Моя. Твой. Наши (СИ)

- Кстати, Даня дело говорит, - поддержал его Никита. – Предлагаю, куда-нибудь сгонять на новогодние выхи. Возможно, даже уехать из области к каким-нибудь заснеженным горам, полям, но сначала, Валерия Федоровна… - услышав своё имя, я тут же почувствовала прикосновение губ к щеке. - …предлагаю съездить к моим родителям и познакомиться с ними.
- О! Точняк! Я Алёнку возьму!
- Нафиг иди! – возмутилась тут же подруга на Данин выпад.
- А чё? Тема! Можно даже выезд загород или из области не планировать. Как раз наши родители живут в соседней области, а Новый год мы обычно отмечаем на даче. Всё совпало! – Даня щёлкнул победно пальцами. – С нас, как обычно, фейерверки, шампусик и идеи по салатикам…
Пока народ планировал, как они будут отмечать новый год с родителями, которые даже не в курсе, что к ним едет такая толпа, я пыталась унять холод и панику, пробежавшиеся по телу, едва Никита сказал о знакомстве с родителями.
Я никогда не знакомилась ни с какими родителями. Я даже примерно не представляю, как это происходит, что нужно говорить, о чем лучше умолчать и как, в целом, нужно себя вести, чтобы по итогу родители не сказали Никите «бросай эту ненормальную!».
Мои родители устроили тот еще тест-драйв для Никиты. Но он выдержал его в разы достойнее меня. Выходит, что я почти провалила проверку от своих собственных родителей! Позор мне, позор… А о том, о чем Никита с моим папой говорили на балконе, оба промолчали, предпочитая сделать акцент на том, что это был чисто мужской разговор, который касался только их двоих и останется только между ними.
Но, даже учитывая жесткий прессинг от моих родителей, в итоге Никитой они остались довольны. И из квартиры моей уходили уже с улыбками пожимая друг другу руки. Только к маме пришлось приложить немного усилий, чтобы она смогла оторваться от Стасика, который, в свою очередь, похоже, тоже нашёл себе ещё одну классную няньку.
На Новый год мои родители нас всех пока ещё не звали, но, думаю, ближе к самому празднику тоже пригласят праздновать всем вместе.
- О! И кстати, вы когда съезжаться-то будете? – вдруг спросил Даня и уставился прямо на меня. – Если что, я согласен с Алёнкой жить в твоей квартире, а вы с Ником и малыми живите здесь. Как раз эта квартира больше, комнат на всех хватит…
- Этот человек, возомнивший себя решалой, не хочет спросить моего мнения случайно? – вопросила Алёнка, сложив возмущено бровки домиком.
- А что я такого сказал?! Всё же очевидно: у этих двоих идиллия, у нас с тобой, шипучка моя, жаркий сезон…
- Заткнись, пожалуйста! – Алёнка спрятала краснеющее лицо в ладонях, а Даня тем временем вновь заострил своё внимание на мне.
- Ну, так что решила по поводу переезда, Лер? У того сиропчика не спрашиваю, он там волосами твоими унюхался и вряд ли что-то сейчас соображает…
Почему всё самое важное должно решать мной и прямо здесь и сейчас? Я не готова принимать столь серьёзные решения так быстро! И принимать я их буду явно не с подачи Дани.
- Дань, мы с этим как-нибудь без тебя разберемся, хорошо? – произнес Никита. Вроде расслабленно, но в голосе его слышалась жесткость.
- А я-то что не так сказал? Просто хочу, как удобнее всем. Ну, если вам по приколу детей из квартиры в квартиру таскать, то пожалуйста. Ваше право, - Даня уж слишком театрально всплеснул руками, а потом повернулся к нам с Никитой задом. Демонстративно так.
В дверь кто-то позвонил.
Спасибо тебе, милый человек, кем бы ты не был. Это даёт мне прекрасную отсрочку с ответом хоть на несколько минут. А-то и часов.
- Открой, - сказал Никита и мягко пнул брата по точке, которой тот к нам буквально только что повернулся.
- Я тебе дворецкий, что ли? – цокнул Даня обижено, но дверь открывать пошёл.
- Не обращай на него внимания, - промурчал Никита мне в волосы и оставил легкий поцелуй в макушку.
- Угу, - выдохнула я, а сама глазами напуганного тушканчика смотрела на Алёнку, которая в этой панике была со мной солидарна.
