Серые тени (СИ)

— Обязательно, — Торан улыбнулся и выскользнул из комнаты.
Я же, некоторое время постояв в центре спальни, восторженно взвизгнула и прыгнула на кровать. И не имеет значения то, что я уже взрослая девушка. Сейчас я чувствовала себя ребенком, попавшим в сказку. И мне хотелось избавиться от чувства неловкости и просто позволить себе побыть девчонкой, тайная и страстная мечта которой сбылась.
Усевшись посреди кровати и скрестив ноги, я еще несколько раз подпрыгнула, давая волю эмоциям, а потом потянулась к развесившимся над постелью широким листьям и дернула один за кончик:
— Ну что, пальма, привет. И скажи мне: «Добро пожаловать в сказку, Ли».
Пальма приветливо качнула листьями, но промолчала. Легким ветром с моря качнуло занавески на балконных дверях, и я вспомнила, что обещала связаться с Ташей, как только приеду. Покопавшись в брошенный на туалетный столик сумке, нашла кристалл связи и вышла на балкон. Вид открывался такой, что дух захватывало! Внизу и впереди — бесконечное море. Кажется, только руку протяни — и ты коснешься и его, и неба. Сказка, которой хотелось бы поделиться с подругой.
Установив кристалл на широких каменных перилах (белых, естественно), я четко назвала имя вызываемого человека:
— Таша Ллоривель!
Прозрачная призма в палец высотой затуманилась изнутри голубоватым дымом. Он клубился, закручивался в смерчики, образовывал тонкие многочисленные столбики — и никак не желал выходить за пределы граней. Я уже собиралась прервать вызов, когда голубоватый туман наконец струйкой вытянулся вверх. На меня смотрела маленькая, чуть прозрачная фигурка Таши.
— Ну надо же, кто объявился! — усмехнулась подруга, окидывая меня внимательным взглядом. — Ты как там, без ранений?
— Привет, — улыбнулась я. Я скучала по Таше, хотя мы виделись три дня назад, но сейчас, услышав ехидный заботливый голос и увидев блестящие привычной насмешкой глаза, поняла, как сильно. — Я пока жива, маме некоторое время не до меня будет. И, если честно, надеюсь, она про меня за эту неделю вообще не вспомнит.
— Зря надеешься, — хмыкнула Таша, провернув кольцо на пальце. — Ты взрослая, не пристроенная дочь с потенциальной угрозой привести в семью чистокровных человеков оборотня…
— Тс-с! — я прижала палец к губам и испуганно оглянулась. — Про Фаркасс я ей пока не говорила — хочу спокойно провести каникулы.
— О, ясно! — Таша с глубокомысленным видом кивнула. — И как тебе на острове?
— Сказочно! — выдохнула я, прикрыв глаза. — Погоди, сейчас увидишь.
Обычно кристаллы связи показывают только фигуру собеседника, передавая «картинку» в объеме и цвете и игнорируя обстановку. Но его можно настроить так, чтобы по ту сторону можно было различать и окружающие предметы. Я редко так делала, потому что подобный фокус съедал много энергии, практически разряжая волшебную призму, но великолепный остров стоил того.
Проведя по граням в последовательности, обуславливающей перенастройку, я повернула «Ташу» лицом к морю, чтобы и она могла увидеть белые широкие ступени, спускающиеся к небольшой лужайке, которая обрывалась у первого ряда высоких широколистных пальм, превращаясь в тонкую ниточку тропинки. Эта тропинка, извиваясь между стволами, выводила на песчаный пляж с торчащими соломенными зонтиками и крышей маленькой постройки, имеющей пока неясное для меня предназначение.
— Невероятно, правда? — Я снова переключила режим кристалла, возвращая возможность общаться с Ташей лицом к лицу.
— Да уж… Слушай, подыщи мне там какого-нибудь элементаля, а? — Подруга молитвенно сложила ручки перед грудью. — Огненного не надо, они вечно у вулканов селятся. Мне бы водного, чтобы на таком вот острове жить.
— Если бы все было так просто, ты стала бы замужней дамой еще полчаса назад, — мне вспомнился подмигнувший юноша. — Один из младших братьев Торана подошел бы идеально, но…
Я не стала заканчивать фразу, и Таша понимающе, с грустинкой вздохнула. Элементаля непонятно на ком не женишь: стихия всегда сама делает выбор.
