Маскарад (СИ)

Высокая — почти с меня ростом, причем не на самом выдающемся каблуке. Чуть полноватая… нет, просто фигуристая: объемные бедра и грудь чуть смазывали первое впечатление, но при ближайшем рассмотрении лишь подчеркивали тонкую талию, которую я при желании, пожалуй, смог бы целиком обхватить пальцами двух рук. Однако что-то подсказывало, что дело вовсе не в хитро спрятанном корсете — чудо-женщина выиграла в генетическую лотерею то, что даже среди наделенных Талантом аристократок достается одной на тысячу, а у простых смертных не встречается вовсе.
Когда ее руки легли мне на плечи, и танец начался, поле обзора изрядно поуменьшилось. Зато теперь я ощущал свою внезапную партнершу всем телом.Чувствовал каждое движение, пластику, манеры… габариты, если можно так выразиться. И здесь меня тоже ожидало если не удивление, то уж точно изрядный сюрприз.
Высокая женщина с такими роскошными формами, даже обладай она неимоверной гибкостью и умением танцевать, просто по определению не могла чувствоваться настолько легкой и хрупкой — а незнакомка именно такой и оказалась. То ли дело было в неожиданно маленьких для статной дамы ладонях и ступнях ног, то ли родовой Талант забрался в куда менее очевидные нюансы анатомии, и в мои объятия угодил не в полной мере человек, а существо высшего порядка.
И я не мог даже догадаться, сколько этому самому существу лет. До восемнадцати отрастить такую… кхм, тазобедренную конструкцию вряд ли получится. Значит, постарше меня, но насколько?.. Незнакомке с одинаковым успехом могло оказаться как двадцать, так и все пятьдесят с лишним. Самоуверенность, опыт и бронебойная харизма указывали на зрелую даму, но гладкая кожа скорее принадлежала совсем молоденькой девушке. На шее, плечах и груди я не разглядел ни единого изъяна, способного хотя бы намекнуть на возраст. Ни единой морщинки под носом или в уголках губ.
Само совершенство. И я ничуть не сомневался, что верхняя часть лица, все еще скрытая под черной полумаской Коломбины, ничуть не уступает уже хорошо изученной мною нижней. Полные губы, изящный подбородок, скулы…
— Вы так меня разглядываете, господин Серый Волк, — усмехнулась незнакомка, — будто и правда собираетесь съесть.
— Едва ли, сударыня. — Я попытался изобразить дежурную улыбку. — Только узнать… конечно же, если мы уже встречались раньше.
— Не встречались. К моему глубочайшему сожалению… Впрочем, какая разница? — Незнакомка придвинулись чуть ближе, закинув обе руки мне за шею. — Все мы здесь для того, чтобы побыть кем-то другим, хоть немного. Не знаю, как вы, господин Серый Волк, но я совершенно не стремлюсь, чтобы меня узнали.
— Как вам будет угодно, — отозвался я. — В таком случае, просто потанцуем.
— Вот такое мне по душе! Будьте же посмелее, друг мой — обнимите меня как следует. — В голосе незнакомки зазвучали мурлыкающие нотки. — Мы просто обязаны расшевелить эту публику — посмотрите, какие они скучные… Будто сонные мухи!
Я не слишком-то хорошо представлял, как именно мы можем оживить гостей. А вот сама идея обнять свою визави покрепче мне определенно понравилась, так что я пристроил обе ладони на тонкую талию и притянул незнакомку к себе.
— Вот так сразу? — улыбнулась она. — Вижу, вы не теряете времени даром, господин Серый Волк… Ну так танцуйте же!
Я не успел заметить, как музыка снова зазвучала, и на этот раз куда громче, чем раньше. Последние несколько минут расположившийся в углу зала оркестр играл вполсилы, что-то даже не танцевальное, а скорее подходящее для перекуса или беседы — этакий камерный этюд с упором на партию фортепиано. Но теперь артисты оживились и будто по команде громыхнули что-то бодрое и энергичное, почти маршевое. То ли в две четверти, то ли все-таки в стандартные четыре — за всю свою нечеловечески долгую жизнь я так и не потрудился разобраться хотя в в основах музыкальной теории.
