтому стоило только ему повернуть ко мне оттиск на печатке, как я сразу понял, что передо мной представитель княжеского рода Кудриных. Не сам князь и точно не наследник, иначе я его узнал бы, а кто-то из младших сыновей, не прославившийся в сети.
— Пантелей Григорьевич, — подала Настя ему ручку. — Позвольте представить, мой друг, Рязанцев Клим Витальевич. Княжич, Кудрин Пантелей Григорьевич.
— Очень приятно, — поднявшись протянул я ему руку.
Тот на секунду замялся, но затем одарил Настю улыбкой и ответил-таки на рукопожатие. Типа удостоил меня этой чести только благодаря её обществу. Вообще-то, если бы не она, то и он мне не интересен, от слова совсем.
— Уверен, что мы прежде не встречались, и я о вас не слышал, — заметил он, и уточнил, — впрочем, мы не настолько близки с Анастасией Семёновной, чтобы я знал всех её друзей. Чем занимаетесь?
— Это Кречет, — Настя не стала поминать мою логистическую компанию, сделав упор на мою известность в других областях.
— Припоминаю. Очень приятно. Полагаю, что он заинтересовал вас, потому что получил такое же прозвище, как у вашего отца?
— Замечу, что получил заслуженно, а не за словестную эквилибристику, — с улыбкой произнёс я.
— Это вызов?
— Нет конечно же. Просто говорю о том, что достоин быть подле княжны Кречетовой, несмотря на моё происхождение. И напротив, полагаю, что многие аристократы подобной чести не заслуживают.
— Господа, полагаю вам следует остановиться. Пантелей Григорьевич, вы ведь не ищите ссоры? — поспешила вклиниться Настя.
— Разумеется нет, Анастасия Семёновна. Честь имею, — он обозначил поклон и прошёл к угловому столику, где его уже поджидали двое товарищей.
  
— Что за надутый индюк? — спросил я у Насти, когда мы вновь остались одни.
— Я ведь его представила.
— Мне это мало о чём говорит. С чего он повёл себя как спесивый павлин?
— Прости его. Полагаю, что в нём взыграла гордость. Так уж вышло, что его отец решил женить его на мне. Этот брак укрепил бы союз двух княжеских родов. Но папа оставил решение за мной, а я отказала. И тут он видит меня в твоей компании. Что ему оставалось думать?
— Взревновал?
— Скорее оказался уязвлённым тем, что я предпочла ему, человека не являющегося ему ровней.
— Это ещё как посмотреть, кто кому не ровня.
— Клим?
— Что?
— Ты ревнуешь?
— С чего бы мне тебя ревновать? — искренне удивился я.
— Ты ревнуешь. Как мило, — хмыкнула она.
— Настя, ты выдаёшь желаемое за должное, — покачал я головой, искренне веря в то, что говорю.
— Возможно ты и прав. Но сегодня ты сам на себя не похож. Смотришь на меня не так как обычно. Оценивающе что ли.
— Ерунду не городи.
— Нет. Правда. Женщины такое замечают, знаешь ли. А ещё…
— Что? — не выдержал я, когда она сделала паузу.
— Ты немного покраснел, — с пляшущими бесятами в глазах, заявила она.
— Тебе показалось, — пожал я плечами, возвращаясь к еде.
Вообще-то скорее всего так оно и есть. Во всяком случае, я нечто подобное ощущаю. Вот только причина этого не в Насте, а в нашем отце… Вернее моём отце и её отчиме. Да, так будет правильно. Так вот, по всему выходит, что он предпочёл пренебречь возможностью укрепить связи с родом Кудриных, сделав ставку на меня. Мало того, он убеждён в том, какое именно решение я приму. Хотя я сам как раз-таки уверен в обратном.
И ещё такой момент. Он озвучил мне перспективы от брака с Настей. Но даже не заикнулся о том, что намерен хоть как-то участвовать в моей судьбе. Ни о поддержке меня материально, ни о помощи административным ресурсом. Ничего. Вообще. Либо женись, либо катись. Ясное дело, что меня разозлило подобное отношение. Не отсутствие материальной или иной поддержки, а единственное условие относительно женитьбы. И из-за злости на него я и раскраснелся. Абсолютно точно дела обстоят именно так и никак иначе.
— Ну может и показалось, — покладисто согласилась она, так же берясь за столовые приборы.
Мда. А ещё, у меня пропал аппетит. Нет, я всё так же ем, и стараюсь не показывать виду, но делаю это чисто механически, не получая удовольствия от вкусной пищи. И откуда только взялся этот придурок? Из-за него весь вечер псу под хвост.
После ужина, несмотря на ранний час, и наше намерение сходить в кинотеатр на новую картину, я предпочёл распрощаться с Настей и поехать домой. В смысле поначалу назвал было такси адрес одного пивного бара, но потом понял, что пить мне сейчас не хочется, и изменил адрес.
Тэкс. А это ещё что такое. С чего это отец, князь Кречетов который, названивает мне?
— Здравствуйте, ваша светлость.
— Можно по имени отчеству, — раздался у меня в голове голос отца.
— Слушаю вас, Семён Аркадьевич.
— Значит так. Завтра получишь документы из моего банка на кредит в двести миллионов под залог твоих компании и яхты. Завизируешь и отправишь обратно. Завтра же с открытием торгов я начинаю игру на понижение с концерном «Барков и К», с целью перехвата контрольного пакета. Отслеживай ситуацию и не упусти свой момент. Полагаю, что за пару недель сможешь удвоить сумму, а может даже и утроить, точно предсказать дно падения цены акций невозможно.
— Если игру начинаете вы, то какой тогда вам резон? Вы в любом случае получитесь в проигрыше на двести, а то и триста миллионов.
— То есть, ты решил, что вариант с женитьбой единственный? Ладно, поживём притрёмся, а там и выводы станешь делать. Я не хочу пока тебя признавать из-за Насти. Ты прав, если восемь лет считать её сестрой, вдруг своё отношение не изменишь. Полагаю тебе нужно переварить это и принять. Просто дать тебе деньги я не могу, это вызовет вопросы. А так, удачная игра на бирже, только и всего. Если противная сторона не заявит о махинациях с инсайдерской информацией, то и к тебе претензий никаких.