Судьба - дама настырная (СИ)
— Рит, да что ты её слушаешь?! Может, это вообще всё неправда! И она это специально всё наплела! Я-то сначала подумала, что она из-за Тольки к нам прицепилась, а сейчас, чует моё сердце, что главной мишенью ты была! Где-то ты ей насолила, точно! Поверь мне, я её давно знаю! Да если на то пошло, ничего уж такого она и не сказала! Так, намёки одни. А из твоего рассказа как белый день ясно, что ты ему нравишься. Да что ты, сама, что ли, не знаешь, как на мужиков действуешь?! Знаешь, как я раньше Миронова к тебе ревновала, когда видела, как он на тебя смотрит?! У-у-у! Они ж все как под гипнозом! Просто те, кто поумнее, быстро понимают, что им не светит!
— Да ну тебя, Наташ, чушь несёшь какую-то… — скривилась я и с сарказмом добавила: — А может, наконец-то нашёлся такой, на которого не подействовало! После того разговора он мне вообще ни разу не звонил!
— И что?! Может, и вправду занят человек!
— Наташ, ты нормальная? Вечерами занят, ночами, в выходные, да? Скажи ещё, телефон потерял или номер случайно удалил! Наташка, я давным-давно знаю: если мужчина не звонит, ты можешь придумать тысячу причин в оправдание, но в действительности причина одна — он не хочет тебе звонить.
— Ну да, тут ты права… — шмыгнула носом подруга, но, подумав немного, вновь воодушевилась. — Но ведь может быть та же тысяча причин, по которым он не хочет звонить! Например, решил, что у тебя другой.
— Наташка, какой ещё другой?! Олег мне просто друг.
— Но он же об этом не знает! Наверняка подумал, что у тебя кто-то есть, и именно поэтому не звонит. Точно тебе говорю! Ни одному здравомыслящему человеку в голову не придёт, что ты можешь быть одна! Возьми и сама ему позвони.
— Ещё чего! — возмутилась я. Утреннее решение позвонить пинком было отправлено на ту же помойку, что и упырь-Толик, ещё во время откровений Марьяны. — Он на чудесной девушке Зое женится, а я буду навязываться?! Ты вообще в своём уме?!
— О, боже! — простонала Татка. — Всё с вами ясно, диагноз идентичный.
— Ладно… пойдём, зря я тебе рассказала… — тяжело вздохнула я, уже жалея, что дала волю чувствам, которые так успешно держала в узде всё это время. — Уже и рабочий день закончился, а мы с тобой всё в баре прохлаждаемся.
***После разговора с Натальей на меня вновь нахлынули воспоминания. Эмоции зашкаливали. И отделаться от всего этого не получалось до самого приезда домой. Принесла же нелёгкая эту змеину! Ночью столько передумала, только-только что-то для себя решила, успокаиваться начала… и тут нате вам! Получите обратно свою корзину страстей!
Злясь на себя за собственные чувства, я достала из почтового ящика кипу газет и побрела к лестнице. Никакой подписной периодики я не получала, поэтому газеты были сплошь рекламные. Интереса они для меня не представляли, я даже подумала, не вернуться ли в холл и не оставить ли всю кипу на столике у дивана, как тут из неё выпал белый конверт и мягко спланировал на ступеньку.
Я подняла письмо и повертела в руках. Предназначено оно было несомненно мне, однако адрес отправителя на конверте не значился. Тем не менее, чёткий почерк показался смутно знакомым. Подавив желание немедленно посмотреть, что там внутри, я поднялась к себе в квартиру.
С увеличением поголовья котов, в доме стало на редкость оживлённо. Сейчас меня встретил разноголосый хор. Особенно надрывался самый мелкий чёрно-белый котёнок, которого я так и окрестила — Масик. Котёнок был ещё совсем маленький, худенький, но при этом демонстрировал чудеса настойчивости в выбивании своего места под солнцем, и утром, во время завтрака, умудрялся отгонять от своей миски даже самых крупных котов.
— Тебе не кажется, что ты забыла оставить усыновлённым еду? — потягиваясь, лениво упрекнул Магистр. — Удивительная халатность для опытного котовода.
— Ну, знаешь ли, с тобой одним попроще было! — раздражённо начала оправдываться я и тут же мстительно добавила: — Хотя, и не так душевно!
