Серые тени (СИ)

Поставив чашку на одну из пустующих полок, принялась убирать все следы присутствия в данном кабинете сероглазого обаятельного волка, продолжая размышлять на тему его влияния на меня. Ведь, с другой стороны, оно вполне объяснимо: с магнетизмом хвостатых действительно очень сложно бороться, они — прирожденные соблазнители. И если в Дилане я видела брата по духу, проделкам и теперь немножечко по семье (хотя этого не было, но успокаивать себя таким образом было приятно), то в Джее почувствовала мужчину, на что и откликнулась. Мой единственный не особо удачный роман завершился более трех лет назад, и это естественно, что присутствие такой великолепной особи в непосредственной близости от меня разбудило все отправленные в спячку инстинкты.
Ох, Ташу бы сюда… Ненавижу, когда не с кем обсудить подобные метания.
Вопреки сложившемуся мнению о нас с Ташей, ни я абсолютной паинькой, ни она безбашенным сорванцом не являлись. При всей своей сдержанности, разумности, а иногда — и холодности, именно я на втором курсе завела короткую интрижку со старшекурсником с боевого факультета, превратив подругу в поверенного сердечных дел. Роман через несколько месяцев закончился к обоюдному удовольствию, поскольку ни я, ни Эш не чувствовали в себе желания перевести эти отношения во что-то большее, но «традиция» делиться с подругой всеми волнениями осталась. А вот Таша, при всей ее яркости, жизнелюбии и внешнем легкомыслии, к вопросу подобных романов относилась слишком серьезно, никогда не заводя дело дальше поцелуев, так как ни в одном кавалере пока не почувствовала того самого, ради которого захотела бы переступить эту черту. И она тоже исправно делилась со мной всеми мыслями о парнях, вызывающих в ней какой-либо отклик. Постоянный же флирт с Эриком… Для нас, скорее, это был просто способ не забыть, что мы не просто замученные учебой студиозусы, а еще и имеем кое-какое отношение к представительницам прекрасного пола. Даже не понимаю, почему недавно купилась на это ее «Утром я проснулась в постели с обнимающим меня Эриком». От обилия новых впечатлений мозг работал плохо, не иначе.
Как бы то ни было, а подруги с ее здраво-язвительными комментариями мне сейчас не хватало. Таша живо привела бы меня в чувство, прогнав все эти глупости постельно-направленного характера.
Я заполняла карточку на Джея, описывая травмы и лечение, решив оставить шапку и, как следствие, общение с оборотнем на потом, когда в дверь постучали. Время было не то чтобы раннее, но все же в десять утра я никого у себя не ждала. Или это у кого-то из друзей Джея проснулась совесть, и меня решили избавить от его общества?
Отложив ручку, вышла в коридор. Из кухни доносился звук льющейся воды и грохот сковороды о раковину: кажется, гость слопал все мясо. Но то, что за собой посуду решил помыть, занесла ему в плюс. Услышав почти у самого выхода его чрезвычайно эмоциональное:
— Да чтоб тебя!.. — подпрыгнула и немного нервно усмехнулась. Мужчина в доме — дело крайне непривычное.
На пороге меня ожидала девушка: тоненькая, светловолосая, с падающей на лоб челкой и большими голубыми глазами. Еще недавно — ребенок, сейчас превратившийся в очаровательную барышню. Огладив юбку короткого бело-черного сарафана с голубыми вставками, по-мужски протянула руку для приветствия:
— Инари Ринвей, доброе утро. Меня зовут Джоэллина Этельер.
Я пожала протянутую руку. Больной гостья не выглядела, а другой причины, по которой ко мне могла бы прийти незнакомая девочка, я не видела. Значит, спросим.
— Доброе утро, инари Этельер. Чем могу быть вам полезна?
— А мы… — Джоэллин замялась, на миг прикусив губу и опустив глаза, но потом вздернула подбородок и решительно выпалила: — Думаю, удобнее будет поговорить внутри.
Усмехнувшись и покачав головой, я посторонилась, пропуская гостью в дом:
— Прошу.
Нерешительность вновь вернулась к Джоэллин, и она робко переступила порог, во все глаза разглядывая фойе, конторку и ведущую на второй этаж лестницу.
— Мы будем говорить… здесь? — растерянно уточнила она, и я снова не сдержала улыбки.
 
— Нет, инари, я приглашаю вас в мой кабинет. Он вон там, пройдемте.