— Хотела бы к тебе, — призналась подруга.
 
— Я бы тоже этого хотела. Но, знаешь, моя свадьба будет не менее грандиозной, а на нее-то ты точно попадешь!
— Хотела бы я посмотреть на того, кто попытается мне помешать, — хмыкнула Таша, не скрывая иронично-воинственного блеска в глазах.
— Если такой и найдется, то это наверняка будет самоубийца-извращенец. Пытаться мешать Таше Ллоривель — это нужно очень себя не любить. — Таша фыркнула, не подтверждая и не опровергая моих слов. А я, хоть и не хотела портить момент, все же перевела шутливый диалог в более серьезное русло: — Как у тебя дела с работой?
Туманная миниатюрная девушка мгновенно помрачнела и, чуть прикусив губу, отвела взгляд.
— Как и ожидалось, непонятно откуда взявшаяся выскочка с даром видящей никому не нужна. Все кормушки давно и прочно заняты. Завтра пойду по тем объявлениям, что ты видела. Официанткой буду. Или за животными ухаживать.
— Таша, мне жаль, — искренне сказала я. — Прости, мне не стоило хвалиться тем, что я на Каритане.
Независимо-холодная Таша с отрешенным взглядом, рассуждавшая о своей судьбе, мгновенно смягчилась и заглянула мне в глаза:
— Перестань. Я очень рада за тебя. И за Рику. Если судьба предоставила тебе такой подарок — глупо было бы отказываться от него. Тебе не за что извиняться.
— Чувствую себя неловко из-за того, что у меня все складывается так хорошо, а ты лишилась возможности применять свои возможности по назначению.
— Глупости все это, — отрезала подруга. — Не хватало еще, чтобы и ты страдала. Выброси подобные мысли из головы и проведи эту неделю как следует. А каждый вечер будешь мне все в подробностях докладывать.
— Так точно! — я прижала руку сначала к сердцу, потом — к центру лба, отдавая честь.
— Так-то лучше, — склонила голову на бок Таша.
— Свяжешься со мной завтра вечером? — попросила я. — Хочу узнать, как у тебя будут обстоять дела с работой.
— Обязательно, — пообещала подруга и отключилась.
Голубоватый дым втянулся в кристалл, и призма вновь стала прозрачной. Постояв некоторое время на балконе, облокотившись на перила и наслаждаясь теплыми прикосновениями солнечных лучей к щекам, я вернулась в комнату. Отыскав в сумке специальный шнурок, вдела его в колечко вверху кристалла и повесила на шею — наполнять его энергией. Путь долгий, но наименее затратный. При соприкосновении с кожей призмочка забирала всего каплю энергии человека за раз, и иногда приходилось по двое суток носить ее, не снимая. Но лучше так, чем единовременно вбухать в него необходимое количество — и валяться весь вечер без сил. Только не на этом острове! Пусть пока на шее болтается. А то, что холодный — так это даже приятно, при местном климате.
В комнате, разбирая вещи, я не удержалась и снова дернула пальму за лист. Он словно укоризненно закачался, и ему вторили его собраться. Я проказливо-виновато улыбнулась:
— Ну извини, дружочек, ты слишком забавный, чтобы можно было пройти мимо.
Когда я вешала в шкаф последнюю рубашку, в комнату заглянула взъерошенная Рика:
— У тебя все хорошо?
— Все просто замечательно, — уверила я ее. — С чего такой вид?
— Мама, — коротко ответила сестра и, убедившись, что у меня действительно все великолепно, исчезла за дверью.
Я в некотором недоумении покачала головой. Неужели мама до сих пор не оставила мысли отговорить дочь от неугодного замужества? Так ведь речь идет не просто о браке, которого можно избежать в последнюю секунду. В случае Марики — это союз с элементалем, нерушимый и благословленный самой природой. Пытаться его расстроить — занятие даже больше, чем бесполезное. Однако, даже зная обо всем об этом, я легко могла представить маму, затащившую Рику, всего лишь показывающую родителям их комнату, в спальню и с горящими глазами принявшуюся вновь наседать на дочь. Мама, в общем-то, очень умная женщина, но если что-то вобьет себе в голову… Хорошо, что такое случается нечасто. Жаль, что ее принципиальность проявилась в таком вопросе.