Вместе с некоторым хаосом приёмыши действительно привнесли в мою жизнь какую-то особую атмосферу, и душой я нисколько не покривила. А если и хотела «уколоть» Магистра, то самую малость, да и то только потому, что он до сих пор дулся на меня из-за Федьки, а теперь ещё и вздумал ревновать к собратьям, хотя, сам же и натаскал их в дом! Раньше Маг сопровождал меня всюду, теперь же принципиально оставался дома. Питался исключительно кошачьим кормом, а ведь прежде не вылезал из моей тарелки. И с прошлой ночи спал не у меня в кровати, а как он выразился, в «общежитии».
Зато с остальными котами была полнейшая идиллия. Настрадавшиеся в подворотнях, они все, как один, несмотря на различия в возрасте и характерах, восприняли меня как родную. Я, признаться, их тоже. И теперь даже представить не могла, что всего каких-то три дня назад жила совсем другой жизнью.
Что до Фёдора — так он был просто в восторге оттого, что семья наша многократно увеличилась, и товарищей для общения и игр у него теперь навалом. В общем, довольны были все, кроме Магистра.
Я бросила почту на тумбочку и поспешила заняться своей живностью.
Сообразив по заливистому Федькиному лаю, что я уже дома, позвонила Галка, после чего спустилась ко мне вместе с Веселовским. Я подумала, что приятели пришли проконтролировать наш поход к ним в гости, оказалось, нет — котов посмотреть. Как выяснилось, Олег им вчера все уши про наш зверинец прожужжал, пока я пару часов поспала под шумок.
— Обалдеть! — восхитился Сашка, присвистнув.
Картина, в самом деле, была умильная. Собравшись плотной стайкой, коты, беззлобно толкаясь, ужинали.
— Ой, какая прелесть! — подхватила Галка. — Санечка, давай тоже котиков купим!
— А покупать зачем? — удивился Сашка. — Из Риткиного «приюта» и возьмём, зачем ей столько? Вот я этого хочу, — указал он на рыжего Томми.
— Этот не отдаётся, — улыбнулась я.
— Ну, тогда вон того, — Сашка направился к Малышу. Я заметила, что выбирает приятель самых крупных особей, под стать себе.
— И этот тоже. И руки от него убери — он пугливый.
— Да? — не поверил Сашка. — А по виду не скажешь.
Внешне Малыш и впрямь напоминал саблезубого тигра, но при этом постоянно жался к моим ногам и пугался всех без исключения, даже котят. Может, его кто-то мучил на улице?..
— А вон того пушистого котика как зовут? — Галка указала на белого подросточка с голубыми глазами.
— Это не котик, это Зайка, — ответила я и взяла котейку на руки.
— Дай мне её подержать, — заныла Галка.
— Лучше не надо. Она тоже пока боится и может сильно поцарапать.
— Хорошо, тогда заберём вот это недоразумение, — решила Галка, указав на Масика.
— Что-то он не похож на того, кто выживет, — с сомнением сказал Сашка.
— Веселовский, думай, что говоришь! — возмутилась я. — Ещё как выживет! Знаешь, какой он настырный?! И, вообще, извините, господа, из этих никто не отдаётся.
— Я не понял… — покрутил своей большой головой Сашка. — А это что, типа, рекламные?
— Вроде того, — засмеялась я. — Да вы, вон, Магистра попросите, он вам сколько угодно натащит!
— Ага, если кому за котами — это ко мне, — ухмыльнулся тот, чувствуя себя не иначе как вершителем судеб.
«Надо будет ещё и Бронштейнов к нам на экскурсию сводить», — решила я, наблюдая, как Галка с Сашкой, зарывшись в нашу стаю, спорят, кого и сколько им приютить.
— Эй, Веселовские! Так-то можете считать, что они и так наши общие. Думаете, кому придётся о них заботиться, когда я буду уезжать? Так что можете уже начинать тренироваться.
Наконец приехал Олежка, и мы отправились наверх.
Ближе к десерту разговор завертелся вокруг Димкиного заточения.
— Слушай, Рит, может, всё-таки выдернуть его оттуда, пока не поздно? Боюсь, у парня от депрессии окончательно крыша съедет, — заметил Олег.
— Да она у него давно съехала! А сейчас просто алкоголическая ломка, — разозлилась я, больше, впрочем, оттого, что на меня опять ложится бремя ответственности за чью-то судьбу.