Кречет 2 (СИ)

— Рык, система наша. Боевые дроиды и огневые точки под контролем. Обе наши группы уже получили сигнал и вооружаются в арсеналах.
— Ты этого сраного Михася видишь? — спросил я о насущном.
— Вот он.
Малой вывел на центральную панель изображение какого-то помещения. Похоже рабочий кабинет. И человек за столом был занят вовсе не развлечением, а работал с какими-то документами.
— Там есть огневая точка?
— Игломётная турель. Могу его кончить прямо сейчас.
— И чего ты ждёшь? Патетической речи или ещё какой-то банальщины?
Николай ничего не ответил, но в следующее мгновение изображение Михася буквально взорвалось отлетающими конечностями и разлетающимися кровавыми ошмётками, забрызгав бурым всё вокруг. М-да. Выглядит всё как в дешёвом боевике. Вот только происходящее не постановка, а самая что ни на есть реальность.
Главное сделано. Теперь осталось разобраться с деталями. А именно оказывая поддержку штурмовым группам осуществить окончательный захват «Ушкуя». Но это уже не так уж и сложно сделать, коль скоро мы контролируем мозг базы, а значит и всё тяжёлое вооружение. Как только это дойдёт до противника, он быстренько прекратит сопротивление. В конце концов такое тут уже происходило, и второй техник яркое тому подтверждение.
Вопреки моим ожиданиям захватить этот грёбаный «Ушкуй» оказалось проще пареной репы. Чтобы не означала эта древняя поговорка.
  
Глава 27
 
Кровь есть кровь
— Та-а-ак. Понятно. Сколько человек в курсе относительно Ракитина? — поинтересовался чиновник.
— Так-то в курсе народу много, но то, что он Ракитин известно только мне. Остальные знали его как Креста.
— На флоте у него был позывной Вертел. Значит так, Клим Витальевич. Мы благодарны вам за то, что вы принесли крест и поведали нам о судьбе без вести пропавшего рядового Ракитина. Но, как вы понимаете, история тухлая, и нам не хотелось бы дискредитировать георгиевского кавалера. Скажем так, вы не в курсе этой истории.
— А на деле?
— Сообщим родственникам, что спасательная капсула была обнаружена в системе Глизе и останки преданы космосу. Предоставим кадры проведения ритуала похорон и передадим орден. Что же до вас, то вот.
Чиновник выложил передо мной лист композита с отпечатанным текстом. Одновременно с этим я получил по сетке уведомление о входящем сообщении.
— Подписка о неразглашении в электронном и письменно виде, — произнёс служащий.
Ну вот не мог я просто забрать награду. Поэтому доставил орден в центральный наградной комитет вооружённых сил. Имелась такая структура, учитывающая всех награждённых, а так же полагающиеся им выплаты и льготы.
— Никогда не понимал, к чему это дублирование, — пожал я плечами, отправляя документ по сети с электронной подписью, и ставя росчерк на композите.
— Сие есть загадка великая, — пожал плечами чиновник и добавил. — По моему это не исчезнет пока существует бюрократия. Должны же мы как-то обозначить свою необходимость и значимость.
— Весьма самокритично, — хмыкнул я.
— Но том и стоим.
Вскоре я уже стоял на тротуаре с чувством выполненного долга. Не то, чтобы я выбросил из головы Креста, но мысли о нём сразу же ушли на задний план, не отсвечивая даже в фоновом режиме. Мне было о чём подумать.
Как я и предполагал, наша помощь в перевороте на «Ушкуе» ограничилась лишь технической поддержкой. Единственно, мои парни разоружили охрану у ближайшего входа в цитадель. Дикий со своей группой взял под контроль подходы к центральной диспетчерской. А то мало ли, что могло прилететь нам с Малым в спину.
Дрон с Прохором и Назаром, в сопровождении парочки дроидов прошли к рабочему кабинету Михася, и распотрошили его сейф на предмет трофеев. Пятьдесят миллионов на трёх мобильных терминалах, не баран чихнул.
С остальным разобрались Рокот и его союзники. И, к слову сказать, вышло у них это без потерь. Даже раненых не случилось. Впрочем, ничего удивительного, мы ведь полностью контролировали всю автоматизированную систему обороны базы и обеспечили заговорщикам поддержку боевыми дроидами, а местные безопасники не пожелали драться.
  