Не успели мы сделать и шага, как вода на кухне стихла, а на пороге показался полуголый Джей со словами:
— Лиана, я помыл посуду. — В следующую секунду он заметил, что я не одна. — Джоэл?!
Я мгновенно напряглась. Не хватало мне еще разборок в новом доме, если вдруг окажется, что инари Этельер — ревнивая подруга Джея, направленная к глупой, приютившей оборотня целительнице его друзьями. Но через несколько секунд поняла, что подобные предположения беспочвенны: Джоэл явно не ожидала увидеть здесь с утра пораньше кого-то из знакомых. На Джея она смотрела даже с некоторым… испугом? Тонкие пальцы принялись немедленно комкать подол сарафана, и девушка неуверенно выдавила:
— Джайлс… доброе утро…
Я с возрастающим недоумением разглядывала девушку. Она точно оборотень? Они же не мнутся никогда, а об их наглости и решительности можно легенды слагать. И вдруг — такая девочка-цветочек на моем пороге.
— Кхм… — Джей, забросив полотенце, которым он вытирал руки, на плечо, сделал несколько шагов навстречу гостье. — Ну привет, Джоэллина. Не ожидал тебя здесь увидеть. Умеешь удивить, однако, — хмыкнул он, за руку здороваясь с девушкой.
— Даже не пыталась, — буркнула она, и это уже гораздо больше походило на знакомые мне повадки оборотней. Я позволила себе чуть расслабиться и напомнила:
— Инари Этельер, вы хотели поговорить. Пойдемте, кабинет вон за той дверью. Джей, вас я тоже прошу пройти с нами: необходимо разобраться с некоторыми формальностями.
Джоэллин, услышав непривычное обращение к оборотню, встрепенулась, но я, кажется, взяла слишком строгий тон, потому что девочка чуть ли не вжала голову в плечи и послушно отправилась к указанной двери. Джей же на мою «грозность» только обаятельно улыбнулся и, пропустив вперед, прошептал в ухо:
— Надеюсь, скоро вас во мне будут интересовать не только формальности. Хочу услышать нежность в вашем голосе.
От тона, которым он это произнес, позвоночник прошила молния. Прикусив губу и чувствуя, как слабеют колени, прокляла свое назначение в Фаркасс. Три года в такой дразнящей атмосфере я вряд ли выдержу. Если только…
Фыркнув на собственную фантазию, прошла за стол и указала гостям на стулья. Пустые полки производили удручающее впечатление, но я собиралась в ближайшем будущем исправить ситуацию, заставив здесь все справочниками, анатомическими атласами, энциклопедиями по психологии иных и просто несколькими книжками для отдыха мозгов. Пару полок нужно будет отвести под карты пациентов, а вон на тех, дальних, что около софы, — разместить всякую милую чепуху вроде статуэточек и вазочек. Образ загруженной работой заучки создавать не хотелось, а такие мелочи…
— Лиана?
Голос Джея вывел из мечтаний по обустройству кабинета. Тяжело вздохнув, я признала, что занялась этим ну совершенно не вовремя, и повернулась в юной гостье:
— Инари Этельер, у вас какие-то проблемы со здоровьем?
— Что? — искренне изумилась она. — Нет!
— Тогда, надеюсь, вы не будете возражать против того, чтобы я сначала разобралась с пациентом? — осведомилась я. Джоэл недоуменно покосилась на Джея, как бы мысленно примеряя к нему определение «пациент», и покачала головой, вжавшись в стул и крепко ухватившись за сиденье обеими руками. Ну до чего же неуверенный в себе, просто-таки до ужаса робкий ребенок! — Отлично. Значит, сначала вы, Джей.
Оборотень с готовностью подался вперед. Полотенце на плече чуть качнулась, и я невольно проследила за ним, заодно скользнув взглядом по груди. «Да чтоб этого оборотня!» — вспылила я, чувствуя, как щеки алеют еще жарче. Джей снова подарил мне эту раздражающую, невозможную, полную понимания улыбочку. Ну уж нет! Не думай, что это что-то значит. С собой — справлюсь, а тебя к себе и на расстояние сотни шагов не подпущу!
— Всегда к вашим услугам, инари, — мурлыкнул он, и взгляд стал таким голодным-голодным. Мяса ему мало было, троглодит! Хотя я прекрасно понимала, что к завтраку этот голод не имеет никакого отношения.