В коридоре послышалась какая-то возня. Даня что-то говорил несвойственным ему стальным голосом, а затем раздался незнакомый женский голос, с ленцой кричащий на всю квартиру:
 
- Я имею право видеть своего сына и мужа!
- Бывшего, - тут же осек этот голос Даня.
И я каждой клеточкой своего тела почувствовала, как Никита за моей спиной напрягся.
- Какая разница? – словно с плевком бросил приближающийся женский голос. – С дороги.
В следующую секунду в гостиную вошла дамочка в пушистой белой шубке, коротком платье, бронзовом загаре и в сапогах на высоких каблуках, на которые налипли грязь и первый снег. На запястье её висела маленькая серебристая сумочка, а в ярких голубых глазах блестел стервозный огонь, которым она всего за секунду опалила все помещение и всех в нём собравшихся.
- Никитушка, - запела она вдруг сладко-сладко и губы её, намалеванные розовым блеском, растянулись в улыбочке злодейки из мультика. – Скажи мне, пожалуйста, дорогой, как так вышло, что, стоило мне ненадолго уехать, как в сети появляются фотографии, на которых моего сына держит какая-то рыжая мышь?
Мои брови стремительно подлетели вверх.
- А как так вышло, что в квартире овца в шубе оказалась? – спросила Алёнка и, встав с кресла, сложила руки под грудью, окинув дамочку оценивающим взглядом. 
- Вышла из моей квартиры. По-хорошему, - произнес Никита. Он не поменял позу, не встал с дивана и ничем, кроме напряжения не выдал, что ему не по душе визит бывшей.
- Здесь мой сын. Никуда ты меня не выгонишь, дорогой, - высокомерно выплюнула дамочка.
- Даня, звони в полицию, - спокойно сказал Никита.
- Понял, - кивнул Даня и без малейшего промедления достал из кармана джинсов телефон, сразу набрав номер и приложив мобильник к уху.
Со слов Никиты я знала, что они в разводе и знала, что по его ходатайству бывшая жена ограничена в родительских правах. Пожалуй, это вся информация, которой я владела, но даже её мне было достаточно, чтобы, глядя на эту дамочку, понять, что Стасика я ей отдам только через свой труп.
- А эта здесь откуда? – брезгливо поморщилась дамочка, посмотрев на мою дочку, которая даже встала ради того, чтобы сказать ей «здравствуйте».
Встала и я, но для того, чтобы оттаскать стерву за волосы за столь пренебрежительное отношение к моему ребенку.
Может, где-то я и душка, и лапочка, и прелесть, но, когда кто-то даже криво взглянет на моего ребенка, я превращаюсь в Терминатора. 
- Солнышко, сходи с Алёной и Даней на кухню. Поставьте чайник. У нас гости.
- Лер! – нахмурилась Алёнка.
- Идите, - сказала я с нажимом.
Не радуясь подобному исходу, Алёнка повела за собой Алису, а за ними пошёл закончивший разговор с полицией Даня.
Никита уже стоял рядом со мной, похоже, готовясь в любую секунду разнять назревающую женскую драку.
- А теперь отдайте мне моего ребенка. Не хватало ещё, чтобы он в этом клоповнике подцепил что-нибудь, - сказала дамочка и подалась к Стасику, сидящему на коврике с игрушками. Наклонилась, схватила Стасика за ручку и резко потянула на себя, требуя. – Вставай, давай! Мы уходим!
Я рефлекторно взяла дамочку за плечи и попыталась оттолкнуть или хотя бы удержать в стороне, а Никита в это время взял Стасика на руки и начал отвлекать нежным шёпотом, едва не заплакавшего сына.
- Вы охренели?! Ребёнка моего мне отдали, быстро! – рыпнулась в моих руках дамочка.
- Ты ограничена в правах. Напомнить, почему? – спросил Никита.
- Твоего ребёнка? – в то же время возмутилась я. – Расскажи-ка мне, мамочка, сколько у твоего ребенка сейчас зубов? Когда полез первый? С какого пюре начался прикорм? Знаешь?
- Ты кто, вообще, такая? – посмотрела на меня брезгливо дамочка и ударила мне по рукам, тут же поправив на себе шубку. – Думаешь, легла пару раз под Никиту и всё? Любовь до гроба? Увидела, что у него деньги водятся, машина есть, квартира…? Решила хорошо пристроиться сама и дворняжку свою тоже в тепло перенести? Не выйдет у тебя ни-че-го, - выплюнула она каждое слово мне в лицо и ткнула указательным пальцем в плечо.