Что касается нашей договорённости с Рокотом, то она осталась в силе. Не то, чтобы мы стали компаньонами, но он заявил, что компания «Кречет» неприкасаема ни для кого. Митрофанов хотел было подмазаться ко мне, но был не понят. А с какого, собственно говоря. Пусть сам решает свои проблемы в меру возможностей и способностей. Вот если бы он меня изначально поддержал и попытался дать пиратам отпор, тогда совсем другое дело…
Я уже сел в такси, когда получил уведомление о новом входящем. М-да. Вот уж удивил, так удивил. Интересно, что могло понадобиться отцу? Я же вроде стараюсь не отсвечивать и в последнее время нахожусь далеко в стороне от зоны его интересов. Так с чего вдруг мог ему понадобиться? Прохор, Назар и Малой? Но они благополучно вернулись на «Авось» и у них вроде как всё опять по-прежнему…
На этот раз меня не стали мариновать в приёмной. Мало того, там никого не было, кроме адъютанта. Похоже князь пригласил меня в не приёмный час, чем, признаться, озадачил ещё больше. Дел у него наверняка хватает, чтобы вот так попусту терять драгоценное время.
— Здравствуйте, Клим Витальевич. Проходите, его светлость ожидает вас, — подняв на меня взгляд, произнёс адъютант.
Удивился ли я такой встрече? Признаться, да. Он конечно не мог забыть кто перед ним, нейросеть не позволит, но мне всё же полагалось представиться, а ему, сообщить князю о моём прибытии. Однако он не стал заморачиваться, и я сразу прошёл за широкую высокую дверь. Кречетов, как и в прошлый раз, сидел за большим рабочим столом, и смотрел на меня… Да чёрт его знает, как именно смотрел.
— Здравствуйте, ваша светлость, — обозначил я поклон.
— Здравствуйте, Клим Витальевич, — указал он мне на стул.
Хм. В этот раз не в отдалении, а на один из двух, стоявших непосредственно перед его рабочим столом. Сегодня всё идёт не так, как в прошлое моё посещение. И чтобы всё это значило? Неужели… Да нет же. Бред. Тогда всё было бы иначе. Совершенно иначе.
— Благодарю, — я опустился на указанное место, и вопросительно посмотрел в глаза князю.
В конце концов, это он пригласил меня, вот пусть и излагает, за каким таким я ему понадобился. Если от меня ожидают, что я рассыплюсь тут бисером, за честь быть приглашённым, то это мимо. Даже в мыслях такого не держу. А вот свалить побыстрее, это да.
— Гадаете, зачем я вас пригласил? — хмыкнул он.
— Есть такое дело.
— Клим Витальевич, мне известно, что моя дочь осаждает вас уже на протяжении нескольких лет, но вы упорно игнорируете все её притязания. Могу я поинтересоваться, в чём причина?
— Странно слышать такой вопрос от вас, ваша светлость. Помнится ещё в первую нашу встречу вы дали мне понять, чтобы я знал своё место. Впоследствии ваш сын, Сергей Семёнович, и вовсе открытым текстом потребовал от меня даже не думать в эту сторону. И, как мне кажется, я полностью выполнил эти требования.
— Но не прекратили общение с Анастасией.
— Я пытался. Но её светлость оказалась на редкость упорной особой, а потому я решил, что самым простым и действенным способом будет стать ей другом, чтобы она в результате не воспринимала меня как мужчину. И это действует. Она прекратила меня преследовать, а наше общение свелось к коротким деловым разговорам или переписке в сети. Порой встречаемся, когда оказываемся в одном месте. Но теперь это не сопровождается неловкостью или каким-то подтекстом.
— И всё?
— Всё, — пожал я плечами.
— То есть, вы просто друг и ничего более?
— Именно.
— И вы никогда не рассматривали её как возможную партию?
— Нет.
— А если я скажу, что вижу в вас потенциального зятя?
Сам не знаю как не расхохотался в голос. Наверное его слова заставили меня больше обалдеть, чем развеселили.
— В таком случае я спрошу, что изменилось? Я по-прежнему тот, кем и был прежде, — склонив голову на бог, произнёс я.