И выдающимся хореографом тоже не стал, и поэтому первые полминуты просто вяло трепыхался в объятиях незнакомки, украдкой поглядывая на публику вокруг. Обычно на балах все танцы расписывались заранее, и гости с самого начала знали, что делать.
 
Но сейчас речь явно шла не об обычном мероприятии, так что с первых же нот кавалеры и дамы замерли, вслушиваясь, и лишь через несколько тактов самые сообразительные и отважные начали двигаться. Сначала не очень уверенно, будто пробуя ритм на вкус, но с каждым мгновением все бодрее.
Да уж, на обычную польку это уж точно не похоже… Если память мне не изменяла, в моем мире негритянский кекуок вошел в моду еще лет пять назад, и так же быстро утратил популярность, уступив место более современному и чувственному матчишу. Разумеется, на великосветских мероприятиях такое не танцевали, но в салонах, на маскарадах — да и вообще там, где собиралась молодежь, а не титулованные старики — редко обходилось без них.
Этот мир, похоже, даже ушел слегка вперед. Нет, на полноценное аргентинское танго движения пар вокруг все-таки не тянули, однако в них уже проскальзывало что-то… этакое. Темпераментное, игривое. И почти неуместное для общества аристократов — если не сказать эротичное. Дамы и кавалеры постарше еще держали себя в руках, а вот молодняк уже вовсю вытворял то, что я вполне мог увидеть и в середине, и даже в конце двадцатого века в каком-нибудь ночном клубе.
Скрытые под масками князья и графы стремительно теряли стыд. Я краем глаза заметил, как Иван без лишних церемоний сгреб в охапку какую-то бойкую рыжую девицу и принялся отплясывать так, что от паркета под их ногами разве что не летели искры. При этом здоровенная царственная длань с талии будто бы невзначай сползала все ниже и ниже. В конце концов два пальца опустились на упругое бедро партнерши, а один замер на границе благопристойного и явно собирался последовать за своими товарищами дальше.
Девица, ясное дело, ничуть не возражала.
— Веселее, господин Серый Волк, веселее! — выдохнула мне в ухо незнакомка. — Неужели вам совсем не знаком этот танец?
Точные па я, конечно же, не знал. Но вряд ли здесь и сейчас это волновало хоть кого-то: происходившее вокруг стремительно превращалось из торжества для высшего света в одну сплошную импровизацию, граничащую чуть ли не с развратом.
А уж в этом у меня какой-никакой опыт имелся.
— Этот, может, и не знаком. — Я перехватил поглаживающую мою щеку ладонь одной рукой, а вторую пристроил на бедро незнакомки. — Но что мешает нам придумать свой собственный?
Ответом мне были улыбка, вспыхнувшие за полумаской глаза и такая волна жара, что я сразу же сообразил — с этого надо было начинать! Вести партнершу, а не ждать, пока она все сделает сама.
И я повел. Настойчиво и уверенно, компенсируя недостаток грации и танцевальной техники опытом. В конце концов, когда живешь не одну сотню лет, понемногу учишься делать даже то, к чему не получил от матушки-природы даже намека на способности. Я знал древние танцы, которым все остальные вокруг никогда не учились. И знал те, что в этом мире появятся только через век… или не появятся вообще. Оставалось только взять от каждого по чуть-чуть, добавить щепотку самоуверенности, поймать ритм и…
Когда музыка прекратилась, незнакомка оперлась на мою руку поясницей, выгнулась и скользнула туфлями по полу, опускаясь и увлекая меня за собой. С такой силой, что кто-нибудь другой запросто потерял бы равновесие и рухнул вместе с партнершей на потеху публике. Но я все-таки удержал и сам склонился, прижимая к себе разгоряченное от танца тело. На мгновение наши губы вдруг оказались так близко, что почти соприкоснулись.
А потом раздались аплодисменты. Громкие, со всех сторон одновременно. Не знаю, когда их сиятельства и благородия успели понаблюдать за нашими выкрутасами, но увиденное им определенно понравилось.
— Браво! Браво, господин Серый Волк! — рассмеялась незнакомка, ловко возвращая себе равновесие. — Вот уж не думала, что вы умеете такое!
— Признаться, я и сам не подозревал. — Я легонько сжал горячие тонкие пальцы. — Благодарю вас, сударыня. Это было…